Мирное время (СИ) - Куранова Ольга Алексеевна - Страница 13

***

В тот первый момент, когда отключилась искусственная гравитация, и Йеннер бросило вперед, она подумала, что — все. Что Фелиз решила просто взорвать станцию целиком, и что вот именно это — смерть. Глупая и абсолютно нелепая. Что спасутся все — все, кого она предупредила, и что умрет только Йеннер, потому что она безответственная дура, которая не успела активировать собственный энерго-скафандр.

Головная плеть рванулась в сторону словно сама по себе, впилась острым наконечником имплантата в пол, стабилизируя. И Йеннер нажала на браслете энерго-скафандра кнопку активации.

Энергетическое поле окутало фигуру теплом и автономной атмосферой, глаза защипало, как всегда при активации, а потом гравитация на станции включилась снова.

Йеннер снова почувствовала вес своего тела, едва успела перехватить Вернера плетью, затормозив падение.

В воздухе зажглись виртуальные экраны аварийной системы.

Йеннер успела заметить «взрыв в шлюзовом отсеке», предупреждающие сообщения и «несанкционированный доступ».

Она активировала окно оповещения, как только почувствовала пол под ногами:

— Внимание персоналу! Внимание всему персоналу! Говорит наблюдатель Йеннер. На станции аварийная ситуация. Протокол безопасности два-ноль. Повторяю, протокол безопасности два-ноль.

Поставив запись сообщение на повтор — протокол безопасности два-ноль обязывал сотрудников собраться в главной технической зоне: рядом с сердцем станции, в самом безопасном отсеке и неподалеку от аварийных челноков — Йеннер активировала схему станции.

— Эй, — Вернер окликнул ее и указал на собственный виртуальный экран. — Они здесь.

На схеме трехмерными голограммами летели уменьшенные проекции боевых беспилотников. Хотела бы Йеннер знать, где Фелиз их достала.

Точка для первичной атаки казалась странной — слишком удачной. Взрыв случился в секторе, в котором еще не были установлены модули новой системы безопасности.

— Она знает слабые места станции, — сказала Йеннер, отслеживая маршрут беспилотников.

— Херня, — Вернер приблизил проекцию к себе. — Просто без вариантов. Только три человека знают.

— Безопаснее думать, что теперь четыре.

Йеннер включила сканирование, пытаясь обнаружить сигнал самой Фелиз, и не смогла.

Обычно сканер неплохо справлялся с определением если не посторонних на станции, то хотя бы боевых симбиотиков.

Или Фелиз не появилась на RG-18, или нашла способ скрыть собственный сигнал, или — что было значительно хуже — смогла вмешаться в систему слежения напрямую. Тем не менее, откуда-то же она должна была управлять своими беспилотниками.

— Сможете отследить, откуда идет управляющий сигнал? — спросила Йеннер.

— Я механик, а не компьютерщик. Мой максимум это «горячо-холодно» да и то, если ты поймаешь беспилотник, и он останется в рабочем состоянии.

Йеннер попыталась отправить запрос в службу компьютерного обеспечения станции, но запрос даже не прошел, как будто конечная точка связи оказалась недоступна.

— Поняла. Значит, будем искать «горячо-холодно».

— Ты всерьез?

— А у меня есть выбор?

Йеннер пошла к двери в техблок, на ходу активируя части системы безопасности и блокируя те зоны станции, которые все еще могла защитить.

Схема активных зон превращалась в своеобразный коридор — от Фелиз до Йеннер. В конце концов, они обе хотели встретиться.

Фелиз не любила бить в спину.

Йеннер тоже.

Вернер двинулся следом за ней, на ходу вытаскивая оружие.

— Оставайтесь здесь. Я подключу служебный сканер к беспилотнику и пришлю вам данные.

— Я буду полезнее там. Да и определять источник сигнала смогу точнее, — он, наверное, действительно думал, что она так просто выпустит его размахивать плазмоганом навстречу Фелиз. Иногда Вернер мог быть редкостным идиотом.

— Вернер, вы гражданский.

— Потом пришлешь мне штраф за нарушение аварийного протокола.

Йеннер позволила ему поравняться с собой, перехватила нижней плетью поперек талии и отшвырнула назад, почти к ремонтному столу.

На секунду мелькнуло воспоминание — разорванный комбинезон, стиснутые на металлической поверхности пальцы. Йеннер столько раз за последний месяц это вспоминала. На сей раз переключиться было легко. Йеннер не чувствовала за собой никакой вины.

Она нажала индикатор на стене, и массивная дверь техблока начала медленно опускаться вниз, отгораживая Вернера. Он еще только поднимался, а нижняя часть с глухим звуком вошла в пазы сцепления с полом и застыла. Наконечник имплантата разбил панель замка так, словно та была игрушечной, заблокировав механизм открытия.

***

Служебный скайлер был припаркован неподалеку, но Йеннер все равно перешла на бег, не желая терять время. Она отпустила контроль над симбионтом, и плети помогали ей двигаться — цеплялись за стены и потолок, придавали дополнительное ускорение. Приятно было наконец-то перестать бояться, перестать одергивать себя и просто действовать. Ей этого не хватало.

Разумеется, Вернер позвонил почти сразу. Йеннер перевела режим связи в аудио-формат и ответила:

— Не отвлекайте от работы.

— Выпорю, — мрачно пообещал ей Вернер. — На развилке возле энерго-блоков сверни к конденсационным платформам. Там есть технический транспортный проход, можно добраться до беспилотников быстрее.

— Сделаю. Спасибо.

Йеннер поправила маршрут на собственной навигационной схеме, и заложила скайлером крутой вираж, сворачивая направо.

Конденсационные платформы, заполненные голубым неоном конденсата, матово светились и едва не сливались в сплошные полосы — Йеннер выжимала из скайлера все, что могла.

— Вернер, пока я лечу за беспилотником, попробуйте найти Фелиз сами. Может быть, что-то появится на датчиках системы безопасности.

Разумеется, показания датчиков выводились и на виртуальный экран перед Йеннер, она получила бы предупреждение, если бы система засекла Фелиз. Но Вернер мог не просто следить за уведомлением, мог лично проанализировать мелкие нестыковки в показаниях сканеров, если Фелиз от них пряталась.

— Пока ты летишь, я тут пытаюсь выбраться из собственного блока. Спасибо большое, что расхерачила дверь, к слову.

— Вернер, это я вас выпорю. Сидите смирно и займитесь полезным делом.

— Да поищу я твою подружку, расслабься. Одно другому не мешает.

На визоре вспыхнуло красным уведомление о еще одном взрыве, на сей раз в сейф-блоке, где хранились все игрушки Вернера, и Йеннер едва подавила желание застонать:

— Вернер, скажите мне, что это не вы.

— Это не я, это мой боевой дроид.

— Я вижу. «Автономный модуль YNR-2»?

— Ну да, я назвал его в честь тебя.

В фильмах подобное всегда воспринималось романтичнее. Или же под угрозой Фелиз Йеннер просто не могла оценить широту жеста.

Справа мелькнул технический проход, и она направила скайлер туда. Проход — широкая круглая шахта уходила на следующий ярус станции и действительно могла существенно сократить путь.

Подобные технические проходы строили ремонтники — модульное устройство ремонтных блоков позволяло тасовать пространство по желанию, расширяя одни отсеки и сужая другие. Изменения отображались только на схемах ремонтников и службы безопасности.

Откуда-то Фелиз тоже о них знала — беспилотники сменили курс и нырнули в проход с другого конца. Йеннер видела на схеме, как они приближались.

В узком транспортном туннеле у них было преимущество перед скайлером, и Йеннер опустила машину вниз.

Несколько секунд ушло на то, чтобы выскочить наружу и раскидать виртуальные окна вокруг себя так, чтобы они не загораживали обзор.

— Ты с ума сошла? — судя по голосу, Вернер был в ярости. — Там пять беспилотников. Вали оттуда!

— Не отвлекайте, — отозвалась Йеннер. Плети рванулись вверх, имплантаты-наконечники впились в стены туннеля, и ее дернуло вверх. Напряглись нити симбионта под кожей, компенсируя перегрузку мышц.

Во время войны Йеннер привыкла перемещаться так, рывками. Используя симбионт больше, чем собственные руки и ноги.