Полуночный Валентайн (ЛП) - Джессинжер Джей Ти - Страница 37

Мне снятся дети. Роддом с новорожденными, завернутыми в розовые и синие одеяльца. Я смотрю на них через окно, стучу кулаками по стеклу и кричу так громко, что пробуждаются призраки в радиусе километра.

Сны о денверских омлетах и лимонном пироге, о молниях в пустыне, о черных мощных машинах, проезжающих с ревом мимо меня на максимальной скорости.

И как часто бывает, мне снится кровь. Она просачивается в паутину трещин на асфальте, скользит по ладоням моих рук, тихо стекает по обнаженным бедрам во время моих рыданий. Я понимаю свою потерю еще до того, как гинеколог бормочет свои сожаления.

Я просыпаюсь, запыхавшаяся и потная, чувствуя, как будто что-то жизненно важное парит вокруг меня, чему я никак не могу внять. Когда звонит телефон, я все еще дезориентирована. Не глядя, отвечаю на звонок.

– Алло?

– Привет, Меган, это Сюзанна!

– О. Привет, – провожу рукой по лицу и щурюсь от яркого утреннего солнца, заливающее комнату через окна спальни.

– Боже, судя по твоему голосу, ты безумно рада меня слышать, – сухо тараторит она.

– Прости. Я только что проснулась. Который час?

– Семь тридцать.

– Почему ты звонишь мне на рассвете в воскресенье, Сюзанна? – я зеваю, срывая одеяло, чтобы переместиться в ванную.

– Хотела узнать, не хочешь ли ты сгонять со мной в церковь.

– Нет.

Она смеется.

– Ты не хочешь уделить обдумыванию моего предложения хотя бы миллисекунду?

– У нас с Богом некие разногласия, – невозможно оставаться друзьями с кем-то после того, как он убивает любовь всей твоей жизни. – Моя мама однажды сказала, что если на меня упадет тень креста, я превращусь в пепел. Не думаю, что она шутила.

– Да ладно тебя, там будет весело!

– Весело? Церковь и веселье не шли рука об руку за всю историю религии. По правде говоря, мне кажется, что в ней противозаконно все, кроме страдания.

Она снова смеется. По какой-то причине мое плохое настроение, кажется, радует ее.

– Вау, за этим заявлением стоит какой-то серьезный багаж! Но эта церковь отличается, обещаю.

– Пфф. Они раздают косяки в проходе?

– Ха-ха. Такое счастье, увы, нас миновало. Нет, они просто классные.

Я издаю шум, демонстрирующие мое мнение насчёт классности ее церкви.

Сюзанна хихикает.

– Ты завела огромное недовольное животное? Потому что тот звук был безумно похож на бородавочника.

– Откуда такой искушенный горожанин, как ты, знает, какие звуки издает бородавочник?

– Ты будешь удивлена тем, что мне известно, – таинственно шепчет она.

Могу сказать, что это сильное заявление.

– Хорошо, давай сыграем. Например?

– Например, Тео Валентайн поставил Купа во главу «Хиллрайз Конструкшн»... – она резко останавливается. – И покинул город.

Я так удивлена, что практически роняю телефон.

– Уехал? Когда?

– В пятницу вечером, согласно слухам.

– Куда? – мой голос настолько громкий, что эхом отдается от стен.

– Как будто Куп расскажет кому-нибудь, – бормочет она раздраженно. – Он почти такой же молчаливый, как Тео. Они словно братья. Но из дошедших до меня сплетен, Куп провел экстренную встречу с командой «Хиллрайз» вчера и сказал им не ожидать возвращения Тео в ближайшее время.

Слишком потрясенная, чтобы продолжать стоять, я плюхаюсь на крышку туалета и смотрю в пол. Меня ослепляют изображения боли на лице Тео, когда он смотрел на меня в пятницу вечером, и ярости, когда он смотрел на Крейга.

– Что еще?

Ее голос становится деловым.

– Нет, ты должна пойти со мной, чтобы я что-то еще рассказала, дорогуша. В противном случае мой рот на замке.

Я углубляю вдохи, но смиряюсь.

– Договорились. Во сколько заедешь за мной?

– В час. И не надевай джинсы и футболку.

– Почему нет? С каких пор Богу не насрать на моду?

– Это дом поклонения, милочка, а не вечеринка в общежитии. Прояви к Господу уважение.

– Скажи ему, чтобы это нужно заслужить, – мрачно бормочу и вешаю трубку.

ГЛАВА 19

Когда Сюзанна звонит в дверной звонок, я захожу уже, наверное, на сотый круг по гостиной, едва ли не протерев дыру в дереве. Когда я открываю дверь, она быстро осматривает меня и одобрительно кивает на мои консервативные черные брюки и кашемировый свитер цвета слоновой кости.

– Классно выглядишь.

– Я выгляжу как чья-то секретарша.

– Ни одна секретарша не похожа на тебя, бомба. Перестать жаловаться и тащи свой зад в машину. Мы опаздываем.

Я закрываю входную дверь, и мы стартуем. Выдерживаю всего две минуты поездки, прежде чем начинаю приставать к ней с расспросами.

– Так... Что еще ты слышала о Тео?

Она искоса поглядывает на меня. Могу сказать, что она пытается не улыбаться.

– Почему ты так внезапно заинтересовалась Тео Валентайном?

– Я бы не стала называть это «внезапным», – когда она поджимает губы, я добавляю: – Скажем так, он прилип ко мне.

– Точно. Как банный лист.

– Сюзанна, пожалуйста!

– Нет, серьезно, это занимательно. Ты перестала считать его засранцем и теперь умоляешь меня жалобными Бэмби-глазками рассказать подробности его отъезда. Очевидно, что что-то происходит.

Она останавливается и ждет от меня пояснений. Я понимаю, что не добьюсь от нее ничего, пока она не получит от меня желаемого. Сползаю ниже на сиденье и пялюсь в окно.

– Ладно. Да, кое-что происходит.

– Что? – она так громко вскрикивает, что я подпрыгиваю.

– Господи, Сюзанна, нельзя ли потише?

Хихикая, она стучит кулаком по рулю.

– Я так и знала! Знала, что кто-то в конце концов доберется до него! Мне нужны все подробности. Ты с ним переспала? Ты влюблена в него? Подожди, нет, сначала вот что – у него большое хозяйство?

Она поворачивается ко мне с нетерпеливым выражением лица и горящими глазами. Как же мне хочется ей треснуть!

– Во-первых, ты сумасшедшая. Во-вторых, у нас ничего не было. В-третьих, никто ни в кого не влюблен. Мы просто... как бы... осторожно ходим друг за другом.

Она строит гримасу, которая, возможно, и была бы смешной, если бы так не бесила.

– О, как романтично. «Осторожно ходят друг за другом». Прямо как пара диких кошек!

– Я не знаю кто мы. Никто, – закрываю глаза, вспоминая Тео на пляже в темноте, двигающегося на шаг ближе каждый раз, когда я называла его имя. – Но что-то есть. Какая-то связь. Не могу объяснить, Сюзанна. Все, что я знаю, это то, что нас тянет друг к другу, и это сводит его с ума. Каждый раз, когда я рядом с ним, он словно из кожи вон лезет.

– Я же говорила, что ты ему нравишься, – самодовольно заявляет она.

– Хотелось бы мне, чтобы все было так просто, – затем рассказываю ей всю историю, начиная с нашей с Тео первой встречи в закусочной Кэла вплоть до свидания в ресторане с Крейгом.

Когда я заканчиваю, она какое-то время молчит с нахмуренными от раздумий бровями.

– Как я поняла по твоему рассказу, между вами невероятная химия, которая не радует вас обоих.

Я задумываюсь. Ситуация кажется слишком простой, хотя это не так.

– Полагаю, да. Да.

– И ты взяла и сказала Тео держаться от тебя подальше, потому что тебе некомфортно.

– Нет, я сказала ему держаться от меня подальше, если он не прояснит, почему ему так некомфортно.

Она смотрит на меня, вскинув бровь.

– Тебе когда-нибудь приходило в голову, что он чувствует себя не в своей тарелке, потому что не может говорить и у него не было отношений в течение многих лет?

Когда я ничего не отвечаю, она продолжает.

– Он попал в ужасную аварию, Меган. Мужчина пережил тяжелую травму. И насколько я понимаю, он был сильно обожжен...

– Обожжен? – вторю в ужасе.

– Ага. Тео был заперт в машине какое-то время, прежде чем его смогли вытащить. На шее видны небольшие шрамы, но кто знает какие отметины у него под одеждой? Самое простое объяснение его странного поведения в том, что он не уверен в себе. У него по-любому есть все эти физические и психологические шрамы. К тому же, он понимает, что уже не тот парень, каким был когда-то, а тут появляется девушка, которая переворачивает его мир… – ее голос смягчается. – Девушка с собственной травмой. Возможно, он думает о твоих интересах, пытаясь держаться подальше.