Волчья ягода - Данилова Анна - Страница 73

– Я все слышала, – сказала она. – Мне надо с ней поговорить… Срочно. Пожалуйста, пойди погуляй… И позови ее сюда, хорошо?

– Ты уверена, что так будет лучше?

– Да. У нас нет выхода. Ты же видел ее…

Они не заметили, как в комнату вернулась Татьяна.

– Очнулись? Вот и хорошо. Вы не смотрите меня, как на врага народа. Просто у вас – свои принципы, а у меня – свои.

– С вами хочет поговорить моя жена, – произнес Ромих. – А я пойду… Только прошу вас, Татьяна, учтите, что Берта очень больна…

– У нее что, грипп? Хорошо. Тогда я сяду во-он в то, дальнее кресло… Мне нельзя болеть, я работаю с мышами, и любая инфекция может повлиять на ход эксперимента…

Ромих удалился в другую комнату, а Татьяна, нисколько не смущаясь, принесла из кухни поднос, на котором стояли две чашки с кофе. За все это время Берта не проронила ни слова. Она лежала, глядя в потолок и не зная, с чего начать…

– Выпейте кофе, вам станет лучше… – сказала Татьяна. – Вы извините, что я ворвалась к вам как фурия, но вы и меня тоже поймите… И не думайте, что я и в жизни такая: решительная, громкоголосая и уверенная в себе… Это не так. Просто я так защищаюсь… – В голосе ее появились теплые нотки.

– От кого? От меня?

– Не знаю. Ото всех сразу. Итак, я слушаю… Кто убил Вика? Илья? Но за что? – И снова в ее голосе появились твердость и напор.

– У Вика была девушка по имени Мила. Вы что-нибудь слышали об этом? – начала спокойным и очень тихим голосом, словно каждое слово приносило ей боль, Берта.

Теперь уже на лбу Татьяны выступила испарина. Она промолчала.

– Молчите? Пусть. Ну а про жену-то его вы не могли не знать…

– О ней знает вся страна. Ну и что с того? Он приударял и за вами, и из-за этого ваш муж его убил и отрезал ему голову?

И Берта только сейчас поняла, что у Татьяны истерика. Что она тоже нуждается в помощи.

– Возьмите себя в руки, а то у нас не получится разговора… Вик, как вы называете Храмова, ЗА МНОЙ НЕ ПРИУДАРЯЛ… Он НЕНАВИДЕЛ ЖЕНЩИН.

– Вы говорите полную ерунду…

– Не перебивайте меня, – Берта поднялась и взяла с подноса чашку. – Мне понятны ваши чувства, но раз уж вы сюда пришли, вам придется выслушать и о моих чувствах, и о чувствах других женщин, которые стали жертвами вашего драгоценного Вика… У него была жена, Анна Рыженкова. Он помог сделать ей карьеру, после чего она бросила его и уехала за границу. Вы знаете, как Вик жил после этого, до встречи с вами?

– Примерно знаю… Он открыл кафе и занялся делами…

– Какими делами? О чем вы! Первое, что он сделал, это подцепил на улице красивую девушку, проститутку, приручил ее, поселил у себя и, представляя себе, что это его жена Анна, заставлял ее трахаться у него на глазах со всеми своими друзьями… Анна была шатенкой, а потому на эту проститутку Вик надевал соответствующий парик, брызгал на нее любимыми духами своей жены и наслаждался зрелищем УНИЖЕНИЯ своей “жены”…

– Это были вы? – Татьяна, не понимая, что делает, поставила чашку мимо подноса и мимо стола, кофе пролился и впитался в ковер.

– Нет, это была другая девушка, ее звали Милой.

– Вы знаете ее?

– Вы можете слушать, не перебивая? Татьяна опустила голову.

– Но этого Вику показалось мало, и он стал приглашать мужчин с садистскими наклонностями, чтобы они били эту “жену”… Вы понимаете, ЧТО я вам рассказываю? Вам нелегко это слушать, но это правда… Вик был хорош только для вас… Постепенно вокруг него образовалась компания мужчин, которых сближало их ненормальное отношение к женщинам… Так появился известный в узких кругах храмовский клуб… Клуб садистов и маньяков.

– Они били ее? И она терпела?

– Во-первых, Вик платил ей, а во-вторых, она боялась его… Но потом все-таки сбежала и стала “работать” в паре с молодым парнем, который был счастлив уже от того, что рядом с ним живет такая красивая женщина…

– У нее появился другой сутенер?

– Он был скорее другом, чем сутенером…

– И Вик стал ее искать?

– Да, сначала он ее искал, но потом, когда его ресторан расширился (вы ведь знаете, что он практически выкупил все квартиры у жильцов и превратил дом на улице Воровского в огромный притон!), ему кто-то подсказал идею – построить в подвале бункер со звуконепроницаемыми стенами, где его так называемые клиенты могли бы удовлетворять свои извращенческие потребности…

– Это форменный бред! Вик не был способен на подобное..

– Если вы имеете в виду ЕГО непосредственное участие в этих ЗАБАВАХ, то здесь вы правы, да, он действительно никогда сам не трогал нас…

– Нас? Вы сказали “нас”? Вы что, были там, в этом бункере?

– Да, я там была… Меня похитили прямо на улице, затолкали в машину и повезли. Представьте себе мое удивление, когда мы проехали буквально несколько кварталов… Да, да, все это произошло в центре Москвы! Так вот, спустя совсем короткое время меня высадили из машины и провели в подвал… Атак как глаза мне не завязали, я поняла, что ЖИВОЙ я уже оттуда не выйду…

– Как? Взяли прямо с улицы? Но зачем?

– А затем, чтобы посадить меня в клетку и отдать на растерзание этим уродам. Там было две клетки, в другой была еще одна молодая женщина, ее звали Мила…

– Как вы сказали: Мила? Та самая, которая от него сбежала?

– Да. Он нашел ее и силой привез туда. И когда в бункер привезли меня, от Милы уже мало что осталось…

– То есть?

– Вы задаете мне такие вопросы… – возмутилась Берта, – как будто не понимаете, что может произойти с женщиной, которую по несколько раз на день насилует свора мужчин, которые к тому же еще и бьют ее, истязают разными приспособлениями и, кроме того, постоянно поят психотропными средствами и вкалывают ей наркотики… В конечном итоге она умерла…

Татьяна закрыла глаза, представляя себе, очевидно, весь ужас, который пережила Мила.

– Но как же случилось, что вам позволили выйти оттуда?

– Мне чудом удалось сбежать, я и сама до сих пор не могу понять, как я сумела убить охранника… Да-да, не удивляйтесь, я, вот такая слабая и изнеженная, убила его, выколов ему глаза тем же самым крюком, которым терзали нас эти изверги… Взяла ключи и выбралась наверх… Поверьте мне, бункер существует, я его не выдумала, и он находится где-то под рестораном, я просто не помню, сколько ступенек мне пришлось преодолеть, прежде чем оказаться на улице… Словом, я выбралась из ада… Я не могла показаться в таком виде мужу, я боялась, что он не примет меня после всего, обрушившегося на меня… Вы же знаете, как мужчины относятся к подобным вещам… И я пошла к тому самому парню, с которым последнее время жила Мила, чтобы он помог мне хотя бы не умереть. Перед смертью она дала мне его адрес… Хотите, я покажу вам мои шрамы?.. Они есть везде, некоторые еще не зажили. Я уж не говорю о гинекологии… И вы хотели бы, чтобы я после всего пережитого спокойно жила, зная о том, что эти скоты будут в этих же клетках мучить других женщин? Вам сложно понять меня, ведь вы не прошли через все это и не знаете, что такое чувство мести. Настоящей мести…

Татьяна, слушая Берту, пыталась вспомнить все свои страхи и сомнения, которые охватывали ее в последнее время при встречах с Виком. Да, конечно, он не был похож на других мужчин, он был особенным, невероятно свободолюбивым, оригинальным во всем, чем бы он ни занимался и о чем бы ни говорил, но ведь именно этим он ее и привлек к себе. Пытаясь угадать причину столь странного поведения своего возлюбленного, которое заключалось в его постоянном желании как-то разнообразить свою жизнь, наполнить ее до предела риском, она только сейчас начала понимать, ЧТО скрывалось за его обликом мужчины-вамп. Экстравагантность одежды, носящая в себе элементы эпатажа (черные балахоны, белоснежные английские сорочки с кружевными, ручной работы, рукавами, дорогая обувь с золотыми и платиновыми пряжками – штучные экземпляры: Татьяна слышала, что их присылает ему из Лондона его бывшая жена, – перчатки, трости) в сочетании с хорошими духами делали его и без того красивую внешность настолько эффектной и вызывающей, что все это в комплексе наводило на мысль о том, что этому роскошному мужчине уже НЕЧЕМ УДИВИТЬ САМОГО СЕБЯ. Что ему скучно и тоскливо жить в этом мире и что он, очевидно, придумал свой, пусть даже болезненный, но зато отвечающий его потребностям мир, который и населил только ему близкими людьми, рвущимися, как и он, BOH(!) ИЗ СЕРОСТИ ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ . Ведь кто такие политики? Люди, страдающие от неудовлетворенности своих амбиций, для них власть – наркотик, без которого нет жизни. Их мнение о себе столь высоко, что они нисколько не сомневаются в том, что именно они являются той движущей (но чаще всего сокрушающей) силой, которая призвана изменить – ни больше и ни меньше – весь мир.