Драконий отбор, или Пари на снежного - Геярова Ная - Страница 37

— Пусть свет далеких звезд согреет моего нарршари в самую темную ночь, — произнесла Мари. Кинула платок, тот взвился вверх, замер сияющим облачком в туманной выси и опустился прямо в руки вышедшему из ледяного грота Аррширу. Он поймал его так, будто только и ожидал. Легкий поклон был наградой Мари. Ее щеки покрылись румянцем смущения, она стыдливо опустила взгляд и скользнула со сцены.

Арршир посмотрел туда, где стояла я.

Нет, мне не показалось, он смотрел слишком серьезно и хмуро. На бледном лице четко вырисовывались напряженные скулы. Глаза казались пронизывающими льдинками. Высший нарршари уже готов был сделать шаг к сцене, так и качнулся по направлению к ней. Но в следующий момент лицо его стало непроницаемо безразличным. Он сжал платок в кулаке и снова скрылся в ледяных вершинах голографии.

Наргиз вышла, едва ступая босыми ногами по полу. Стройная и луноликая. И снова зал замер, глядя на нее с немым благоговением. Девушка вежливо наклонила голову и из широкого рукава вынула тонкую палочку. Красиво очерченные губы взяли конец трубочки, и по залу полилась дивная мелодия. В ней была и нежность Востока, и терпкость пряностей. Мелодия манила и дрожала от собственной смелости. Заставляла лица гостей замереть в печальной задумчивости. Дамы положили головы на плечи мужьям. Мужчины застыли, перед глазами возникали образы прошлого. Мало кого не тронула глубина возносящейся к самым вершинам мелодии.

Она окончилась медленно и печально. А гости в зале продолжали сидеть тихо, словно пребывая в глубоком трансе.

Наргиз такими же мягкими шагами покинула сцену.

И почти сразу же из-за тумана вынырнула Камилла.

Я не хотела видеть ее выступление. Нарочито дерзкое и открытое. Клетку со специально привезенным хищником выкатили на сцену.

Я была против такого шокирующего зрелища, прекрасно понимая, что это дает огромную фору Камилле. Умение повелевать и работать с дикими тварями Ледового континента — слишком редкое явление, безусловно уважаемое любым нарршари. Но девушка настояла. Либо так — либо она пожалуется на работу агента вышестоящему руководству. Я нервно усмехнулась и согласилась. Хотя пришлось срочно обращаться к специалистам, коих оказалось всего два. Между сценой и залом опустили защитные экраны. За работой Камиллы неотрывно следили эти самые специалисты.

Она уверенно вошла в клетку. Ледяная пума, белая и прекрасная, нервно ударила себя хвостом по пушистому боку. Обернулась к девушке и издала пронзительный визг. В небесно-синих глазах мелькнула бешеная ярость. Как ее, владычицу ледовых пустошей, посмели закрыть в клетке!

У меня мурашки по коже пошли… Нет, я не буду это смотреть. Уже наблюдала за этим действием на закрытой репетиции Камиллы. Хотя девушка и была против. Тогда я настояла. Все же должна быть уверена, что мне не придется объяснять, отчего одна из невестушек стала завтраком северному хищнику.

Повторно смотреть, как Камилла ловко управится с дикой кошкой, у меня не было желания. Пронзит животное взглядом, заставит подчиниться. Все-таки что-то было в избраннице такое, чего я не заметила на фото. Животное бесстрашие. Невероятная уверенность в себе, нахальство, граничащее с безрассудством. И все это на фоне совершенной скромности при виде нарршари. Потупленные глазки, тихий голос и едва трогавшая губы улыбка. И как бы мне ни не хотелось, но приходилось признавать: именно на нее, скорее всего, падет выбор Арршира. Такая будет кроткой женой, восхитительной любовницей, матерью, готовой на все ради детей. Но не забудет при этом и о себе. Газетные заголовки будут пестреть заметками о ее благосклонности к старикам, благотворительности, умении общаться с руководителями других континентов и просто невероятной красоте. И мало кто заметит за всем этим махинаторские действия с отмыванием денег, подавлением мелких корпораций, увиливанием от налогов и… Почему я была уверена, что Камилла постарается взять бразды правления «Айсхолдинга» в свои руки? У нее это было на лице написано, когда она не пыталась создать иллюзию робкой и наивной дурочки.

Я вошла в комнату ожидания. Девушки сидели притихшие. Около них кружили и бегали стилисты и визажисты. Лика смотрела на все с дивана.

— Не нужно было оставлять их одних. Хорошо хоть додумалась оставить преподов в своем кабинете, не пришлось вызывать, — бросила мне холодно. — Что там у тебя дальше по плану?

— Танец закрытия и… На сегодня все. Ты узнала, что с Олли?

— Все очень странно. Девочки в шоке от этого происшествия, и их ответы маловразумительны. Наргиз говорит, Олли пришла к ней с платьем для танца и попросила подшить. Вроде как одно крепление шнуровки вылетело.

— Подшить? — Я вскинула удивленный взгляд на Лику. — У нас для этого портной есть и костюмеры. Я предупреждала: если возникнут какие-то проблемы, стоит только нажать кнопку и вызвать нужного помощника.

Секретарша Арршира смерила меня взглядом человека, явно не терпящего, чтобы его прерывали.

— Вот и Наргиз удивилась и хотела то же самое сказать, — проговорила спокойным, но холодным тоном. — Олли промямлила что-то вроде «могу доверить только тебе». После чего захрипела. Побледнела. Начала плеваться пеной. Как-то так.

И тут же, успевая за моей мыслью, Лика мрачно добавила:

— Едва придут первые анализы из клиники, сразу начнем разбирательство. Либо у девочки серьезные проблемы со здоровьем, либо…

— Кто-то ей помог их заработать.

— Ага.

— Как она сама?

— Стабильно в коме, — сощурила глаза Лика, всматриваясь в находящихся в комнате девушек.

Я откинулась на спинку дивана. Из зала раздались неистовые рукоплескания.

— Что там происходит? — поднялась Лика, подошла к завесе и с любопытством выглянула. — Ого! Смелая девочка! Уж кого-кого, а ее точно каждый второй нарршари про себя отметил. Ты видела, эта дикая кошка слушается ее, сидит у ног, будто котенок!

— Видела, — отмахнулась я.

Мимо прошли девочки из группы поддержки, выждали, пока уберут клетку, и выбежали на сцену.

Вернулась тяжело дышавшая Камилла с блестящими от восторга глазами и бросилась за свою ширму. Лика кивнула костюмерам, две девушки юркнули следом за избранницей. Остальные уже были готовы и стояли в ожидании.

— Я к каждой из них приставлю сотрудника. Нюхом чую — неспроста все это… Таша!

Я вздрогнула от резкого голоса Лики.

— Ты ведь тоже на танец выйдешь? — поинтересовалась у меня.

Я кивнула.

— Все, кто участвовал в подготовке девушек, выйдут. Это прописано в их договорах. Мы выйдем в середине вальса. А после всех представим, со всеми регалиями.

Лика улыбнулась.

— Арршир был против.

— Мало ли против чего был сьер Наарах, — устало отозвалась я. — Подобное часто практикуется среди людей моего круга. Представители трех континентов здесь, — вздохнула. — Для всех, кто подготавливал девочек, это шанс найти более оплачиваемую работу, получить еще один штамп в лицензии. Засветиться, в общем. Их увидят. Их оценят.

— Тебя, насколько знаю, уже увидели и оценили.

— Да. — Я не смогла сдержать доброй улыбки, вспоминая сиятельную сьеру Лашри.

— И что думаешь по этому поводу?

— Тепло. Море. Солнце. А ты бы не воспользовалась таким предложением?

Лика смотрела на меня испытующе.

— Обязательно бы воспользовалась. Вот только… Если бы мое сердце при этом оставалось со мной. Жить в чудесной стране без сердца? Ни одно солнце не согреет. Холодно.

— Ты о чем? — Я нахмурилась, догадываясь о подтексте Ликиной речи.

— Забудь, — отмахнулась секретарша. — Поезжай. Льды Лармора не лучшее место для такой чудесной девушки, как ты, Таша. Тебе нужно нечто большее. Блистать. Создавать. Ты умеешь из обычного сделать прекрасное. Лармор слишком бледен и темен для тебя.

Я сидела в задумчивости. Неужели Лика и правда считает, что мне стоит уехать? Оставить Лармор и… забыть Арршира?

— Завтра второй тур, — проговорила натянуто. — Девушки будут соревноваться в ораторском искусстве. Потом разбираться в делопроизводстве. Послезавтра покажут себя с семейной стороны. Будут пробовать улаживать конфликты. А потом сьер Наарах должен выбрать себе невесту.