Королевство пепла (ЛП) - Маас Сара - Страница 166

Но вместо этого Дорин осмотрелся.

Нижний зал был плохо освещен. Всего несколько факелов были закреплены в ржавые скобы. Здесь не было охранников, а в дальнем конце имелись железные двери.

Запах ясно исходил из-под этой двери. Как будто призыв.

Дорин осторожно отпустил магию, проверяя наличие ловушек или охраны. Но не почувствовал ни того, ни другого. Наконец, его магия подобралась к двери. И тут же отпрянула. Словно с той стороны что-то ждало его, Дорина. Затаилось и ждало, и стоило ему почувствовать эту силу, как она спряталась.

Он призвал свою магию к себе.

Железная дверь имела много вмятин и старых царапин. Она запиралась на девять замков разного уровня сложности. То были странные, древние замки.

Он не колебался. Нацелился на узкую щель в полу, проходящую под дверью и, обернувшись комаром, смело прополз. Запах сносил с ног.

Он оказался в грубо отесанной комнате, освещенной одним единственным фонарем, свисающим с потолка. Внутри фонаря танцевали языка зеленого пламени. Не человеческого пламени.

Зеленый свет скользил по куче черного камня, лежащего в центре комнаты. Очевидно, что это куски саркофага.

Вокруг рядком лежали ошейники!

В воздухе Дорина удерживали инстинкты комара. Помогали не обрушиться на эти обломки, хранящиеся в полумраке комнаты.

Гробница Эравана прямо под Моратом. Место, где Элена и Гэвин поймали его в ловушку, а затем отстроили башню. Крепость, скрывающую саркофаг от посторонних глаз.

Вот здесь все и началось. Где спустя столетия, два мальчика — его отец и Перрангтон, играя, рискнули открыть дверь найденным ключом. И случайно освободили Эравана.

Король демонов захватил тело герцога. Его же отец…

Сердце Дорина неистово стучало, когда он проходил мимо ошейников, разглядывая их. Ну, его отцу ошейник был не нужен, ведь он не обладал никакой магией.

Но что имел в виду Эраван, когда сказал, что его отец сражался с ним десятилетиями?

Всю прошлую неделю он гнал от себя эти мысли. Не хотел думать, были ли правдой последние слова его отца. Слова, что он сказал, умирая, на вершине стеклянного замка.

В висках Дорина стучало, пока он кружил над ошейниками. Ошейники протекли в мир своим нечестивым зловонием, пульсируя во времени его кровью.

Казалось, они спят. Может, чего-то ждут?

Скрывались ли в них принцы? Или эти ошейники еще предстояло наполнить?

Кальтэна предупреждала об этой комнате. Ужасное место, куда его заточет Эраван, если поймает. Но все же, почему для хранения ошейников Эраван выбрал именно эту комнату?

Может быть, это было святилище его силы? Место, куда он приходил, когда воспоминания о заточении притуплялись. Словно противопоставлял ошейники саркофагу. Тем, кто пытается снова посадить его в этот гроб.

Магия Дорина стучала внутри него. Был ли здесь ошейник, предназначенный ему? Или Аэлине?

Он сделал несколько кругов, пытаясь почувствовать ключ. Но тщетно.

Он знал, что ошейники почувствуют его. Ледяной укус Валга.

Кальтэна боролась с этим. Смогла уничтожить демона внутри себя.

Он помнил вес колена, прижимающего его к полу. Тогда, еще в стеклянном замке, отец удерживал его, надевая ошейник. Дорин все еще чувствовал гладкий камень на своей шее. В памяти держал руку Сорши, когда он держал ее последний раз.

От воспоминаний его голова закружилась, комната вращалась перед глазами.

Не принц, но и не король.

Ошейники тянулись к нему невидимыми когтями.

Сейчас Дорин ясно осознавал, что был не лучше этих демонов. Потому что в какой-то момент он стал наслаждаться тем, что делал в его теле валг. Он убивал людей и вместе с валгом упивался ненавистью и яростью.

Комната стала опасно закручиваться, сознание тащило его в свои глубины.

Теперь он понимал, что он не совсем человек. Да и не хотел он быть человеком. Может быть, лучше навсегда остаться в другой форме. Возможно, он просто подчинится…

По комнате пронесся мрачный вихрь. Закрутил его, утаскивая глубже в сознание.

Молча закричав, Дорин вырвался. Сжав зубы, отбросил мрачные мысли.

Его не заберут. Он не отдастся им снова!

Некая внешняя сила вдруг потащила его прочь из комнаты, подальше от ошейников.

Он упал в бледную ладонь. На него смотрели темные бездонные глаза. Огромные красные губы приоткрылись, обнажая белоснежные зубы.

— Глупый мальчик, — шепот Маэвы показался ему раскатом грома.

Дорин задыхался. От пережитого его бил озноб. А в голову пришла ужасная мысль, что сейчас Маэва вполне способна его убить: раздавить пальцем комара, кем он и являлся в эту минуту.

Он в ужасе замер, ожидая конца.

Но Маэва держала ладонь открытой. Она пошла по коридору подальше от запечатанной комнаты.

— Знаешь, мне знакомы чувства, испытанные тобой там. Именно поэтому я покинула их мир, — на ее лицо легла тень воспоминаний. — Я чувствовала это каждый день, каждую минуту и секунду.

Уже в комнате Маэвы Дорин не по-джентельменски склонился над ведром, опорожняя желудок.

С ухмылкой Маэва равнодушно наблюдала за ним, сидя на стуле у камина.

— Но ведь ты уже видел ужасы подземелий. По моему раньше ты был значительно крепче. Так что же изменилось сегодня?

Дорин небрежно вытер рот о плечо куртки.

— Не думал, что эти ошейники так на меня повлияют. Мне не следовало встречать их снова.

— Ты был безрассуден, решив войти в эту комнату.

— Вышел бы я оттуда, если бы ты не подоспела вовремя?

Глава 73, часть 2

Дорин хотел бы знать, как она нашла его, как узнала что он в опасности. Но не спросил. Скорее всего, она постоянно следила за ним с помощью своей магии.

— Ошейники сами по себе бесполезны, без хозяина они ничего не могут. Но та комната — источник воспоминаний о страданиях. В этих камнях — концентрация ненависти и боли, — она рассмотрела свои длинные ногти. — Это-то и обмануло тебя. Ты позволил себя обмануть.

Дорин вспомнил, что Кальтэна говорила практически тоже самое.

— Это застало меня врасплох.

Маэва фыркнула, понимая его ложь: