Возвращение немого (СИ) - Романова Галина Владимировна - Страница 121

— Значит, турнир? — подытожил лорд Шандиар. — Мне это нравится!

— А мне — нет! — воскликнул Рави, от волнения снова обретая дар речи. — Отец, как ты можешь? Ты… лишаешь меня всего! Имени, титула, состояния… достоинства, — добавил он намного тише, заметив, что на него и так посматривают с презрением.

— Имя собственное и титул лорда так и останутся с вами, юноша, — недовольно поджал губы Моредар Рубиновый. — Состояние вернуть не так уж трудно, надо только попотеть. А насчёт достоинства… Ну, дабы вернуть его себе, вам достаточно всего лишь выставить на турнир свою кандидатуру. Правила, насколько я знаю, дают равные права всем, кто назовёт и сумеет доказать своё близкое родство с прежним Наместником. Вам это сделать будет проще, чем другим кандидатам.

— Но до тех пор вы проведете время под стражей! — подвел итог лорд Глессиар. — Увести!

Артисты философски отнеслись к тому, что гастроли отменили. Какие уж тут праздники, когда прошел слух о том, что лорд Наместник отрёкся от платинового венца и арестован и будет осужден вместо своего сына. Тем более, что на поместье-столицу словно свалилась череда несчастий. Сначала несколько загадочных смертей. Потом гибель Видящей Дехтирель и траур по этому случаю. Появление сущности из другого мира… Неожиданное возвращение прежней Хозяйки…

Но, как ни странно, про артистов не забыли. И причина этому была в Лейре. Мима забросали любовными записками все знатные дамы. Не проходило и дня, чтобы труппу не приглашали в какой-нибудь замок — просто для того, чтобы хозяйка оного могла полюбоваться на загадочную личность вблизи. Все поместье-столица знало о его аресте и освобождении, но почему в судьбе артиста свершился сей поворот — никто не догадывался. Однако, Лейр отклонял все приглашения, избегая общения. И отказывался рассказывать о себе даже товарищам по труппе. Он вообще старался никуда не выходить из своих комнат и чуть ли не прятался по углам вместе с Ташей и её детьми.

На третий день после суда в репетиционную комнату, где труппа коротала время перед тем, как отправиться по приглашению очередного лорда, зашла помощница леди Аннирель.

— Вы еще здесь? — поинтересовалась она. — Не уехали? — взгляд её сразу нашёл Лейра, который скромно сидел в уголке с Соэль на коленях.

— А надо? — удивился мастер Боар.

— Было бы разумно, — помолчав, признала девушка, открыто рассматривая мима. — Из-за чрезвычайных событий в поместье-столице отменили все балы и развлечения. Некоторые гости уже собираются уезжать — их останавливает только то, что на послезавтра назначен открытый турнир за право носить платиновый венец Наместника…

Лейр насторожился. Соэль почувствовала это по тому, как напряглись его руки, обнимавшие ее талию.

— Турнир? — переспросил глава труппы.

— Открытый турнир. Принять участие могут все кровные родственники прежнего Наместника.

— Можно остаться и посмотреть? — заинтересовался Тайн.

— Конечно, — пожала плечами девушка. — Смотрите, сколько хотите. Но вряд ли вам заплатят за эти два дня. Казна не намерена кормить постояльцев.

— Ну, — мастер Боар посмотрел на своих родственников, — мы бы могли выступить на пиру по случаю турнира.

Выступать на пирах — занятие простое и прибыльное. Ведь артисты в тот день не только могли рассчитывать на щедрую награду, если сумеют угодить кому-то из гостей песней или акробатикой, но и сытно поужинать. И не всегда объедками. Если менестрелей, например, выступало двое или трое, то они пели по очереди — пока один выступает, другой ест.

— Сомневаюсь, что на пир Наместников вы будете допущены, — покачала головой девушка. — Впрочем… Можете попробовать!

С этими словами она вышла.

— Сдаётся мне, что нас только что выставили за порог, — подумал вслух Янсор, почесав в затылке.

— А тебя это удивляет? — поинтересовался Тайн. — У высоких лордов проблемы — им не до простых артистов.

Он оборвал сам себя и посмотрел на Лейра. Так уж вышло, что источником проблем целого поместья-столицы был именно простой артист.

— И что мы будем делать? — глава труппы тоже обернулся к миму, советуясь с ним. Юноша ссадил с колен Соэль, встал и, стукнув себя кулаком в грудь, указал на пол под ногами, притопнув для верности и упирая руки в бока.

«Я останусь!» — поняли все.

В день, на который был назначен поединок, отменили все развлекательные мероприятия. Леди Аннирель махнула рукой на помолвку и все связанные с нею хлопоты. Её родной племянник обвинялся в убийстве! Лорды-Наместники соседних Островов на заседании малого совета вынесли решение — предоставить обвиняемому право самому, с оружием в руках, защищать свою честь и правоту.

Все поместье-столица гудела, как встревоженный улей. Слуг невозможно было заставить работать, из уст в уста, обрастая подробностями, переносилась весть о том, что всему виной — бродячие артисты. Дескать, благодаря им стало известно о том давнем преступлении. Якобы состоялся закрытый суд, где несправедливо обвинённый актёр прямо указал на настоящего убийцу и доказал свою невиновность.

Много говорили и о других деяниях Наместника. Собравшиеся на ристалище зрители не умолкали, наперебой обсуждая последние события.

— Это правда, что дочь Наместника — убийца?

— Да. Я слышал, что она своими руками убила Видящую!

— Ужас! Неудивительно, что вот уже несколько лет весна наступает на целый месяц позже, а осень стала такой длинной.

— И хлеба родится меньше!

— И дети чаще рождаются слабыми… Всё одно к одному!

— Это Покровители посылают нам кару!

— Что же будет с Островом?

— Да ничего особенного, я думаю. Старая Хозяйка-то вернулась! Уж она наведёт порядок!

— А правда, — осмелев от волнения, к группе лордов подобрался какой-то альфар, — что сам наследник тоже кое в чём замешан?

Молодые лорды взглянули на него с презрением, но до ответа снизошли:

— Правда.

— Вот уж кто бы мог подумать? И брат, и сестра — оба преступники! — качая головой, альфар отступил.

Поединок должен был состояться на турнирной арене, где еще недавно конные и пешие рыцари состязались в силе, ловкости и доблести. Сейчас на трибуны набилось столько эльфов, как родовитых, так и простых, что не только яблоку — вишне негде было бы упасть. И многие девушки сидели на коленях у своих отцов, братьев и возлюбленных. Исмираль уютно устроилась в объятиях Тиара. Рядом с ним сидел Дом Элестар — его сын должен был уже добраться до Топазового Острова, а может и успел разыскать замок Варадар.

Бродячие артисты тоже пришли, невольно обратив на себя всеобщее внимание. Зрители толкали друг дружку локтями, перешёптывались.

— Вон он! Вон! — слышались голоса. — Этот высокий!

— Который играл Тролля и Призрака?

— Он самый!

— Какой хорошенький! — тоненько взвизгнула какая-то девушка и бросила в сторону Лейра пёструю ленту. Она, конечно, не долетела, но нашлись доброхоты, которые передали подарок из рук в руки. Получив подарок, юноша шутливо отсалютовал ею, вызвав восторги публики.

— Тебя здесь любят, — вздохнул Тайн с оттенком зависти.

— А, — отмахнулся мим.

— Не хочешь остаться?

— Э? Пф-ф, — скривился юноша, демонстративно обнимая Соэль, как делал всегда, когда желал показать, что ни в чем не нуждается.

На главной трибуне искусственный ветер всколыхнул занавеси, и в ложе появились лорды Наместники соседних Островов — Нефритового, Изумрудного и Рубинового с жёнами и наследниками. Их приветствовали громкими криками. Затерявшиеся в толпе придворные потрясали оружием.

Как самый старший из присутствующих, лорд Глессиар Нефритовый поднял руку, приветствуя собравшихся и заодно призывая их к тишине.

— Здесь и сейчас, — крикнул он, незаметно сжимая в кулаке амулет, усиливающий звук, — мы, лорды малого Совета Наместников, собрались третьего дня с тем, чтобы рассмотреть вину одного из нас, великолепного лорда Ровилара. Сын его, наследник Раванир обвиняется в том, что, потворствуя замыслам своей сестры, леди Дехтирель, и покрывая её преступление, пошёл на убийство одного из своих Преданных, дабы замести следы ужасного злодеяния. Дочь лорда Наместника обвинялась в убийстве Видящей волшебницы!