Кион-Тократ (СИ) - Воронич Александр - Страница 56

Глава 22. Бойня в Тариане

Глава 22

Бойня в Тариане

«Однажды ты спросил меня, мой верный Ра'Хаан[1], почему я не позволил тебе утолить свой голод плотью тех несчастных, которых мы встретили по дороге в Ледяной Измир. Ты предположил, что я чту законы Пограничного Регента, Анастаса фиц Корума, и был не прав. Мир полон несправедливости и жестокости, и я считаю, что не должен множить их без веской причины. Если того требует дело, убей врага и забудь об этом. Если голоден — найди того, кто не заслуживает снисхождения, и пожри его. Однако обходи стороной каждую жалкую тварь, стремящуюся к тому, чтобы выжить и стать чем-то большим. Я знаю, как странно это слышать от того, кого величают Сакийским Ужасом, Хранителем Теней и Губителем. И, тем ни менее, прошу тебя, друг, прислушайся к моим словам и поверь, что даже во мне можно отыскать зачатки того, что принято называть человечностью».

Из подслушанных бесед Лорда Малаката с Желчным

Группа ящеров взлетела почти бесшумно. На фоне неба, усыпанного пульсирующими звёздами, они казались ночными татями, отправившимися по чьи-то души. К несчастью, фантазия была гораздо ближе к реальности, чем мог подумать незримый наблюдатель, склонный к мрачному романтизму.

Они действительно походили на ночных призраков, двигаясь незаметно и целеустремлённо. Несмотря на позднее время внизу наблюдалось активное движение. Небольшие отряды курсировали по улицам с горящими факелами, но понять отсюда, на чьей они стороне, было довольно сложно. Порывистый ветер доносил до ушей лишь обрывки слов, которые невозможно было идентифицировать.

Впереди показались трущобы Баха — место, населённое отбросами и клошарами. Пустырь Асафа Притеснителя находился сразу за ними. Покинутые перегруппировались прямо в воздухе, разбиваясь на три небольшие группы. Пока что всё шло по плану лорд-канцлера.

Лагерь мятежников представлял собой неправильный четырехугольник, компактно разместившийся на пустыре. Когда-то здесь был район с весьма красноречивым названием «Помойка», дававший фору даже трущобам Баха в плане количества притонов и злачных мест. Испокон веков здесь жили и умирали различные негодяи, убийцы и воры, пока власти Тариана не узнали о прискорбном факте сотрудничества местной гильдии воров с их коллегами в Белом Крондоре. Сам по себе это был неудивительный факт, если не брать в расчёт, что последние прислуживали Чёрной Церкви и лично архиепископу Лариони. Из этого логически следовало, что в городе полно шпионов, работающих в интересах Турана. Естественно, советника Пирона и лорда Сальвоса это не могло устраивать. И канцлер отправил генерала Асафа — старого распутника и садиста, чтобы тот выжег район без всякой жалости, огнём и железом.

С тех пор здесь появился пустырь, названный в честь кровожадного чудовища, устроившего резню. Руины зданий, засыпанные колодцы и обугленные пальмы — это место превосходно подходило для того, чтобы мятежники решили разбить здесь лагерь.

— Пришло время воспользоваться комплектом Токра, — раздался голос Тарчета. — Призовите Охотника, но будьте осторожны. В первый раз это может быть опасно.

Студенты поспешно воспользовались своими наборами, проглатывая содержимое пузырьков. Смилодон с отвращением передёрнул плечами. Он никак не мог понять, почему остальные так стремились прибегнуть к этой силе. Разве есть что-нибудь более отвратительное, чем ощущение собственной беспомощности. А ведь именно это чувство приходит, когда разумом овладеет безумный миньон Аканти, дух от духа Алчущего.

Прошло всего несколько секунд, когда Артур увидел, как начали изменяться его спутники. Они по-прежнему оставались самими собой, но только внешне. Внутри же каждого из них, в той или иной степени, пробудилась тёмная неистовая ярость. Юлиус, вероятно, принял убойную дозу, потому что начал внезапно хихикать, мелко и дребезжаще, ну вылитый безумец. Глаза налились кровью, а зубы уже не помещались во рту, выпирая наружу.

Артур даже не прикоснулся к мутагенам, испытывая к ним устойчивое отвращение.

— Разделяемся, — прокричал мастер Щерготус, когда лагерь оказался под ними, — и помните о своих задачах. Брат Тарчет, брат Филин, удачи вам, и да пребудет с нами Безликая Матушка.

Ударные группы Вентар и Мазадорга отправились на окраины. Им предстояло навести шорох, чтобы разворошить осиный улей. Лорд-канцлер остался с группой Малициуса, которая дожидалась своего выхода на сцену, чтобы нанести точечный удар по центру.

Внизу определённо началось смятение. Повстанцы выбежали из казарм и по приказу командиров устремились к различным точкам лагеря. Судя по всему, войска калифа тоже подоспели к ужину.

— Спускаемся, — приказал Тарчет, когда оговорённое время истекло. — Наша цель — таверна и казарменные комплексы. Уничтожаем всех, не допуская длительных потасовок. Смилодон, Граникус и Такер — прикрываете нас снаружи, не позволяя никому войти внутрь. Всё понятно?

Вопрос был риторическим.

Охрана у входа — двое недотёп в сползающих на лоб шлемах — спохватилась, когда было слишком поздно. Келноз могучим прыжком вылетел из седла раньше, чем его ящер приземлился. Взмахнув паладором, он развалил обоих на крупные куски, а затем зарычал, с выражением удовольствия на лице.

— Вперёд, — рявкнул Тарчет, следующим приземляясь на грунт.

Покинутые ворвались в здание, сметая сопротивление без всякой жалости. Лишь трое, названные учителем, заняли вахту у входа. Келноза хватило не на долго.

— Эх, надо бы размяться, — через минуту проворчал он и, не обращая внимания на соратников, направился в сторону импровизированных палаток.

Артур остался вдвоём с Такером.

— А мы что, хуже его? — спросил адепт, с мрачной усмешкой глядя в глаза Смилодона. — Пора двигаться, иначе пропустим самое интересное.

— Но ведь Тарчет сказал…

— Забудь, всё равно здесь никто не появится. Сейчас сражения кипят на периферии. В любом случае, шварки никого не пропустят в здание, как и не выпустят наружу.

— Я останусь, — ответил Смилодон, не имея желания выискивать себе жертв.

— Ну как знаешь, — скривился Ларс. — А я, пожалуй, прошвырнусь по округе. Не для того я летел в такую даль, чтобы твой Граникус меня обошёл.

Рассмеявшись, чародей оставил Артура одного.

— Дезертиры, — пробормотал юноша и, чтобы отвлечься, начал цитировать «Апологетику» Олафа с Перьями. Увы, ничего не получалось. Время от времени до его слуха долетали крики, порой похожие на предсмертные.

Прошло несколько минут, в течение которых напряжение в душе нарастало, пока не достигло своего апогея. Недалеко в стороне раздался шорох, от которого сердце юноши оборвалось. Неужели ему придётся…

Артур не успел закончить мысль. В нескольких метрах от него появились тени, в которых Покинутый распознал группу людей, вышедших из подвала и теперь пытающихся незаметно выбраться из эпицентра боевых действий. Их было не более сорока человек, и Артур ужаснулся, когда осознал, что это, в большинстве своём, женщины и дети. Очевидно, они прятались в подвале, а когда Токра под руководством Тарчета начали зачищать здание, они испугались, что их укрытие будет обнаружено, и решили выбираться. Стараясь не шуметь, группа беженцев направилась на запад, прочь от бараков. Артур вздохнул с облегчением, но тут же вспомнил, что именно в том направлении ушёл Келноз.

— Какого Ситаса! — не выдержал Смилодон. — Если я не остановлю их, Граникус убьёт их всех.

Артур бросился за людьми, пока они окончательно не скрылись за руинами здания. Набрав приличную скорость, Покинутый обогнул развалины и выбежал на группу спереди. Беглецы до последнего не подозревали о его присутствии. Наконец увидели юношу и испуганно остановились, прижимая детей к себе и с мольбой глядя на Смилодона. Было видно, что силы оставили их, и они не в состоянии даже бежать. Смилодон поднял руки над головой и тихим голосом произнёс: