Последние звёзды (СИ) - Кузнецов Андрей - Страница 46

– Забавно.

Капитан деловито плюхнулся в эргономичный стул, прокатился на колёсиках до станции связи, запустил – окно в бездну осветилось синим, побежали знаки. Макс скосил взгляд: запрос на связь не в центр, напротив... Ещё попытка, бегут строки кода.

– Справа кухня, пошарьте там, без дела топчетесь.

Бойцы с радостным гулом выскочили за дверь, набрали довоенных сухпайков, Макс в училище такими питался. Расселись по полу, разошлись по периметру. Макс пригляделся к одиночке в коридоре – нет, не подходит. На кухне двое – земляки, говорят о родине.

– Там правда так хорошо?

– Ещё бы! – откликнулся один, не оборачиваясь, размачивая галеты в воде.

– А мне тут нравится. Людей нет, тихо, красиво. Жил бы в бункере, охотился на зверей.

– Оставайся! Ах-ха-ха!

– Как думаете, чем всё закончится?

Челюсти замерли, двое переглянулись, посмотрели на Макса.

– Стрельбой. Все миссии кончаются стрельбой.

По другую сторону от кухни командный центр соседствует со спальным корпусом, там Макс нашёл троицу из одной части, ребята расчехлили карты. Болью отозвалось воспоминание.

– Дверь закрой. На тебя раскидать?

За азартом и беседа пошла неформальная, с вольностями. Нехотя признались, что сути операции тоже не понимают, но их ли дело спорить?

– Мы всё-таки офицеры, не рядовые.

– И часто тебе давали думать и командовать? Мы же разведка, нас только в пекло.

– Не устали, пацаны?

На Макса взглянули одинаково, с недоумением.

– А ты сам-то что здесь? О высоком с кэпом говори, к нам не лезь.

Вернулся в командный центр, там Лейтис за пультом, Ванюшкин и ещё один лейтенант в полудрёме.

На экран выскочило уведомление.

– Союзники готовы, я начинаю...

Отключить систему защиты возможно только с места, прямо из бункера. Делается либо для возвращения своих же в этой зоне, либо при непредвиденных обстоятельствах. С пункта управления отправляется запрос – его подтверждает Совет или главнокомандующий единолично. Во втором случае дважды, с интервалом в двадцать минут, якобы отчитавшись перед руководством и получив согласие.

– Ты же бывал в Абакане?. К нему возможно подойти с юга?

– Мы поведём их в Абакан? Там знают?

– Смирнов, отвечать по уставу.

– Так точно, товарищ капитан, был. Если есть тяжёлая техника, проходы расчистим...

– Есть техника.

– Зачем это, товарищ капитан? – произнёс Макс тише. – Мы проведём целую армию в сердце страны... к повстанцам. В этом дело?

Лейтис нахмурил брови, Макс усмехнулся.

– В этом? Не сами, так чужими руками.

– Смирнов.

– А у меня всё не складывалось. …

– Максим!

Лейтис вскочил и залепил пощёчину. Макс замер, зажмурившись, веки дрожат. Разжал вспухшие губы.

– Это саботаж, товарищ капитан. Измена.

– Взять!

Рванулся, клещи сцепились, Ванюшкин рычит в ухо, обхватил. Второй прикладом под колено, завалились втроём. Макс замер на секунду, дёрнулся из хватки – тщетно. Ствол упёрся в шею, смахнул его подбородком, разодрал кожу.

– Что здесь?!

Вбежали с кухни, лязгнули затворами. Вступятся?! С чего бы...

– Этого под арест, смотреть в оба! – Лейтис бросил зло, как плюнул, отвернулся к экрану.

– Лично сделаю! – буркнул Ванюшкин, одной рукой выдернув с пола, другой вдавив голову вниз.

13

– Сигнал! Есть сигнал!

Игорь заложил вертолёт в радостный вираж: Макс включил маячок. К месту назначения подлетели не таясь, на горной площадке пустой вертолёт.

– Садись рядом, есть место! – подсказал Баграт.

МИ-8, осмотрели – правда пусто. Маячок Игорь нашёл сразу же под лавкой, он знал Макса. Огляделись. Игорь задумчиво поболтал рукой в ручье.

– В гору чего им лезть? Вниз ушли, – рассудил Баграт.

Он же наткнулся на след: обломанную ветку прямо перед лицом – мимо не пройдёшь.

– Как специально, – хмыкнул наёмник.

Теперь, сфокусировавшись, рассмотрели другое: примятую траву, чёткие отпечатки на грунте, кто-то даже нитки на колючках оставил. Вышли к проволочному ограждению. Саша протянул палец, передумал. Под ногами зашелестел фантик, направление ясно.

– Агентура работает, – похвалил Баграт.

Вышли на заброшенную дорогу, в какую сторону – неясно. Разошлись по одному в поиске следов, вернулись ни с чем. Ещё раз осмотрелись, и Игорь прыснул.

– Это уже наглость!

Дерево на придорожном валу раскинуло ветки, и в нём торчит нож. Боевой нож с мощной рукоятью – та ещё вешка. Подкрались, матерь божья! Присели, Игорь показал автомат – остальные наготове без приказа. Провёл рукой сверху, снизу – нет растяжек.

Двигаются клином, каждый держит сектор, вместо фонарей – ПНВ. Стоп! Баграт дёрнул за плечи обоих. За шеи наклонил, Саша охнул – пол в чётких отпечатках пары ног, высвеченных зелёным. «Мины?» – подал Игорь знак, Баграт пожал плечами. Игорь первым ступил на след, услышал, как за спиной позвякивает в руках Саши антабка. За поворотом свет и голоса. Жест, ПНВ прочь, автоматы поудобней в руках. Баграт коснулся губами Игорева уха:

– Стреляй не думая, он сам о себе позаботится.

Игорь дёрнул плечом, его учить не надо. Подкрались на корточках к коридору, впереди дверь. Игорь помедлил секунду-другую и небрежно провел по шее от плеча до уха и обратно, Саше показал открытую ладонь: «прикрывай».

* * *

Бойцы успокоились, перестали гадать, что произошло, положили автоматы на пол. Как объяснить Максу, что он прав? Как доказать, что правда не важна? А эти молчат. Лейтис был бы счастлив, если взбунтовался весь отряд, если б каждый потребовал объяснений. Глядишь, так и он бы был бессилен, но не пошёл против себя. Он помнит напутствие отца, убитого трудом шахтёра, как тот гордился, как был уверен, что единственный сын отправляется защищать его и таких как он от врага. Лейтис так и не увидел врага, а в шахтёров стрелял. Быстро заставил себя спать без сновидений. А этот парень так не может, и потому ему в армии не место. Лейтис решил лично уволить Макса в запас, не разглашая причин. Его можно спасти, остальные же продолжат марш в пустыню.

Тело швырнуло грудью о пульт и на пол, грохнул выстрел. От порога ударили двое, военные не встали, не подняли оружие.

Макс вздрогнул, хотя ждал. Ванюшкин вскочил зверем.

– С ним! – скомандовал второму и выбежал в коридор.

Саша очередью загнал двоих обратно в кухню. Увидел сбоку тень, и вспышку, прыгнул за дверь. Выглянул – искры в лицо от пуль. Их заперли. Баграт дёрнул рубильник, свет погас.

– Если у них тоже приборы? – шепнул Игорь.

Всё произошло моментально, Лейтис не понял, почему стрельба, кто зачинщик. И кажется, он один жив в этой комнате. Ясное сознание, чёткие мысли, но грудь прибита болью к полу.

– Не рыпайся, – лейтенант предупредил Макса, упёр ствол в живот – в темноте не промахнётся.

– Наших стреляют, – сказал Макс, – не до разборок* нам* сейчас.

– Сиди...

– Да что сидеть, наших убивают!

Замешательство и сомнение, Макс додавил:

– Пойду первым, спрячешься за мной, пристрелишь в спину.

Вместо дула в колени ткнулся приклад, пальцы скользнули по металлу, нашли сколы на рукояти – его! Патрон в стволе, на цыпочках в дверь.

«Я буду стрелять по своим», – Игорь блефовал тогда? Голос у него дрожал, а вот руки нет. У Макса наоборот, автомат слишком тяжёл.

– Видишь что? – шепнул боец.

«Слышу». Макс вздёрнул всю тяжесть на звук, подбородок хрустнул под прикладом. Не дал шанса: повалил обмякшее тело, не с первой попытки вырвал автомат из схваченных судорогой рук.

Лейтис просунул руку под себя, прижал к дыре в груди. Он видит три силуэта в бликах от экрана, может дотянуться до кобуры, но должен успеть другое: дотянуться до пульта, когда пропищит сигнал, когда центр даст добро. Враг в западне, им не дадут выйти. Даже не интересно, кто это. Может, успеет? Три выстрела – секунда. Но если бронежилеты? Об этом подумал издалека, проваливаясь в темноту.