Наши тени (СИ) - Хайруллин Миша - Страница 40

— Есть идеи получше? — спросила Харли.

— Да вот именно, что нет. Ладно, идём.

Мы вошли. Чем-то напоминает зал главного офиса Infinitum. Только синий и с более скудным дизайном. Диваны, стулья, столы, стойка для обслуживания клиентов и записи их к кому-либо. В общем, просто и со вкусом. Только свет от ламп на потолке очень резал глаз. На нос садились какие-то мухи. Здоровенные, напоминающие слонов при приближении. Я часто тряс головой, чтобы прогнать любительницу сладкого. Неужели я настолько вкусен?

Мы поднимались по синей лестнице. Мимо шли сверху вниз кабинеты. Открытые, закрытые. Синие, красные. Пустые, полные от компьютеров, мебели, проводов. С трупами и без. Я уже привык к этому. Привык к грязи, привык к крови, привык к боли и до тошноты ужасным убийствам. Привык к страху, к выжившим, поглощённых тьмой и смутными тенями аварии. Сейчас мне казалось, будто лодкаковчег с людьми, брошенными здесь на произвол судьбы, наконец обзавелась спасательными жилетами. Она двигалась быстро. Навстречу огромному леднику, чтобы с грохотом потерпеть крушение в ледяном или горячем море, залив его красной слизью.

— Всё вот-вот кончится? — спросила Харли.

— Да, — ответил я, — всё вот-вот кончится.

Наши сердца забились быстрее, силы подступали, кровь притекала к мозгам. Хотелось бежать. Навстречу новой жизни.

Мы достигли крыши. Синий железный пол и куча уходящих к космосу антенн. Ветер дул очень сильно. Чёлка нервно прыгала и болталась перед глазами. Раны жгли. Концы железных спиц колыхались из стороны в сторону. Как их ещё не сдуло?

— Что дальше, Трики?

— О, вы на месте? Так, видишь там под антенной компьютер? Он небольшой такой, с кучей кнопок.

Я подошёл к антенне. Чувствуя высоту, я качался из стороны в сторону. Мне невольно хотелось упасть.

— Так, ну, вижу.

— Войди в меню. Нажми «Подключить пользователя».

Я медленно щёлкал кнопками. Экран отсвечивал солнце, было трудно разглядеть что-то в контекстном меню.

Вдали послышался рёв мотора. Я оглянулся. Какая-то огромная точка, словно муха, медленно увеличивалась в размере, повышая журчание.

— Это что? — потупил глаза Болди.

— Вертолёт? Вертолёт. Вертолёт! — я запаниковал. Без лишних преувеличений, я запаниковал.

— Никольз, вижу. Этот какой-то странный. Не тот, что был на базе.

— И что нам делать?

— Так, вот что, вводи логин: «PinkRobot».

Что за идиотский логин? Я ввёл, заслоняя клавиатуру левой рукой.

— Есть!

— Пароль: «ToborKnip».

Ты издеваешься?

— Так, что дальше?

— Получил запрос! Осталась пара минут…

— Н-ник? — Харли дёргала меня за край футболки.

— Харли, подожди секунду…

— Никольз…

— Да что, чёрт возьми?! — я обернулся к ней.

Перед крышей парил в воздухе огромный вертолёт. Удивительно, что я изначально не услышал его шума. Огромная машина с острым серебряным концом, мерцающей линией наверху — это были лопасти, — на маленьких крылышках висели какие-то пушки, из которых выстрелили лучи ЛЦУ.

— Получилось! — выкрикнул Трики.

Вертолёт шикнул орудием. Рядом со мной рванула ракета, отбросив меня на край крыши. Меня контузило. В ушах звенело, в глазах помутнело. Подо мной плыл густой туман, скрывая пепельную улицу.

Я почувствовал, что меня кто-то схватил за ногу. Это Ева.

— Никольз, вставай, быстрее!

— Вниз, живо, живо! — кричал парень.

Мы бросились к лестнице, уводящей вниз.

Ноги спешили, за нами взорвалась основа крыши, начали сваливаться куски бетона, пробивая этажи насквозь. Взрыв. Дрожь. Пыль поедала воздух, наполняла его каменной мукой. Мы бежали, спасались. Грохот стоял в ушах. Камень летел во все стороны. Вдруг Ева, еле поспевавшая за нами, упала. Прямо за ней раздался огромный взрыв, начав обсыпать девушку грудой камней.

— ЕВА! — закричал Болди, его голос перекрыл даже грохот разваливающегося здания и крика Харли.

Меня парализовало. Я подбежал к завалам, на которых без движения лежало окровавленное тело Евы. Оно всё изуродовано, в синяках и громадных порезах. На закрытых глазах сверкали слёзы, как гаснущие звёзды. Парень взял тело на руки и тихо заплакал. Меня тошнило, Харли вырвало куда-то в сторону, она давилась слезами и чем-то красным, алым, похожим на плоть. Ева не дышала, не шевелилась. Румянец на лице потух. Улыбка смылась кровью.

Болди тихо, дрожащим голосом сказал:

— Уходите.

— Мы, мы… не бросим вас, — тяжело ответил я.

— Слишком поздно. Идите.

— Нет, Болди… я…

— Валите отсюда, мать вашу! Бегите, чёрт возьми!

Я проглотил ком слюны. Вперемешку со слезами. Грудь жалась внутрь, живот и сердце разрывались на части. А Болди… он остался с ней. Остался умирать. Я видел, как их обоих завалило огнём и бетоном, но это было уже после того, как мы с Харли выбежали на улицу. Точнее, я вывел её, мокрую от слёз. Она рвалась к зданию. И кричала, плакала, рыдала. И когда она вырвалась, побежала к разбитому стеклу, из которого раньше состояли двери, я догнал её и закрыл от огненной волны, которая выплеснулась из прохода. Мой рюкзак обожгло, динамик чикнул и сгорел. Вертолёт в небе кружил над головами, начав снижение. Харли кричала. Клубы дыма возносились к небу, как души пары, сплетаясь вместе, растворяясь в облаках. Пепел засыпал голову, горел ещё в полёте и в итоге изничтожал себя, гаснув, как огоньки.

Я не знал, что происходит. Я просто взял Харли за руку. И побежал. Она спотыкалась. Падала. Разбивала колени, на которых образовались дыры, обнажающие кровавую кожу.

Я всё смотрел назад. И никак не мог успокоиться. Слёзы

выдавливались из глаз сами собой. Я утирал их. И тяжело дышал.

Что нам делать дальше? Не знаю. Не знает и Харли.

Мы направились к границе, где готовы были встретить смерть от солдат. К горам и озеру. Покрытым облаками и туманами.

Глава 17- без пощады

Время будто остановилось. Часы уже давно перестали работать. Села батарея, или сломались? Не знаю. На небе всё гуще собиралась серая гуашь. Небо казалось бесцветным, как в старых фильмах. Дождь тоже собрался выйти на улицу. Разбить свои капли об асфальт, намочить его прозрачной кровью. Горы росли, увеличивались в размере. Дома становились меньше, втаптывали свои бетонные тела в землю. Всё шумело: ветер, озеро вдали, крики солдат где-то рядом со взорванным зданием, вертолёты в хмуром, железном небе.

Я и Харли. Парень и девушка. Возможно, последние выжившие в городе. На шаг ближе к границе с каждой минутой. Мы вот-вот выберемся отсюда. И всё кончится. И всё кончится. И всё кончится.

Тело болело так, что издавать каких-либо звуков, не говоря уже о движениях, было адски тяжело. Да и не только тяжело физически, но и душевно. Внутри себя я чувствовал жирную змею, откармливающую своё длинное тело моими органами. Сердцем, лёгкими, желудком, изнывающим от голода и переполнившемся от кислоты.

Харли было хуже. Я так не думаю, я знаю это. Хрупкая,

несломленная девушка, в сто, нет, в тысячу раз сильнее меня во всех аспектах, которая уже испепелила себя изнутри. В ней умерло всё. От надежды до организма. Всё улеглось горьким сном,

захлебнувшись в слезах, будучи раздавленным свинцом печали. Она шла, держась за моё тело, утягивая меня под землю — к вечному сну. Внезапно она остановилась, не поднимая головы, и тихим, спокойным голосом сказала:

— Я не могу больше.

— Харли, мы почти у цели.

— Нет, не могу больше.

Она упала на колени и уткнулась взглядом в асфальт.

— Вставай же, ну! — я вцепился в её и руки начал поднимать. Она не поддавалась, вытягивала руку.

Над горами вдали, где уже кончались дома, густое облачное полотно разорвалось, появилась огромная огненная трещина.

Солнце потихоньку просовывало свои лучи.

— Никольз, я хочу тебе сказать кое-что.

Я сел рядом.

— Когда мы видели Лиона… он… — она тяжело вздохнула. — В общем, у меня в жизни был один человек, очень похожий на тебя. Я испытывала к нему что-то. Он исчез однажды, а Лион был знаком с ним, и я… хотела найти того человека, потому что… — она вытерла глаз рукой. — Он мне нравился. А потом встретился ты, я правда тебя очень люблю, но, думая, что тот парень так похож на тебя, мне кажется, что я использую тебя, как замену. И мне становится очень мерзко от этого всего. Ник, прости меня. Но я не могу так больше.