Как довести прекрасного принца - Алфеева Лина - Страница 64

— Все хорошо. Это друзья, — твердо произнесла я.

Златолесью нужен союз с Турином, значит, Владыка поможет Миллисандре. Остальное же — так… детали, которые при таком скоплении зрителей и не обсудишь. Нет, не такой я представляла себе встречу с Владыкой. Да я вообще ее оттягивала всеми возможными способами, и теперь возникло ощущение, что момент расплаты близок. Светлейший Вирель послал мне долгий взгляд, от которого стало не по себе, после чего повернулся к Миллисандре:

— Каждая победа над злом несет этому миру свет, и, несомненно, сегодня он воссиял ярче. Ваше высочество, примите мои поздравления в связи с долгожданным освобождением.

— Спа-си-бо… — ошалело выдохнула принцесса. — Это госпожа ведьма меня спасла.

Вот и кто ее просил?! Нет, не Буяну надо было делать предупреждение!

— Способности ведьм заслуживают уважения. Разумеется, в том случае, если используются во благо, — и снова такой взгляд, от которого мне сквозь землю захотелось провалиться.

— Элли — очень талантливая ведьма.

Это уже Габриэль отличился. Почувствовав мое смятение, он попытался помочь. Уж лучше бы молчал!

— Ваше высочество, наконец-то! — Активно распихивая горожан локтями, к нам пробралась стража. — Позвольте сопроводить вас к дворцу. Регентский совет будет счастлив узнать, что вы вернулись.

— Сопровождайте, — коротко кивнула Миллисандра.

Габриэль, как и было условлено, держался рядом. Мне ничего не оставалось, как пристроиться с другого боку. Народ расступился, и наша процессия медленно тронулась. Кони величаво, шаг в шаг, цокали по мостовой, и только моя подергивающаяся ступа выбивалась из общего марша. Летучую заразу трясло так, словно это у нее, а не у меня скоро будет нервный тик.

Посмотрела на Габриэля и внезапно поняла, что у него дела обстоят немногим лучше, а все потому, что народ дружно записал его не только в спасители, но и в суженые принцессы Миллисандры. Особо оптимистично настроенные уже гадали, когда у молодых появится первенец; практичные прикидывали выгоды от союза Фландрии и Турина.

Миллисандру от этих рассуждений бросало то в жар, то в холод. Пунцовая от смущения девушка изо всех сил старалась сохранить лицо. Краем глаза я уловила движение и обнаружила справа Арнелля. Тот не только избавился от личины Илара, но еще и коня где-то раздобыл.

— Я все объясню, — еле слышно пообещал он.

Я тихо фыркнула и наколдовала крошечное облачко. Зависнув над нашими головами, оно полило нас дождем из белоснежных лепестков. Арнелль перехватил инициативу, и теперь перед процессией, к радости зрителей, прямо сквозь брусчатку пробивались цветы.

Мы покинули площадь и двинулись по главной улице Турина. Взгляды горожан были прикованы к Миллисандре. Стараниями фей она выглядела волшебно, усыпанное пыльцой платье сверкало в ярких лучах солнца, дополняя образ великолепной принцессы. Габриэль прекрасно смотрелся рядом, такой же юный и светловолосый. На мгновение мне стало жаль, что у них не сложилось. Потом я вспомнила о Захарии, оставшемся в Темном лесу, и устыдилась. Так не вовремя проснувшаяся совесть заставила обернуться. Зря я это сделала, очень зря. Одного взгляда на Владыку хватило, чтобы по телу прошла нервная дрожь.

Светлейший Вирель единственный наслаждался шествием — да что там говорить, вся сложившаяся ситуация его откровенно забавляла. Мы ехали впереди, точно четыре нашкодивших котенка под присмотром матерого хищника.

Миллисандру во дворце не ждали. Совсем-совсем не ждали. В противном случае главный казначей королевства вряд ли бы остался ночевать в королевских покоях. Тех самых, которые прежде принадлежали королевской чете Турина. Об этом нам поведал трясущийся от страха главный распорядитель. Он же и предложил нам подождать в тронном зале всех членов регентского совета.

— Наверное, лучше переговорить со всеми сразу… — пролепетала Миллисандра.

Во дворце она окончательно растерялась. Сложно вести себя уверенно, когда в тебе всю жизнь видели всего лишь красивую куклу. Но ничего, научится. Стервозность — счастье наживное. Ну а пока я собиралась помочь Миллисандре навести в замке порядок.

— Пусть члены регентского совета собираются, — елейно пропела я и, как только распорядитель счел, что буря миновала, приложила его заявлением: — А мы пока заглянем к лорду Тигорту. Нужно же пожелать главному казначею Турина доброго утра.

— Осмелюсь заметить, моя госпожа, лорд Тигорт не будет одет подобающим образом.

— Главное, чтобы он мыслил подобающе и не забывал, кому служит, — припечатала я.

— Так вы нас проведете, или ее высочеству найти более лояльного главного королевского распорядителя? — В отличие от меня, Арнелль и не пытался выглядеть любезным. Происходящее во дворце разозлило его не меньше моего.

Поняв, что может лишиться места и связанных с ним привилегий, королевский распорядитель бухнулся на колени и поклялся Миллисандре в верности. Принцесса милостиво приняла клятву, после чего наша четверка направилась к королевским покоям на встречу с лордом Тигортом. К нашей несказанной радости, Владыка Златолесья предпочел отправиться в зал заседаний и подождать членов регентского совета там.

Дворцовая стража не чинила нам препятствий. Верные королевской семье приветствовали возвращение принцессы, перебежчики предпочли по-тихому скрыться. До королевской опочивальни мы добрались, так и не встретив сопротивления. Я мысленно предвкушала встречу с казначеем, когда вдруг внезапно нам было объявлено, что юным девушкам не подобает вламываться в спальню мужчины.

— Так это же спальня моих родителей, — возмутилась Миллисандра.

— Вот очистим ее от паразитов, вернее, от одного паразита, и пользуйся на здоровье, — поспешила успокоить я принцессу.

— Вообще-то ты, Элли, тоже подпадаешь под определение юной девушки, — ласково заверил Арнелль. — Оставайся здесь. Охраняй Миллисандру. Мы вас позовем.

И пропущу все веселье из-за дурацкого этикета?! Еще чего! И потом, не может же лорд Тигорт спать, когда весь Турин гудит о возвращении Миллисандры?

— Вряд ли лорд Тигорт проникнется угрозами пришлых принцев. Это Миллисандра во дворце полноправная хозяйка. Ей и паразитов выметать.

Арнелль угрюмо засопел, однако ему пришлось признать мою правоту.

— И каков будет план действий? — деловито спросил Габриэль.

— Заходим, выбиваем признание в заговоре против короны, после чего предлагаем тихо-мирно удалиться на покой. Разумеется, на наших условиях, — озвучил заранее оговоренные детали Арнелль.

— Я хочу, чтобы лорд Тигорт вернул все, что украл, — неожиданно потребовала Миллисандра.

— Милли, мы об этом не договаривались, — напомнила я.

— Для начала хватит и того, что глава регентского совета будет изгнан, это позволит нам договориться с остальными, — попытался объяснить Арнелль.

— Если дадим лорду Тигорту время, он так запутает следы, что я никогда не смогу вернуть утерянное. Я никому не позволю себя обманывать!

Я понимала желание Миллисандры не только избавиться от заклятого врага, но и как следует его проучить, но если мы начнем с наскока выяснять ущерб, нанесенный королевской казне, то увязнем в переговорах.

— Если хотим проучить лорда Тигорта, то действовать надо быстро и решительно.

— Предлагаешь применить силу? — нахмурился Арнелль, прикидывая последствия. Как эльф он не одобрял напрасного насилия и старался всеми способами его избежать.

— Всего лишь хочу продемонстрировать, чему я научилась.

Сила ведьмы — в хитрости, а женское коварство прекрасно дополняет магический дар и меткие советы. Общими усилиями Миллисандра и Габриэль были загримированы под покойных короля и королеву Турина. Ведьмовская натура жаждала реализма, но Миллисандра наотрез отказалась примерять на себя образ утопленницы, поэтому мне пришлось создать из нее симпатичную баньши.

Вопреки ожиданиям лорд Тигорт обнаружился в постели. При виде нас он вжался в пышные подушки и натянул одеяло по самый подбородок.