Драконий отбор, или Пари на снежного - Геярова Ная - Страница 36

Олли обвела девушек взглядом.

Жасмин не было, она находилась на сцене. Избранница виртуозно владела горячими южными танцами, чем и удивляла гостей.

Кати и Маришка весело болтали, подглядывая из-за туманной завесы за выступлением невесты. Валия сидела в кресле у окна с планшетом в руках и переписывалась с родными. Удивительно, но, несмотря на ее резкий характер, девушка была очень привязана к родителям и каждый день писала им сообщения.

Камилла отсутствовала. Уже одно это придавало смелости.

На диванчике сидела отдыхающая Наргиз. Восточное лицо умиротворенно расслаблено. Даже с закрытыми глазами она выглядела настоящей красавицей. Практически полностью отсутствовала косметика. И без макияжа глаза были яркие, брови — словно вороново крыло, кожа нежно-оливковая.

Олли еще раз огляделась и направилась к дивану.

ГЛАВА 5

Таша Рахи

Напряжение в воздухе повисло с того самого момента, как я поняла, что Олли не может петь. Я слышала ее голос на уроках. Еще тогда у меня возникло желание записать, и как же я ругала себя сейчас, что не сделала этого! Но ситуацию нужно было спасать. Я провела на уроках вокала с девушкой не один час, смеялась, рассказывая Шаи, что сама научилась, и даже напевала ту самую песню, не раз слышанную из уст избранницы.

Что ж, сейчас это пригодилось. И то ли огонь в крови от вида растерянной Олли, то ли мысль, что мой выверенный по минутам отбор может вдруг рухнуть… Но как только куплет пошел на повтор, затянула выученную песню сама. Не дрогнул голос, ни разу не сбилась, попадала точно в ноты. И сама себе удивлялась, а в голове стучал всего один вопрос: «Что случилось с избранницей?»

Я ведь точно знала, ее ночью разбуди — она споет, да еще как споет! Возможно, зря я решила девочек оставить без присмотра преподавателей. Понадеялась на их воспитанность, на то, что мы всему их научили. Ведь на это и делала ставку! Избранницы должны были сами себя обслуживать. Стань одна из них невестой Арршира, на ее плечи лягут многие проблемы, а рядом уже не будет ни меня, ни учителей. Видимо, поспешила я с выводами. Рано отпустила своих девочек в свободное плавание. Или ошиблась, и борьба за первенство перед нарршари стала настолько приоритетной, что они…

Дальше даже думать было страшно.

Следом за Олли вышла Жасмин. Я внимательно следила за каждым ее шагом. А если ошибется? Если вдруг оступится? Жасмин я помочь не смогу!

Девушка не оступилась. Великолепное тело было словно без костей. Блики огней скользили по изгибам вслед за каждым движением. Резкая, словно пламя костра в ночи, плавная, будто горячий воск, стекающий со свечи. Она была поистине прекрасна в своем танце. Я дождалась окончания. На сцену выпорхнули снежинки, объявляя о небольшом антракте, а я скользнула за сцену.

Едва ступила, как замерла, ощущая, что возникшая еще во время выступления Олли тревога готова перерасти в панику.

Девушки замерли посреди комнатки с каменными лицами и смотрели на диван.

Там дергалась в конвульсиях Олли.

Жасмин, вошедшая передо мною, открыла рот, чтобы завизжать.

— Тихо! Гостей испугаешь! — сверкнула я на нее глазами, пытаясь держать в руках и себя. Девушка испуганно прикрыла рот ладонями.

Я же бросилась к несчастной. Изо рта Олли шла пена.

Я кивнула белой, как первый снег, Валии.

— Срочно зови охрану!

Она метнулась перепуганной ланью. Распахнула дверь. Я слышала, как сбивчиво пыталась девушка объясниться. Благо ребята не стали разбираться в нечленораздельных звуках и рванули внутрь.

Первый, судя по виду — главный, высокий и серьезный мужчина, быстро оценил ситуацию.

— Ребята из неотложки внизу.

Кто-то из его помощников тут же выхватил рацию.

— Срочно, комната избранниц, зал конференций!

— Отойдите от нее! — подвинул меня главный.

Я отступила. Он взял Олли за запястье, внимательно послушал пульс. Нахмурился.

— Что с ней? — спросила севшим голосом.

Он глянул на меня искоса.

— Могу предположить отравление. Более точно скажут после обследования.

В комнату ворвались двое с лекарскими повязками на рукавах.

А еще через пять минут они же вынесли посеревшую избранницу на носилках.

Я стояла, глядя вслед исчезнувшим лекарям. Дрожащей рукой набрала номер Лики. Она ответила не сразу.

— Лика, дери тебя парящие!..

— Вот прямо в точку сейчас попала, — произнесла секретарша.

— Где тебя носит?

— Парящие дерут, сама же сказала. — И тут же напряглась, уловив интонацию моего голоса. — Что случилось?

— Одна из избранниц… плохо ей.

— Бегу! — коротко и ясно.

Я повернулась к девушкам.

— Валия, ты готова к выходу? — спросила как можно строже. Некогда было впадать в истерику. Отбор должен продолжаться!

Девушка перевела на меня ошарашенный взгляд.

— Я… я… — Казалось, она сейчас не выдержит зависшего в воздухе напряжения и расплачется.

— Слезы убрали! — раздался властный голос Лики. Уникальное умение появляться очень быстро. И еще ее тон. С таким в руководительском кресле нужно сидеть, а не в секретарском. — Взяла себя в руки! Ты невеста высшего нарршари! Или забыла? Веди себя подобающе. Станешь женой, некому будет тебе слезки вытирать. Это если станешь… Глянь на себя, ты же на растерянную курицу похожа! Разве в таком виде ты должна завоевывать своего избранника?

Валия крутнулась на месте в поисках подготовленного к выступлению реквизита.

Схватила изогнутый клинок, находящийся у стены.

— Готова! Я готова!

Щеки девушки пылали. Глаза засияли то ли от пугающих переживаний, то ли от страха перед Ликой. Секретарша довольно хмыкнула, смерила избранницу оценивающим взглядом.

— Вот и замечательно! А теперь быстро на сцену. Хотя стой… Выпей.

В руках Лики оказался пузырек. Она лихо вытряхнула из него пару капсул и дала девушке.

— Не бойся, это успокоительное. Не хватало еще, чтобы у тебя на сцене нервы сдали. А теперь марш выступать! И чтобы лучше всех себя показала!

Валия проглотила капсулы и опрометью кинулась на сцену. Музыка, сопровождающая ее выступление, уже звучала. Девушка собиралась показать умение владеть холодным оружием.

— Тебе тоже не помешает! — повернулась ко мне секретарша и сунула в руку пару успокоительных капсул. Я проглотила, не ощутив их вкуса. — Да и всем здесь, пожалуй, отсыплю.

— Мне нужно быть там, — прошептала я, глядя вслед Валии.

— Вот и будь! — холодно отрезала Лика. — А я здесь без тебя разберусь. Знаешь, чему я всегда удивляюсь? Как ты умудряешься влипать в самые странные истории.

Я не ответила. Сама хотела бы знать. Ведь все просчитано и выверено. И вдруг…

На ватных ногах я шла на сцену. Старалась улыбаться. Смотрела в глаза гостей. А самой хотелось рыдать от внезапно образовавшегося в груди кома.

Кати вышла третьей. Обворожительно прекрасная, в струящемся голубом платье.

В руках девушки был кувшин. Из стены, вырисовывая голографический водопад, полилась вода. Журчали, перебегая друг через друга, переливающиеся потоки. Кувшин замелькал в руках девушки. Вверх-вниз, поворот. Она играла им, словно изящной игрушкой, а не громоздкой посудиной. Ее руки, казалось, были без костей, змеями обвивали сосуд, показывая удивительные линии изгибов, тонкие пальцы и притягательные запястья с жемчужными браслетами.

Кати аплодировали. Она и правда была уникальной. И выступление казалось продуманным и беззаботным. По ее улыбающемуся лицу даже я не смогла бы определить, что там, в комнате за сценой, произошло нечто ужасное.

Мари вышла в тончайшем серебристом платье. Присела на край образовавшейся на сцене ледовой ступени. Опустила на пол принесенную с собой корзинку и потянула из нее блестящую нить. В такт очаровывающей музыке ловко работали руки. Пальцы двигались быстро, лилась нежная песня, девушка плела. Взмах, и изумленная публика увидела изумительной красоты платок, сияющий, словно звезда.