О, Боже! Какие мужчины! Трилогия (СИ) - Яблочкова Наталья - Страница 160

— Я не докладывал! — зло бросил он мне и продолжил без перехода. — Этой ночью мне предложили сделать выбор. Либо сохранить тебе жизнь, пусть и решив всё за тебя, либо готовиться к тому, что тебя не станет.

— А кто тебе мешал прийти ко мне и всё рассказать? — не выдержала-таки, стукнула кружкой по столу, расплескав забытый мной чай. — Кто? Ты говорил о том, что я не доверяю тебе. А сам? Сам ты мне доверяешь? С самого первого дня не доверял…

— Ты — тэйалия, — пояснил он снова так, что мне вот прямо сразу стало всё понятно.

Ещё один не любитель тэйалий выискался! Что Вий, что Морок, оба почему-то считают, что тэйалия — синоним подлюги, и совсем не той, что из анекдота.

— Ты не поверила бы мне, — сказал он уверенно. — Ты никогда не верила в мои добрые намерения.

— А они были?! Те самые добрые намерения? — разозлилась окончательно.

— Всегда, — убеждённо ответил он.

— Особенно добрыми они были, когда ты меня стащил и привёз на Руалонэ, — заметила ядовито.

Воцарилось многозначительное молчание и я, сердито засопев, отпила-таки чая из кружки. Раз уж разговора не получается, так хоть пироженку съем. Слопав корзиночку подобрела:

— Мы сможем вернуться? И как быстро это получится? — задала самый важный на данный момент вопрос.

— Н-нет, — запнулся он и посмотрел ясным, уверенным зелёным взором. — Моих сил не хватит, чтобы открыть проход. А тэйалии…

— Ни за какие коврижки сами этот проход не откроют, — кивнула понятливо и отложила ложечку в сторону, кусок больше в горло не лез. — Ты понимаешь, что подписал этим решением смертный приговор всем урмытам Дома Рамвильд? Их убьют… Всех! Ладно Вий. Его ты ненавидишь. Это я могу понять… А Яр и остальные чем перед тобой провинились?

— Магическая клятва, — пояснил он. — Все урмыты… кроме Вия, останутся жить.

— Жрецами? — уточнила, догадываясь об ответе.

— Рэшами, — спокойно ответил он. — Это условие было обговорено отдельно.

— И Вия тебе было совсем не жалко, — подытожила наш странный разговор я.

— Я пытался отстоять его жизнь, — урмыт всё так же держал мой взгляд своим, и не думая отводить глаза. — К сожалению, тэйалия Дома Ррван не готова была идти на уступки в этом вопросе.

— Сколько правды в том, что ты только что сказал? — что бы он ни ответил, я всё равно не смогу до конца поверить ему.

— Ни единого слова лжи, — ответил он всё так же глядя мне в глаза. — Ева, даже если бы у меня хватило сил, чтобы вернуться… Я никогда не открыл бы проход. Действие заклинания, направленного на тебя, будет достаточно, чтобы тебя не стало. Его всё равно не сняли, на всякий случай… И долго ещё не снимут.

— Ну да, мои таланты и возможности Дома Рамвильд должны были их впечатлить. Забоялись так, что решили перестраховаться, — усмехнулась, хоть и совсем невесело мне было сейчас. — Если бы ты пришёл ко мне… Почему ты не поверил в возможность того, что наш Дом сможет справиться с этой проблемой? Ты же видел, что удалось всё… или почти всё. Второй Дом я так и не успела уничтожить.

— Какой ценой, Ева? — задал вопрос с подвохом Морок. — Ты видела себя со стороны в тот момент? Это была не ты… В тебе не оставалось эмоций… если бы ты осталась такой навсегда, тогда я сам бы уничтожил тебя. Собственными руками.

— Что? — вскочила с табурета, который от этого моего неожиданного движения упал на пол с громким стуком.

— Бесчувственное чудовище, способное уничтожить все Дома и сам мир… Думаешь, оно имеет право на существование? Если бы ты не вернулась? Если бы осталась такой же, как в тот момент? Как бы ты поступила? — Морок поморщился и отвернулся, принявшись рассматривать вид за окном.

Уставилась туда же. Снег, снег, снег… Бесконечный снег. Он заметал всё вокруг, делая мир за окном сказочно-волшебным, совсем зимним и белоснежно-прекрасным. Наверное, я не знала ответов на вопросы урмыта. На самом деле. Что бы я делала, если бы не смогла отключиться от систем Дома? Если бы снова проснулась личность тэйалии из прошлого? Настоящей, как и я? Чем бы завершился конфликт на Руалонэ? Как поступили бы Дома, если бы я попыталась уничтожить их? Ведь в тот момент я чувствовала себя всемогущей… И меня подмывало перекроить историю целого мира, разнеся всё к чертям собачьим, это стоит признать. Насколько опасения Морока были оправданы? Насколько хорошо я контролировала себя в тот момент? Тогда мне казалось, что неплохо… Но как это всё выглядело со стороны? Я очень хорошо помню замечание Яра про нечеловеческий взгляд.

— Я, может, и не очень хороший Главнокомандующий, — тихо произнёс мужчина. — Но я люблю свой мир таким, какой он есть. И не хотел бы, чтобы что-то могло привести к масштабной бойне.

— А она намечалась? — спросила, и поняла, что, да, случилась бы, продолжи я давить.

Ведь сколько в нашей, земной истории было революций. И почти все они проходили отнюдь не бескровно. И в случае, если бы я решила уничтожить все Дома, как и хотелось. Или перекроить ситуацию с инкубаторами, как мелькала не раз мыслишка… То я наткнулась бы на неприятие. Насколько хватило бы простым рэшам толерантности, если бы их уютный и понятный мирок, в котором им очень комфортно жилось, кто-то посторонний решил перекроить? Ответ нашёлся… в памяти, доставшейся мне от Дома. Такое уже было… Давно, на заре становления системы правления, которая господствует на Руалонэ сейчас. И это было очень кровавое действо. Которое унесло множество жизней.

Подняла табуретку, села, сложила руки на коленках и спросила с усмешкой:

— Чудовище, значит?

— Сейчас, нет, — пристально посмотрел мне в глаза урмыт. — Но, могла бы снова стать…

— Вот, значит, на что они тебя купили, — вздохнула и качнула головой, тоже не отводя взгляда. — А кто тебе сказал, что я не конролирую ситуацию? Кто сказал, что позволю пролиться крови, если ситуация совсем станет сложно? Думаешь, я бы стала намеренно…

— Намеренно — нет, — перебил он меня. — Но случайно, не понимая последствий своих действий…

— Как было уже не раз, — завершила за него, сам он не решился это сказать. Да, стоило признать, я не умею играть в политику. Не умею до конца продумывать и просчитывать последствия. Но… — А поговорить? Просто прийти и поговорить? Этот вопрос остаётся открытым, Морок. Какими бы благородными ни были твои побуждения… Ты предал. Меня. Интересы Дома. Обманул как-то Дом…

Впрочем, я догадалась, кажется, как. Если он был так свято уверен в полезности своего поступка для Дома, мира и тэйалии… Да и интересовалась я у Услада настроем урмыта до того, как он принял столь кардинальное решение.

— Ты не поверила бы мне, — безнадёжно грустно произнёс мужчина. — Ты последнее время совершенно не верила мне.

— А ты мне, как оказалось. И в меня, — вернула ему претензию.

Поднялась, вылила недопитый чай в раковину, помыла кружку и вышла из кухни. Мне нужно было побыть одной, чтобы попытаться хоть что-то придумать. Хоть какой-то выход должен быть! Обязан просто! Но пока я блуждаю в потёмках, и так ничего и не понимаю.

Глава 25

Включила телек, попереключала каналы, поняла, что ничего интересного нет, отшвырнула на диван пульт и хмуро посмотрела на телефон. Наверное, стоит позвонить родителям, я так долго их не видела и не слышала. Но для них мой звонок случился только недавно, днём. И, наверное, мама удивится. Я не звоню дважды за день, если нет серьёзной причины для этого.

— Ева, — позвал меня от дверей Морок, и я неохотно обернулась к нему.

— Я ещё не всё сказал… есть ещё кое-что, что ты должна знать, — вкрадчиво начал он.

— О, Боже! Что ещё? — закатила глаза к потолку и всплеснула руками. — Думаешь, мне мало тех признаний, что ты уже сделал? И того, что ты натворил?

— Мной двигало не только желание защитить свой мир… — начал он издалека.

— От меня-чудовища, — уточнила я, и скрипнула зубами.

Мужчина явно испытывал моё терпение, пытаясь продолжить разговор. Это сейчас у меня шок, и я пока не способна выдать никакую реакцию, кроме апатии и растерянности. Но если он продолжить в том же духе… То апатия очень быстро может смениться своей противоположностью. И, думаю, Мороку её проявления вряд ли понравятся.