Fallout: Equestria (ЛП) - "Kkat" - Страница 82

— Как ты её встретил?

Мой друг поколебался, но потом ответил с печальным вздохом:

— Я чуть было не убил её.

— Она только что вышла из Понивилля, где зачищала гнездо рейдеров, — объяснил Каламити. — Вся была в крови и носила броню, которую содрала с них, так что я её саму спутал с рейдером. Свалился с неба и начал палить. — В его голосе чётко слышалось сожаление.

У меня кольнуло сердце за него. Но в то же время передёрнуло от его описания. Кажется, Каламити тоже осознал, как странно это звучало, поскольку после некоторой паузы поспешно продолжил:

— Только эт рейдеры были. Рейдеров не так сложно убить. — Потом, видимо, припомнив крушение вагона, он добавил, — По крайней мере, если те чутка везёт. И если местность на твоей стороне.

— Понимаю, — невозмутимо заметил СтилХувз. — Значит, она не секретный агент. Просто везучая. Как насчёт второй?

— Вельвет Ремеди? Она... — Каламити усмехнулся. — Она штатская. Врач и певица. Как это укладывается в твою теорию про стойло для секретных агентов?

— Какие-нибудь ещё таланты?

— Быть самой прекрасной пони, которую я когда-либо встречал, считается? — Я так и видела, как Каламити улыбается, говоря это. — Помимо этого, никаких. Ну, то есть... у неё есть странное умение получать то, чё она хочет. Торговаться, то есть. А ещё уговаривать народ на всякое, в то время как она сама не... — Каламити оборвал фразу.

Отлично, Каламити. Не надо заканчивать это предложение.

— Прямая наследница одной из трёх основательниц Стойл-Тек. Основательницы, которая, как я полагаю, была лицом Стойл-Тек и сестрой одной из шести самых могущественных фигур довоенного правительства. Наследница с навыками в обольщении, торговле и дипломатии, — иронично произнёс СтилХувс нараспев. — Нет, ты прав. Это очень похоже на штатскую пони.

Я мысленно застонала. Как СтилХувз умудрялся это делать? Я начинала сомневаться в собственной истории, а ведь я сама в ней участвовала!

Каламити вздохнул. Я надеялась, что от раздражения.

— Ладно. Представим на минуту, что мои спутники врали мне без стыда.

О нет. Каламити, пожалуйста, не надо. Мы были честны. Я знаю, что всё это звучит дурно, когда он говорит об этом так, но...

— Но зачем? — закончил Каламити.

— Ну, — проурчал глубокий мужественный голос, — они ввязались в битву между рейдерами и работорговцами, как-то добились, чтобы главы обеих группировок уселись под прицелом мелкой, а потом не только устранили того, который был им неугоден, но и убили дракона, заправлявшего делами, обеспечив тому, кто был им нужен, получение руководства...

— Осмелюсь сказать, — перебил его Каламити, — что я и сам мог с этим справиться.

СтилХувз продолжал, не разубеждённый его вспышкой.

— Как по мне, это очень похоже на спецотряд, меняющий расстановку сил для своих целей. Какими бы эти цели ни были.

Прокляните его Богини. Пони в самом деле о таком думают? А я-то огорчалась своей репутации, когда считалась всего лишь героем. Это было... безумием.

По крайней мере, Каламити, кажется, был со мной согласен.

— Ла-а-адно... Ладно, а как насчёт этого? Если Лил'пип — пони из какого-то секретного подразделения, то с какой напасти я мог умудриться чуть не убить её?

— Потому что подземные тренировочные комплексы — не лучшее место для обучения борьбе с воздушным противником. Сомневаюсь, что она даст тебе второй такой шанс.

Каламити и тут так просто не сдался, хвала ему.

— Слушай, я был с ними. А ты нет. Я понимаю, что они... ну, могут удивлять. Но если ты узнаешь их получше...

— То я увижу, что они вовсе не шпионы? — Тон СтилХувза был на грани смешка.

— Агась.

Спасибо тебе, Каламити.

— Не хитрые и не пронырливые ни на волосок?

— Ни на один.

— Ты знаешь, что, когда Литлпип спит, она очень мило похрапывает?

Я не хра... а, чёрт!

* * *

— Снова в путь?

Я как раз заканчивала одеваться и левитировала свои седельные сумки на их место, когда в комнату вошёл пони в броне, питаемой магией, и сделал своё объявление:

— Я буду сопровождать вас до Башни Тенпони. За то, что вы рисковали своими жизнями, чтобы спасти мою. Меньшее, что я могу сделать — это эскортировать вас до вашей цели.

Я не знала, что и думать.

СтилХувз, однако, занял твёрдую позицию:

— Я настаиваю.

Я нахмурилась. Размышляя, я осматривалась вокруг. В хижине было три комнаты: спальня, основная комната и мастерская в задней комнате. Увидев всё это, я поняла, что СтилХувз предоставил мне свою кровать, и что все, кроме меня, спали на полу. Это заставило меня почувствовать благодарность и вину.

Это была не спальня, в которой я провела последние несколько дней болезни, а главная комната хижины, вмещавшая в себя обеденный стол, ряды железных шкафчиков, стол со светящимся терминалом и несколькими разбросанными наградами в качестве украшения. Над столом висело знамя: половинка яблока со вставкой из трёх волшебных искр, оправленных шестернями, объятых крыльями в форме полумесяцев и перекрытых боевым мечом с защитой для рта на эфесе. Та же эмблема украшала бок боевой брони СтилХувза — прямо над тем тем местом, где должна была скрываться его кьютимарка.

Стальные Рейджеры.

Я вздохнула.

— Ты должен спросить остальных, — сказала я, подтягивая подпругу, и принялась надевать кобуры и перевязи для оружия.

— Я уже говорил с ними. Они утверждают, что ты их лидер.

Что? Почему? Я была наименее квалифицирована, чтобы принимать руководство. Потому что радио так говорит? Я добавила это к списку вещей, о которых стоит поговорить с диджеем Пон3, когда мы прибудем в Башню Тенпони.

Я оглянулась на Вельвет Ремеди, но она лежала на полу, а её разум потерялся в шаре памяти Флаттершай.

Я слышала, как Каламити в задней комнате трудился над оружием, что раздобыл в оружейной Стойла Двадцать Девять. У нас были большие запасы патронов малого калибра, но ни одна из наших пушек им не соответствовала. И потому Каламити сейчас разбирал и чинил небольшие пистолеты и маломощные винтовки, для которых эти пули как раз и предназначались. Не то, чтобы мы собирались их использовать, но они всё равно будут нам полезны: оружие и пули были ценным товаром для торговли.

По радио в задней комнате играла радиостанция диджея Пон3. Звуки пони-квартета уступили место песни, полной скорби, страха и надежды. Её исполнял жеребец с приятным голосом, который уже двести лет как мёртв.

"О, как мне бурю усмирить,

Когда война в твоих глазах?

О, как тебя мне защитить,

Когда повсюду ложь и страх?

И когда всё, что было мило,

В руинах обрело могилу,

И вам не выжить здесь –

Нам шепчет глас впотьмах."

Прицепляя мою снайперскую винтовку на место, я наконец посмотрела на СтилХувза. Мой ответ был утрачен, когда я увидела, что он смотрит в сторону, его взгляд был сфокусирован на маленькой фотографии в углу комнаты, что я не замечала раньше. Фотографии немолодой оранжевой кобылы с жёлтой, седеющей гривой под её ковбойской шляпой. Он немного качнулся. Я чувствовала тяжесть в комнате, сказавшую мне, что лучше помолчать.

Я подошла ближе, чтобы лучше рассмотреть, но уже знала, что видела эту кобылу раньше. Много раз. Её статуэтка лежала в моей сумке, как и воспоминание о ней с того, что стало последней вечеринкой Пинки Пай. Теперь я была уверена, что воспоминание о СтилХувзе тоже было в том шаре.

Под изображением была витрина. Внутри стояла ещё одна идеально сохранившаяся статуэтка взбрыкнувшей рыжей пони ("Будь сильным") в расцвете молодости. Сверху стояла маленькая обитая шёлком коробочка, очень похожая на ту, что я нашла в сейфе Винил Скрэтч, и в которой лежал единственный шар памяти.

СтилХувз пошевелился снова только когда кончилась песня и последний припев растворился в тишине.

— Ты знал её, да? — спросила я мягко и осторожно.