Ларец - Чудинова Елена В. - Страница 86

– Отче, а когда ж мы дойдем до гор? Что-то они все далеко.

– Но мы уже в горах, Нелли.

– Как это?

– Да поднялись потихоньку. Знаешь, как мы высоко теперь? То же, что ты почитаешь горами, есть их голые вершины.

– Эй, касатка, а ты желанье-то не забыла загадать? – весело спросила Нелли Параша, перегоняя ее.

Экая глупость! Нелли расхохоталась. Радость сделать свой подарок дереву, связать себя невидимой нитью с ним была так сильна, что Нелли вовсе забыла о желании. Ничего она не загадала, только главное не признаться девчонкам, засмеют. Зря резала волоса.

Троп теперь стало много, они набегали друг на дружку, сплетались и расплетались вновь, словно играя в прятки меж каменными глыбами. Склоны двух гор сходились, образовывая поросшую кедровником долину. А посередине долины стоял замок. Настоящий замок, с готическими башенками и неприступными стенами, словно сошедший из сказок о рыцарях Круглого Стола. Вот только никакого знамени над ним не колыхалось.

Сколько мечтала Нелли побывать в настоящем замке! Нелли сперва замерла, опершись о палку, а потом со всех сил полетела вперед, отчаянно работая руками и ногами. Как красив замок в горах! Какой жалкою подделкою кажется в сравненьи с ним выстроенный в Санкт-Петербурге Литовский замок! (Больше Нелли сравнивать было не с чем.) Но тот – тот современный, да еще посередь города. А этот должен быть очень, очень старый, верно, построен в настоящие рыцарские времена! Что, если и вправду здесь живут настоящие рыцари? А кому ж здесь жить еще – действительному статскому советнику с семьей на покое?

– Нелли, Нелли же!! – отец Модест догонял ее, что, противу обыкновения, было ему не просто. – Куда ты несешься, погоди! Погоди, тебе говорю! Под снегом кости лошадей, ты можешь сильно пораниться!

– Зачем там кости? – спросила Нелли, недоумевая, где же въездная дорога.

– Ну я тебя прошу, остановись, наконец! Ты поранишься!

Нелли неохотно остановилась. Странно, никакой дороги к замку вроде бы не вело. Неужели он покинут? Вблизи высокие стены казались поврежденными временем. Слишком уж необитаемыми.

– Уф, не думал, что ты сможешь меня загнать, – отец Модест отер рукавом лоб. – Понимаю, Замок Духов потрясает воображение с первого взгляду.

– Замок… Духов? – выдохнула Нелли.

– Ну да, ойроты почитают сию твердыню обиталищем горных духов. Мы переняли их простодушные названия. Сие место называется Долиною Духов, а это, само собою, их замок. Здесь бытовал пренеприятный обычай – приносить горным духам в жертву лошадей. Теперь уж он в прошлом. Но кости под снегом вправду преострые.

– Но кто ж его строил? Замок? – Нелли продолжала недоумевать. -Неужели ойроты?

– Нелли, мне жалко тебя огорчать, но я, право, не думал, что ты так ошибешься. Замок Духов – скала, монолит. Его не строил никто, кроме Натуры.

– Но как же… башни? – Нелли закусила задрожавшие губы.

– Десятки столетий ветры точили сей камень, – мягко объяснил отец Модест. – Они придали ему причудливую форму. Разве менее он прекрасен оттого, что не человеческие руки его сложили?

– Не знаю, – Нелли казалось, что кто-то жестоко ее обманул. Миг, когда скала показалась ей замком, а также и целью их путешествия, был слишком прекрасен.

– Сверху дивный вид, на Замок можно взобраться, только не сейчас, – продолжал отец Модест. – Жаль, что сейчас не лето. Летом я не знаю ничего прекрасней Долины Духов, поросшей белым толстым ягелем и красным баданом. Трава растет даже на вершинах валунов. А как душиста зелень кедров! Там, чуть справа, маленькие родники, словно разбросанные круглые зеркала. Вокруг них синие цветки водосбора. Нежный цветок, как и все таежные цветы! Их нельзя поставить в вазу. Вянут в пять минут! А красная горная лилия! Ее съедобный корень видом похож на роскошный ананас, а вкусом на репу. По мне, нету на свете места прекраснее Долины Духов, маленькая Нелли.

Рука отца Модеста лежала на плече Нелли, а голос его звучал так проникновенно, что на сердце у ней полегчало.

– Эй! – крикнула, подъезжая, Катя. – Там вить скачет кто-то навстречу. И между прочим сказать – с ружьем.

Глава X

Фигурка размером с человечка, что обитает среди берез-карликов, приближалась. Как это Катька разглядела ружье? Да, верно, что-то торчит за плечом.

Всадник приближался. Судя по одежде и небольшому росту, это тоже был ойрот. Нелли и Катя переглянулись завистливо.

– Нетушки, без лошади и человек не человек, а недоразуменье одно! – Катя со свистом оттопырила нижнюю губу в презрительной гримасе.

– Скоро сядешь на лошадь, – отец Модест помахал рукою. Ойрот махнул крошечной ручкой в ответ.

– Так ить не на свою.

– Здешние лучше для горной местности.

– Ну, не знаю я.

Нелли могла уже видеть круглую шапку, отороченную мехом, с лисьим хвостом на макушке. Хвост развевался по ветру, словно султан над шлемом рыцаря, который не живет в Замке Духов. Там никто никогда не жил. Пустое, не надо о том.

Ойротом больше, ойротом меньше, чему улыбается отец Модест? Вот видна уже меховая короткая куртка, кожаные штаны, и видно, что облаченные в них ноги непривычно расположены на крупе. Слишком длинны стремена, что ли? Любопытно, отчего?

– Сидеть не умеет, вот тебе и кочевой народ, – фыркнула Катя самым презрительным манером.

Что за полоса яркого разноцветного шелка между курткою и шенкелями? Неужто подол? Подол восточного платья! Это женщина! Не ойротка! Нежно-розовое лицо, барбарисового цвета губы. На щеку падает завиток, льняной, как у Параши. Не женщина, девочка, скорей девушка, годами двумя старше Нелли!

– Арина! Издали я тебя узнал, княжна! – весело воскликнул отец Модест.

Роскоф изящно поклонился, вроде бы и мешок ему не помешал.

– Мудрено меня не признать издали. – Голос девушки был певучим и удивительно чистым. Казалось, она не говорит, а поет.

– Нехорошо говоришь, – отец Модест нахмурился.

– И худо приветствую гостей, – мелодично рассмеялась девушка, оглядывая его спутников с таким же интересом, что и они ее. – Добро пожаловать в Белую Крепость! С возвращением Вас, отче!

– Мы устали. Дома я представлю вас друг дружке. Ты проводишь нас?

– Не могу! Спешу к пастухам, надобно их застать. Экая досада! – Девушка рассмеялась снова и хлестнула лохматого коня ременною плеткою.

Катя с трудом удержалась: неужто трудно поработать шенкелем? Положительно, и Нелли казалось, что из девушки наездница не Бог весть какая.

– А все ж кто она? – спросила Нелли, когда та, кого отец Модест назвал Ариною, поскакала прочь.

– Княжна Арина, – отвечал отец Модест, думая о чем-то своем.

Вот уж странное упоминание. Титул не принято называть без фамилии. Нелли надулась.

– У Рюриковичей фамилий не бывает, маленькая Нелли, – улыбнулся отец Модест.

– А почему она одета как калмычка? – вмешалась Параша.

– Как ойротка, – поправил отец Модест. – Наши девы любят пользоваться этими нарядами для верховой езды. Это много удобнее амазонок, кои носят женщины в России.

Между тем оставалось, как и прежде, неясным, где же та Белая Крепость, в кою Арина столь радушно пригласила. Дорога, тропы, кедры да валуны.

Уж вовсе громадные бело-голубые валуны впереди возвышались кольцом, словно кто нарочно их так сложил. Почти впритык друг к дружке стояли огромные камни. К ним и вела дорога, на которую путники как-то незаметно выбрались вновь.

– Слава Богу, мы дома. – Отец Модест осенил себя крестным знамением.

– Что-то я не вижу никакого дома, – обеспокоилась Нелли.

– Сейчас увидишь, и не один! – Отец Модест оттолкнулся палками, устремляясь по уходящей в камни дороге.

В единственном, сколько мог охватить глаз, широком проходе меж камней под ногами, к удивлению Нелли, спружинили доски. Пройдя между камнями, дорога устремлялась к частоколу из могучих бревен.

– Кто идет? – окликнул откуда-то молодой мужской голос. Самого человека не было видно.