Fallout: Equestria (ЛП) - "Kkat" - Страница 255

А моя небольшая помощь в чём-то столь великом, как Сады Эквестрии, если я и смогу её оказать, будет лишь крохотной вишенкой на торте.

Пауза растянулась настолько, что стало уже неудобно. Наконец Наблюдатель сказал:

— Думаю, мне пора.

— Подожди, — сказала я, мне в голову вдруг закралась одна мысль. — А может не-пони быть носителем Элемента гармонии? — Может, мне стоило расширить круг поиска.

— Эээ, нет, я так не думаю.

— Ох. — Ну, спросить в любом случае стоило. Я мучительно вспоминала, что же хотела сказать. И, наконец, вспомнила тему, которой не могла больше избегать. — Спа... Наблюдатель. Я знаю, что случилось с Твайлайт Спаркл.

Тишина. Лишь гром проворчал где-то. Затем я услышала "Ох".

Спайк молчал чуть дольше, пока, наконец, не решился:

— Пожалуйста, скажи мне, что она ушла быстро. Что ей не было больно. Ведь это было быстро, не так ли?

В горле собрался ком. Я почувствовала, что мои уши прижались к голове, и была рада, что находилась под Небесным Бандитом и что наша таратайка скрывала от него мои эмоции. Я разинула варежку, но сил говорить у меня не было.

Я... не могла сказать ему. Он этого не заслужил. Она была его самым близким другом — сестрой, матерью и лучшим другом в одном лице — и это было слишком ужасное и тяжёлое знание. Боль от знания того, что, возможно, какая-то часть Твайлайт была всё ещё в Богине, жива, но больше не являлась собой, не была даже в здравом уме, и так было на протяжении веков...

Я поняла, что собиралась солгать Спайку. Голос пони в моей голове зашипел: "Исковерканная доброта", но это был голос не моей внутренней маленькой пони, это был голос Богини.

— Она умерла, пытаясь спасти других пони, Спайк. Это была благородная смерть. — Когда она умерла, она кричала чьё-то имя. Не его ли?.. — И ещё... я верю, что она думала о тебе с нежностью до самого конца. Думаю, что она была счастлива, что тебя не было с ней, что ты выжил.

Это была наглейшая, подлая ложь. И ни один пони бы мне не поверил, если бы услышал это вживую: мое лицо меня выдавало. И даже ни один дракон, не важно, как сильно он нуждался в этом.

Ещё одна долгая пауза.

— Спасибо, Литлпип. — Механический голос спрайт-бота не мог передать эмоции, но я всё равно могла бы сказать, что глубоко в своей пещере могучий дракон Спайк плакал.

— Ты... нашла её тело? Её похоронили?

Я почувствовала, что моё сердце разрывается. Спустя мгновение паники я еле смогла выдохнуть.

— Нет, Спайк. Я видела её смерть в записи. Но... после того как она умерла, Богиня... поглотила её тело.

Спрайт-бот молчал, молчал и Наблюдатель-Спайк в его лице.

— Я собираюсь покончить с Богиней, — сказала я, и на сей раз каждое моё слово было чистой правдой. — И если каким-то чудом там что-нибудь осталось от Твайлайт, я позабочусь о её покое.

* * *

Ярость шторма била по пустоши большую часть ночи, и, истощив свой гнев, обернулась лёгкостью почти мирного дождика, словно спящий яо-гай. Мы добрались до Стойла Двадцать Девять в тот зловещий час тьмы, имени которого я не могу вспомнить.

Я ласково попросила Паерлайт остаться и охранять Небесный Бандит. Учитывая обилие монстров, с которым мы сталкивались в Фетлоке прежде, это было разумной предосторожностью. Но по правде, я просто не хотела приводить радиоактивную птицу на новую базу Отступников.

Отступники, чья броня Стальных Рейнджеров несла на себе красные полосы, приняли боевые стойки при нашем приближении. Я видела их напряжённость. Мигом позже мягкий свет вспыхнул вокруг нас и шёлковый голос Вельвет Ремеди прозвенел во мраке:

— Приветствую вас, последователи Эпплджек. Литлпип и её окружение приветствует вас и просит аудиенции у СтилХувза.

Было неудобно слышать, как Вельвет Ремеди называет нас так. Я не заслуживала такого уровня доверия или внимания. И более того, я не хотела, чтобы мои друзья думали о себе таким образом. Но так или иначе, увидев, как Отступники расслабились, я почувствовала благодарность за её дипломатичность. Два бывших Стальных Рейнджера отправились сопровождать нас на пути к дверям Стойла Двадцать Девять.

Я с дрожью вспоминала своё последнее посещение этого места. С тех пор новые следы ожогов "украсили" стены тоннеля обслуживания. Гильзы замусорили пол, и тёмные следы говорили о свирепых боях между Отступниками и Стальными Рейнжерами, когда они соперничали за контроль Стойла и компьютера Крестоносца внутри.

Один из сопровождавших нас рыцарей подал знак другому, стоящему за пультом. Магическая силовая броня охранницы была соединена кабелем с пультом управления, поэтому ей даже не нужно было тянуться к выключателю. Послышалось змеиное шипение пара в клапанах, и механический манипулятор внутри Стойла отодвинул тяжёлую круглую дверь в сторону со скрежетом, от которого у меня свело зубы.

Мы пошли дальше. Переступая порог Стойла, я какой-то частью даже не верила, что снова вернулась сюда. Я ещё слишком хорошо помнила свой первый визит в это место. К счастью, пройдя дальше, я обнаружила, что Отступники нашли время, чтобы убрать тела. Двое молодых рыцарей уже заканчивали убирать обломки, которыми был усеян пол Атриума. В прошлый раз я была озадачена необычной планировкой этого Стойла. Оно не было похоже на Стойло Два, оно было... не таким, каким Стойло должно было быть. Теперь, после моего последнего визита в Стойло Два, это беспокойство исчезло. Память о родном Стойле была запятнана смертью и разрушениями. "Правильного" Стойла больше не существовало.

Внутри последствий битвы было не меньше, чем снаружи. Одна из колонн Атриума, ранее целая, была разбита вдребезги. Пол был повреждён так, как повреждал только автоматический гранатомёт. Я мельком глянула в сторону Клиники и вздрогнула, вспомнив, как орудия Атриума прижали нас здесь. Турели теперь были заменены новыми, покрашенными в цвета Отступников, с трёхъяблочным символом. Я представила, что бы подумала Эпплджек, узнав, что её кьютимарка теперь на турелях Стойла.

Мой взгляд блуждал по серому потолку, затем ниже, по боковым лестницам, опоясывающим унылые серые стены. "Это помещение нуждается в росписи", угнетённо подумала я.

Два Отступника провели нас вверх по лестнице на второй уровень. Я глянула на информационную доску, когда мы проходили мимо. Старые сообщения и записи были убраны. Сама доска была отбеленной дочиста. Ужасные послания, написанные на ней кровью пони, существовали теперь только в воспоминаниях.

Это место было последним пристанищем Винил Скретч, напомнила мне маленькая пони в моей голове. Гробница первоначального DJ Pon3. Я быстро решила дальше не думать в этом направлении. Там были не слишком приятные вещи.

Мы проходили мимо пары дружески беседующих рыцарей, одна тянула тележку для мусора, другая шла позади неё.

— В самом деле, развесить здесь несколько цветных плакатов. Не говоря уже о том, чтобы бросить парочку ковриков. Может, занавески повесить.

— Это место совсем не богато на окна, — сказала другая. — И я не думаю, что Старейшина СтилХувз примет такого рода убранство.

Я скрыла свой смешок копытом.

— Вееееееееерно. Но скорее всего он будет за идею плакатов.

— Ну удачи в поисках подходящего нам. На всех МВТшных плакатах только надпись "ПРОГРЕСС" и какая-нибудь технологическая новинка. С Кобылой Министерства я ещё ни одного не видела.

Проходя мимо, я вспомнила о двух кобылах, чьи министерства никогда не хвастали их лицами: Эпплджек и Рэрити. Одной — потому что её министерство не хотело воздавать ей почести, другой — потому что она сама не желала их принимать.

У СтилХувза, чья любовь к Эпплджек была непоколебима, в хижине была её статуэтка ("Будь сильным!"). И, я подозревала, это был самый лучший её образ, который они смогли бы найти.

* * *

Я инстинктивно предполагала, что СтилХувз занял офис Смотрительницы. Но когда сопровождающие свернули в отдел безопасности, я вспомнила, что в Стойле Двадцать Девять не было офиса Смотрительницы. Призрачное ощущение этой неправильности снова мелькнуло на задворках моего разума.