О, Боже! Какие мужчины! Трилогия (СИ) - Яблочкова Наталья - Страница 161

— Я хотел остаться с тобой. Ты и я. И больше никого. Ни одного рэша или урмыта, который мог бы претендовать на тебя. Ты знаешь, давно знаешь, что… — он помялся, подбирая слова. — Что я не в силах терпеть рядом с тобой никого. Я пытался. Многократно пытался переломить себя. Мне казалось, даже, что у меня получается… Но когда я оставался наедине сам с собой… не в силах был справиться с желанием уничтожить любого, кто посмел прикоснуться к тебе, кто посмел обратить твоё внимание на себя. Я не понимаю, почему это происходит… И устал с этим бороться.

— Но убил бы меня лично, — да, да, я зло не записываю, я его так запоминаю. — В случае чего. Что же не убил? У тебя была прекрасная возможность убрать меня руками Дома Ррван.

— Ты не понимаешь… Ты же вернулась, и стала почти прежней, — ответил он проникновенно.

— Так оставил бы всё как есть! — бросила ему зло. — Кто тебя просил вмешиваться? Кто? Зачем ты постоянно всё решаешь за всех?

— Я привык так… — ответил он внешне спокойно, но при этом напряжённо наблюдая за мной. — Ты же знаешь. Я был Главнокомандующим. Решать за всех — это было моей обязанностью.

— И что? Мне теперь тебе за это спасибо сказать? — спросила нервно, пытаясь понять, что он задумал. — Или посочувствовать?

А он точно что-то задумал, если судить по упрямо поджатым губам и полному решимости взгляду. Мужчина в несколько шагов преодолел разделявшее нас расстояние и обхватил ладонями мою талию.

— Ты злишься? Из-за Яра? Или из-за Вия? — зелёный взгляд потемнел, предвещая грозу.

Только я больше тех гроз не боюсь, ушло в прошлое моё сюсюканье с нежными чувствами данного конкретного урмыта. И, надеюсь, никогда не вернётся.

— Ты потерял право задавать подобные вопросы, — ответила ему холодно и попыталась сбросить горячие ладони, очень хотелось отойти подальше.

— Я готов исправить это, — ответил он с готовностью. — Почему? Почему я не могу быть для тебя первым во всём и единственным?

— Мне кажется, ты неверно расставляешь приоритеты, — хмыкнула и снова попыталась сдвинуть его руки хоть на сантиметр, не удалось, держал он меня крепко. — Ты — дитя Руалонэ! Не я! Тебе ли требовать единственности и исключительности? Не ты ли недавно отстаивал право мира быть таким, какой он есть? Так почему же ты никак не можешь смириться с тем, что и так тебе известно с детства? Тэйлии не могут принадлежать одному мужчине! Сама система миров и Домов не позволит такой патриархальный уклад! Тебе стоит разобраться в себе и том чувстве неуверенности, которое и рождает твою ревность! Почему ты так неуверен в себе? Для чего тебе быть всегда и везде первым? Ты ведь именно это и не можешь мне простить, что не первый… Что первым я Яра выбрала! — кажется, эти слова были лишними, взгляд Морока стал совершенно бешенным и я мигом вспомнила, что этот мужчина не единожды показывал себя несдержанным собственником.

И на что он на самом деле способен в гневе, я, пожалуй, не знала. И зря сейчас дразнила зверя, кажется… Что он и доказал, впившись очень жёстким поцелуем мне в губы.

— Я вытравлю из твоей памяти всех других, — прошептал он и выражение лица мужчины стало совершенно невменяемым.

Впервые он полностью сбросил маску и этим напугал меня до дрожи.

— Морок! — просипела в ответ, чувствуя, как от крепких объятий, в которые меня заключил урмыт, кончается воздух в лёгких. — Прекрати… Мне страшно!

— Я не обижу… — уверенно сказал он. — Я так долго терпел и ждал, когда ты позовёшь меня…

Ещё чуть-чуть нежности и я расплачусь, умилившись его крокодиловым слезам.

— Ой! — пискнула, когда мужчина подхватил меня на руки и понёс к дивану. — Не смей! — и задохнулась, более не в силах что-либо произнести, Морок впился мне в губы новым поцелуем.

Положил меня на диван и пристроился сверху, и стоило признать, чувствовать тяжесть его тела на себе было приятно. Несмотря ни на что, власть урмыта над моим либидо никуда не девалась. С самого первого дня нашего знакомства он будоражил мои чувства, это стоило признать. И тело охотно откликнулось на скольжение мужских пальцев по коже. Вся моя решимость послать Морока с его поползновениями в лес, грибочки собирать, постепенно таяла. Проклятье! Я так дам всё, чего он добивается! А дальше что? Я же всё равно его не простила! И не прощу! Такое не прощают!

— Это ничего не поменяет, — прошипела сквозь сжатые зубы, дышалось с трудом.

— Возможно, — согласился он. — Но поможет тебе забыть других…

— Только не говори, что ты собираешься лишить меня памяти! — попыталась выскользнуть из-под урмыта.

Но Морок прижал меня к дивану так, что ни одного лишнего движения сделать не получалось.

— Только если ты захочешь, — его дыхание опалило шею чувственным огнём, и я вздрогнула.

— Что-то раньше ты совершенно не интересовался моим мнением! — выпалила, пытаясь оттолкнуть мужчину.

Его тело было жарким… и желанным. Почему я всегда так остро реагирую на него? На его поведение? На его желание? На его обиды? На его поступки? Именно на его?

— Ты снова влияешь на меня? — осенённая внезапной догадкой принялась вырываться сильнее.

— Нет, — предельно честно, глядя прямо в глаза, заявил урмыт. — Но слишком хочу тебя, чтобы сейчас останавливаться, — с наглейшей непосредственностью заявил он.

— После всего? — снова перешла на шипение.

— Мне кажется, всё наше недопонимание, — начал он и замолчал, а я сердито фыркнула, показывая, что не слушала, не слушаю, и слушать не хочу его оправдания. — Оттого, что мы слишком закрыты друг от друга.

— Что же ты, вместо того, чтобы идти во Дворец Удовольствий, меня в другой мир потащил? — спросила язвительно.

— А мы этот сеанс и тут с тобой проведём, — хмыкнул он в ответ.

— А сил хватит? — оттолкнуть Морока не получилось, и вывернуться тоже, припечатал он меня к дивану надёжно.

— Я постараюсь всё верно рассчитать, — пообещал он мне и снова поцеловал.

Плотно сжала губы, не собираясь так быстро сдаваться и судорожно вздохнула, когда скользнув языком по рту, мужчина провёл кончиками пальцев, нежно-нежно, по моей скуле.

— Тарли, — назвала его по имени, и мужчина вздрогнул в ответ, глядя удивлённо в глаза. — Не хочу так! Когда ты снова меня заставляешь!

— Как скажешь… Но сеанс мы проведём, — пошёл он на компромисс и теперь пришла моя очередь смотреть удивлённо. — Я хочу, чтобы между нами не осталось больше никаких тайн. Мы слишком долго недопонимали друг друга. И с этим что-то нужно делать, — в зелёных глаза промелькнуло что-то похожее на разочарование, и урмыт приподнялся на локтях, давая мне возможность двигаться. Сел на краешек дивана и устало провёл ладонями по лицу. — Я знаю, ты хочешь меня… так же сильно, как я тебя. Но тебе постоянно что-то мешает сделать шаг навстречу.

— Ты не думал о том, что именно ты и мешаешь? — села на диване, подтянула колени повыше, обхватила их руками и опёрлась подбородком о них.

— Я? — искренне изумился Морок, и плечи его опустились, словно под невидимым грузом.

Он как-то весь сгорбился и снова провёл ладонями по лицу. Жалко, что его выражение я видеть сейчас не могу. Но и созерцать спину урмыта оказалось очень информативно. Как оказалось, и движением плеч, можно показать разочарование и обиду.

— Ты, — уверенно ответила и вздохнула. — Твоё поведение… Ты делаешь всё для того, чтобы я не доверяла тебе. А без доверия, совершенно нет желания делать шаги навстречу.

— А просто попробовать поверить, безо всяких условий, ты пробовала? — спросил Морок вкрадчиво.

— Не получается, — ответила уклончиво, потому что не пробовала, не пробую и не собираюсь.

Верить такому единоличнику, как экс-Главнокомандующий, никогда не стану. Поверив, рискую оказаться в дураках, да ещё и сердце разбитым останется! Хватит мне Вия, который сумел добиться моего доверия, а после умудрился об этом факте забыть.

Чувствовала себя вымотанной, до состояния упасть и умереть. Как-то разом навалилась усталость, и вся та энергия, благодаря которой я держалась последние пару суток, испарилась в никуда. Я почувствовала себя слабой, растерявшейся и одинокой до жути. Стало жалко, себя, урмыт, оставшихся на растерзание Совета, Яра, с которым непонятно вообще что сейчас происходит. Если он попал в засаду, подготовленную Мороком, как и я? То во что это вылилось? Думать об этом не хотелось… Но чем больше я пыталась отвлечься, тем сильнее начинала беспокоиться. Участь урмыт и моя собственная отчего-то показалось такой ужасной, что непроизвольно шмыгнула носом. Кажется, той истерики, что я устроила первому урмыту по прибытию на Землю, мне было мало…