Синтраж. Том 1 (СИ) - "Гарсиа Икиру Сет" - Страница 147

Программер-Дейл держался хорошо. Ему явно пришлось убеждать свою команду в том, что выбор команды и есть основное испытание. Монолог ценою в жизнь… Но Дейл не подавал вида, даже здесь, даже сейчас. Прояви он слабость там, в комнате, хоть на секунду…

Гир Део явно предлагал своей команде пожертвовать им во имя спасения остальных. Конечно же, берсерки отказались. Иначе Гир не стал бы лидером столь опасной и дружной группировки, не стал бы рисковать собой ради целого клана…

Син Сюа явно не обошёлся без угроз. Вероятно, что цикианец был даже в большей опасности, чем программер. Тем не менее, команда поверила в него и поставила на кон свои жизни. Быть может, сын начальника императорской гвардии и не был так силён как кто-либо из берсерков, не был так же умён, как спец-программер, однако, по оценке змея девяти искусств, как боец Син представлял наибольшую угрозу…

Юноша подходит мягкими плавными шагами, поддерживая средний темп сердцебиения. Утереть кровь с разбитой губы, улыбнуться. Внезапно у него кружится голова, и монах опирается о стену.

Ума смеётся от собственного бессилия, тем самым озадачивая присутствующих.

— Всё в порядке? — на всякий случай интересуется Син, подходя к юноше. — У вас там что-то произошло?

— А? Да! То есть, нет! — отмахивается монах, стараясь твёрдо идти навстречу цикианцу. — Просто там мне стало скучно.

— Что…

Син захлёбывается своим вопросом, когда Ума бьёт его по горлу. Ещё шесть ударов по уязвимым точкам застигнутого врасплох капитана, и сын начальника императорской гвардии трупом оседает на пол.

— ТЫ ЧЕГО!? — ревёт Гир.

— Я же сказал: скууучно.

Берсерк бросается на монаха. Бык против змеи. Звуки ударов, вздохов и рычание наполняют комнату, пока Ума не валит свою жертву на пол и не ломает ему руки: одну за другой, не спеша, без эмоций. Затем ударом в грудь останавливает сердце и вопли здоровяка.

Дейл так и сидит на месте, наблюдая за происходящим, даже не пытаясь что-либо предпринять. Монах обходит программера, приближается, руками обвивает его шею — будто обнимает — хруст нарушает тишину вестибюля, и тело падает почти беззвучно.

Ума становится в центр комнаты:

— Судья, это всё, что ты нам приготовил? Детские испытания? Я разочарован! Ты ни на грамм не разогнал мою скуку! Ну же, судья, я же выполнил одно из условий! Три капитана мертвы, три команды должны быть свободны! Давай, давай! Или я поспешил с выводами? Я нарушил очерёдность замысла? Ахах! Тогда это нестандартная ситуация, тогда я могу требовать аудиенции с организатором этого уровня! Давай, Нулла, покажи мне, как ты поступаешь с игрушками, что ломают другие игрушки!

Минута безмолвия. Две минуты без какой-либо реакции на его действия. Юноша продолжает стоять, пока не получает свой ответ в виде открытой двери и поджидающего за ней дрона-пажа.

— Организатор ожидает Вас в своём офисе, — оповещает дрон, — прошу, следуйте за мной.

И Ума Алактум, змей девяти искусств, Жнец, направляется за путеводителем…

***

Человек берёт со стола маску младенца и прикладывает к лицу, пока личина не застынет на месте, позволяя не беспокоиться о возможности быть узнанным. Самопровозглашённый судья, наблюдая трансляцию следующего за пажом участника, приостанавливает испытания других блоков, поправляет воротник своего пиджака и вызывает дрона-уборщика, чтобы тот привёл офис в порядок.

А монах уже дошёл до самого центра песчаной площадки. Сопроводительный робот опускается достаточно низко, чтобы участник мог на него сесть, и юноша садится — обратного пути больше нет, есть только…

Нулла смотрит, как нарушителя возносят над зданиями, несут в невидимое обычному глазу место, в передвижную капсулу-офис широкого назначения. Судья знает, что при приближении к офису на секунду маскировка исчезнет, и участник увидит парящий в воздухе яйцеобразный транспорт. Но это только пока принимая гостя, транспорт будет держать открытым один из люков — дальше юноша исчезнет внутри штаба, и капсула скроется в поднебесной синеве.

Организатор садится в кресло и ждёт гостя. Уже можно услышать гулкое эхо шагов. Осталось совсем немного — через секунду можно будет озвучить заготовленное приветствие…

***

— Признаться, Ума, я слегка разочарован, — мужчина, скрывающий своё лицо за маской, даже не смотрит на прибывшего в офис участника, якобы уделяя всё внимание происходящему на экранах и визионах. — Да, я помню твоё имя, знаю, кто ты. Ты же в моём списке фаворитов. Не главный любимчик, конечно, но один из… Я многих выделил ещё до того, как начал продумывать эту игру. Ведь гораздо интересней наблюдать за успехом или неудачей участника, если ты его знаешь, не правда ли? Моё собственное реалити-шоу… Ты стал одним из моих любимых персонажей ещё на «Ребелентис». Право дело, я и не думал, что в конце турнир окажется настолько весёлым, что потребуется моё вмешательство…

Казалось бы, Нуллу интересуют события вчерашних испытаний, проецируемые визионами вдоль каждой стены, однако ни организатор, ни участник на самом деле не видят ничего, кроме угрозы в лице друг друга.

Ума молчит. В змееподобной неподвижности юноша смотрит на хищника гораздо более опасного, чем он сам. Нет во взгляде желания битвы, нет азарта, былого запала и даже подобия привычной улыбки. Всё, что от него осталось — внимательное изучение человека в белом костюме: кобра застыла перед мангустой.

— Так о чём это я? — продолжает Нулла. — Ах да, о разочаровании. Не принимай близко к сердцу, но я право предвидел всевозможные варианты развития событий, когда ты в столь броской манере попросил об аудиенции. Я был готов смоделировать четырнадцать вариантов покушения на мою жизнь твоей персоной. Но ты ввёл меня в заблуждение своим выступлением, когда сам даже и не думал на меня нападать. Я бы понял, усыпи ты мою бдительность беседой и напади в самый неудобный для меня момент, но ты даже этот вариант не рассматриваешь… Нет-нет-нет-нет-нет, даже не думай пытаться оправдаться. Всё, что ты можешь сказать мне по этому поводу, я уже знаю. Да, да, все совместные планы бегства с острова не возымели бы эффекта, даже соверши вы их все вместе. Возможно, поэтому ты решил действовать так, как считаешь нужным, не учитывая мнения других. Ты не напал на меня с порога, как учат современники, ты решил использовать против меня самое страшное оружие. Оружие, что однажды погубит наш мир… Расслабься, уже нет смысла надеяться меня обыграть. Ты проиграл, как только начал продумывать свой первый ход. Я знаю всё. Я вижу всё. Потому что я понимаю всё. В твоём случае ничья была бы твоей победой. Но я забегу вперёд и обрушу на тебя пытку, которую ты должен был ощутить только в конце нашей беседы… И всё потому что я хочу кое в чём разобраться… То, что я знаю, но не могу понять…

Организатор щёлкает пальцами, все экраны гаснут, а над столом начинает проявляться чей-то силуэт. Обрывки звуков, плохо откалиброванная голограмма — всё это говорит о том, что звонок с острова обрабатывается несколькими видами защиты.

— Ах, да, — вспоминает мужчина, — не стой столбом, присядь.

К столу катится прозрачный шар и принимает форму кресла — бренд «умная мебель» — юноша уже не раз задумывался заказать её себе на корабль… Ума, аккуратно ступая по ковру, приближается к организатору, чтобы без стеснения расположиться с максимально возможным удобством.

— Ума, Ума, Ума, Ума… Я знаю, что ты думаешь, будто тебе есть, что мне сказать. Однако сказал бы ты это, зная, что я был одним из анонимных спонсоров турнира «Ню Нова»? Ведь твой драгоценный корабль новейшей модели был куплен и обустроен на мои деньги. Я следил за многими потенциальными жертвами моего плана, но за чемпионом турнира было следить проще всего. Если выживешь — не забудь поменять прошивку корабля, чтобы я больше не получал трансляции твоих бесед с терапевтом. Конечно, были и интересные моменты, но обычно меня радовал только голос твоего психолога.