Последняя из фениксов (СИ) - Кранидова Эльвира - Страница 40

— Взывать к твоему рассудку бессмысленно? Может, угомонишься?!

— Я сказал. Хочешь крови — добудь мой труп! — он сорвался с места и налетел на меня, повалив на землю.

Накипевшая злость, копившаяся внутри меня в течение нескольких дней, наконец, полилась через край. С тихим рыком я ударил противника в живот, отчего у него спёрло дыхание. Поймав этот момент, я со всей силы пнул его двумя ногами. Он проехался спиной, собирая грязь.

Не теряя времени, я быстро вскочил и хотел прижать вошедшего в азарт бойца, чтобы он успокоился. Но тифлинг оказался не из смирных. Сделав кувырок, он встал на обе ноги и хотел точным ударом отправить меня прямиком в пирамиду из бочек.

Но мне надоел этот балаган. Вспомнив, с чего началось наше знакомство, я без зазрения совести применил на этом диком звере заклинание.

— Zam[1].

Я признался сам себе, что в этот момент дал волю чувствам, заглушив разум. Но глядя на недвижимого полудемона, я почувствовал удовлетворение.

— Проклятый, никчёмный, мерзкий любитель мертвечины! Как ты посмел со мной так поступить?!

Я присел на одну из бочек.

— Мы сравняли счёт по нечестным приёмам друг к другу. А будешь продолжать оскорблять, и замолчать могу заставить. Например, зашить ниткой рот, — я пожал плечами, слепив насколько смог невинное выражение лица. — Мне же не впервой. Оправдаю хоть твои ожидания.

— Что бы ты ни говорил, я тебя не боюсь! — продолжал шипеть мой пленник. Но по его глазам, затуманенным злостью, я видел, что он не врал.

— Поверь, я чувствую. Но мне не двадцать и даже не пятьдесят, чтобы прыгать тут с тобой в грязи и навозе. Также я уверен, что пока кто-то из нас не сляжет с повреждениями, несовместимыми с жизнью, ты не успокоишься. Я прав?

— Отправляйся в пекло!

— Прав, — я вздохнул, поднялся с импровизированного стула и подошёл к нему. — Мне не интересно с тобой войну затевать. Я за помощью пришёл.

— Ты ошибся адресом! Я не намерен помогать тебе. Никогда!

— Мне в голову пришла мысль, которая греет душу, — я нашёл глазами перевязь тифлинга и подошёл к ней. Потом заметил, как исказилось лицо тифлинга, когда он понял, на что я намекаю.

— Ты этого не сделаешь, — он покачал головой — единственное, что мог в своём положении.

— Почему же, — я поднял кожаную вещь с ножами, закреплёнными на ней, и стал двигаться к Аргондариону. — Ты сам говорил, что я мерзкий, проклятый… как там дальше? Теперь вопрос. Что же помешает мне сейчас взять нож? — стал водить пальцами по лезвию одного ножа, затем другого, и так перебрал все поочерёдно. — Допустим, этот, — я взял оружие с длинным лезвием и почти такой же рукоятью, сделанной из чёрного дерева. — И разрезать твою кожу, — прислонил холодное лезвие к его груди. — Например, тут. После этого мне всего лишь останется собрать твою драгоценную кровь и уйти. Заклинание, наложенное мной, рассеется в скором времени, — я слегка продавил острым кончиком упругую кожу. — Ты ведь такого обо мне мнения, тифлинг?

Он закрыл глаза и сжал губы, явно приняв свою участь. Глупец. Наверное, ещё так молод. Скорее всего, я бы рассуждал точно так же, будь я на его месте. Зачем лукавить? Когда я шёл сюда, в Сэльвирду, искать этого смелого — не буду врать сам себе, что так думаю теперь — полудемона, считал, что они все ищут лишь выгоду, и им плевать на мир. Теперь признаю, хоть и с трудом, что был неправ.

— Но ты глубоко ошибся на мой счёт, — я выпустил перевязь вместе с ножом из рук, и они с шумом упали на землю. Аргондарион от неожиданности открыл глаза и облегчённо выдохнул, но не желал, чтобы я этого заметил. Мне не составило труда подыграть.

— Буду откровенен с тобой. Я всей душой ненавижу демонов и считал, что тифлинги живут лишь для себя. Что им начхать, сгорит ли мир в огне или канет во тьму. Встретив тебя, я понял, что ошибся и прошу прощения, что всю твою расу сгрёб под одну гребёнку. С моей стороны это — несправедливо.

— Ты что думаешь? Я сам выбирал, кем и от кого родиться?! Выбирал свой путь в жизни? Я тебе расскажу сказку, некромант. Жила была красивая девушка семнадцати лет с золотистыми волосами, купающимися в лучах солнца, с белой нежной кожей, и талией, сводящей мужчин с ума. Она собиралась замуж и планировала жить долго, счастливо и беззаботно. Но все её светлые мечты вскоре полетели в бездну, — голос собеседника охрип, и он опустил голову. Я не видел его глаз.

— Что было дальше? — спросил у него, но был почти уверен, что знал.

— Ты же догадываешься? Не дурак. Моя мать встретила демона. Но не знала, кем являлся мужчина, околдовавший её. Наивная девочка влюбилась, а этот садист жестоко изнасиловал бедную накануне свадьбы и бросил на пороге родительского дома. Случился скандал. Ни о каком замужестве не было и речи. Жених, узнав о надругательстве, сразу же бросил невесту. Вскоре девушка поняла, что беременна, и грозный отец выгнал её на улицу без единой монеты. Она скиталась по закоулкам родного города, пока не пришло время рожать. Как думаешь, ей кто-нибудь помог в самый тяжёлый час?

Я молчал. Сказать было нечего. Люди — жестокие существа…

— Конечно, нет, — продолжал тифлинг. — Она рожала в неописуемых муках, чувствуя боль, которую причинял я, — он поднял голову. Ненависть в его глазах сменилась печалью. — Её нашли мёртвой в подворотне, держащей меня в объятьях. Так что, кем бы ты там меня не считал, я ненавижу демонов не меньше твоего!

— Мне очень жаль.

Он пристально посмотрел на меня, пытаясь понять, говорю ли искренне.

— Будь я проклят, но ты не лжёшь, — выдавил ироническую усмешку. — Пусть меня поразит молния, если то, что сейчас сделаю, окажется ошибкой.

— И что, по твоему мнению, может ей стать?

— Выслушать тебя, не набив прежде морду! Давай уже, отпусти меня! Не стану я бросаться. По крайней мере, в ближайшие минуты.

— Премного благодарен, — я снял заклинание, и тело тифлинга пошатнулось от обретения полного контроля над ним.

— Радуйся, пока добрый. Святые боги, как же всё затекло!

Меня удивило данное выражение. Не думал, что услышу про богов от тифлинга. Да… мир непредсказуем.

Аргондарион начал разминать шею. Затем привёл в порядок перевязь и надел её, поднял свою накидку, стряхнул с неё грязь и, закутавшись с ног до головы, стал удаляться.

— Я надеялся, мы договорились о том, чтобы ты меня выслушал! — крикнул ему вслед.

— Так не стой, как дуб посреди поля! Если я тебя правильно понял, тема нашего разговора не для посторонних ушей. Иди за мной. Только держись на расстоянии. Не хочу, чтобы нас видели вместе, некромант.

— Моё имя Магнус. Но тебе же всё равно.

— Ты прав. Мне безразлично, как тебя зовут. Не отставай, — мой проводник растаял в тени дома.

— За что угораздило так вляпаться… — я поднял глаза к небу, но не найдя ответа, двинулся вперёд.

[1] Замри

Воздаяние

Магнус

Я следовал за тифлингом по пятам. Казалось, что мы уже раза три обошли квартал наёмников разными мыслимыми и немыслимыми путями. Он путает следы или хочет, чтобы я отстал? Не дождётся.

После получаса таких блужданий, когда у меня уже возникло желание окрикнуть его и спросить, чего он добивается, Аргондарион наконец остановился перед одноэтажным, совсем небольшим домом с парой окон. На деревянной вывеске над дверью было написано «Выделка шкур». Исчерпывающе.

— Люблю краткость и чёткость, — ответил владелец, заметив, мою ухмылку. — Во всём. Заходи и будь как в гостях.

— Почему-то я именно это и ожидал услышать. На большее и не рассчитываю.

— Вот и правильно.

Я зашёл в дом сразу после него и закрыл дверь, попав в помещение, совмещающее в себе мастерскую и спальню. Справа от входа стоял большой чан, где отмачивались шкуры; рядом с ним находился станок, при помощи которого удаляется мездра. Чуть дальше этого приспособления возвышалась стойка с разложенными на ней ножами разной формы и длины. У левой стены виднелись несколько шкур, растянутых на правилках. Чучел, как и говорил кузнец, я здесь не увидел.