Давай забудем, кто мы… (СИ) - Арефьева Наталия - Страница 29

— В каждой ведьме живет стихия и при проявлении она вырывается наружу. У всех так, — и тут я поняла одну вещь и, повернувшись к Вите, протянула, — так вот почему ты почувствовала, что со мной что-то случилось?

— Почему? — недоуменно спросила Вита.

— Ты огневичка, а огневики… они, — замялась я, подбирая слова, — часто в своем огне видят больше, чем остальные.

— Ты хочешь сказать, что я провидица?

— Не провидица, скорее… интуит. Ведь ты почувствовала неладное, когда это уже произошло.

— Но ведь у тебя тоже есть огонь, значит ты тоже интуит? Но ты никогда не говорила.

— Нет, я универсал, а такая сильная интуиция доступна только тем, кто обладает одним лишь огнем, — покачала я головой. На минуту в библиотеке воцарилось молчание, а потом Вита уронила лицо в ладони и воскликнула:

— Как мне теперь с этим жить?! Нет, я понимала, что она, скорее всего, не хотела меня обидеть. У нее шок и она мало что понимает сейчас, но ее слова все равно неприятно кольнули. От этого чувства мое лицо мгновенно закаменело, и я холодно ответила:

— Но я же ведь как-то живу. Вита подняла голову и посмотрела на меня:

— Ох, Лая, я совсем не то имела в виду, прости меня, я не хотела тебя обидеть! Она взяла меня за руки и снова чуть не заплакала. Я вздохнула:

— Успокойся, я понимаю, у тебя стресс. Тебе нужно поспать, а завтра мы с тобой поедем к Верховной ведьме.

— В Эверетт? — подался вперед Алекс.

— Нет, — успокоила я, — одна из них живет здесь, в Бристол-хилле, к ней и поедем. Случай не исключительный, думаю, ее и одной хватит, чтобы все решить, а остальным она сообщит. Вита вдруг встрепенулась:

— Подожди, подожди, — выставила она вперед руки, — я только сейчас поняла. Ведь если Сила передается по наследству, это значит, что моя мама тоже ведьма?

— Не обязательно, — покачала я головой, — иногда, очень редко, правда, Сила передается от матери к дочери, но проявляться может не в каждом поколении. Может смениться до десятка поколений, прежде чем Сила проявится. В таком случае женщина передавшая дар своему ребенку, больше этим даром не обладает. Другими словами, если в твоей маме и жила нераскрытая Сила, то передав ее тебе, твоя мама осталась человеком, кем всегда себя и считала. А вот когда у тебя родятся дети, ты ведьмой быть не престанешь. Но это совсем не значит, что было именно так, возможно ты наделенная, как и я. Это определит Верховная. Завтра мы все узнаем. Я снова обняла Виту, успокаивая. Алекс и Кайл нам не мешали. У Алекса еще будет время обо всем с ней поговорить, если он и правда твердо решил ничего не менять. А Кайлу, по большому счету, все равно. Хотя удивился он произошедшему не меньше нашего. Я понимала, что ей сейчас страшно. Моя собственная Сила впервые дала о себе знать в пять лет. Тогда внезапно поднялись в воздух и закружились все предметы вокруг меня. Я так сильно испугалась, что Сила затаилась на целых три года. И вновь проявила себя, когда мне только-только исполнилось восемь. Вдруг проявились все четыре стихии, и я чуть не устроила в доме пожар и наводнение одновременно, землетрясение испортило пол в гостиной, а порывы ветра при закрытых окнах завершили картину беспорядка. И если в первый раз родители еще готовы были списать все на какую-то случайность, может магнитные бури случились или какая-то ведьма проходила мимо, то после локального стихийного бедствия, устроенного мной, все сомнения отпали. И мне, конечно, тоже было страшно. Но мне тогда было всего восемь, и страх быстро прошел, сменившись восторгом. Ведь тогда я еще не понимала, что меня ждет в реальной взрослой жизни. А Вита уже знает и она привыкла быть человеком. В таком возрасте Силу сложнее подчинить. Надеюсь, ей дадут хорошего наставника. Я все-таки смогла отправить Виту домой, только посоветовала не будить родителей, а рассказать им все завтра. Сейчас лучше выспаться. Кайл вызвался развести ребят по домам, но задержался, попросив подождать его у машины. Подошел ко мне и целую минуту молча смотрел в глаза. Я не выдержала:

— Что ты хочешь увидеть у меня в глазах?

— Мне кажется, нам нужно поговорить, — проигнорировал он мой вопрос.

— Снова?

— Ты так не думаешь?

— Я не знаю, что думать, — призналась я, — и не понимаю, как мне себя вести.

— Я приду завтра, — больше попросил, чем просто сказал. Я не нашла в себе сил отказать, только махнула рукой:

— Только вечером, днем я буду занята с Витой.

— Хорошо, — улыбнулся он. Я окликнула его уже в дверях:

— Только не думай, что завтра все снова станет, как прежде. Он внимательно посмотрел на меня и улыбнулся уголками губ:

— Я просто хочу поговорить. Я вздохнула и, не думая больше ни о чем, отправилась спать.

На следующий день я проснулась ближе к обеду. Это было ожидаемо, учитывая, что спать легла в пятом часу утра. Вчерашняя ночь была насыщеннее, чем мой последний месяц. Сначала похищение, потом пробуждение Силы у Виты. И не поймешь, что из этого более значимо. А еще Кайл хочет сегодня поговорить, а я даже не знаю, что ему сказать. Потому что не знаю, что чувствую. Нет, я по-прежнему люблю и мне без него плохо, правда, плохо. И вчера я слишком много услышала в своем имени, произнесенном им. Так сыграть невозможно, да и не зачем, если подумать. Но вот, память, будь она неладна, как бы невзначай, подкидывает картину измены. И снова становится горько и больно. И когда закончится эта внутренняя борьба, неизвестно. И чем, хотелось бы знать. Что-то должно произойти, чтобы я уже, наконец, сошла с мертвой точки, сделала шаг. К Кайлу или от него. Решив пока не ломать себе голову и не травить душу, встала с постели и пошла приводить себя в порядок. Сегодня мне есть чем заняться. Надо съездить с Витой к Катарине Торнвуд и решить вопрос с ее новоприобретенной Силой. Хорошо, что перед сном, я догадалась оставить сообщение Карине, своей флористке, чтобы сегодня она вышла на работу, поскольку последние несколько дней я работала за нее. Я обещала предупредить заранее, когда у нее закончатся выходные, но получилось, как получилось. А терять дневную выручку не хотелось. Поэтому утром ее ожидал сюрприз. Я, правда, сказала, что сегодня она может не торопиться, но, кажется, выходные закончились. Выпишу ей премию в конце месяца, это должно сгладить ситуацию. Приведя себя в порядок, первым делом позвонила Витарине. Я переживала, как ее родители воспримут новость. Не хотелось бы, чтобы реакция была отрицательная. Но голос у подруги был бодрый и веселый, так что я успокоилась. По телефону я не стала ничего спрашивать, и мы договорились встретиться через час. Вита жила рядом с колледжем, где мы учились, а это не так далеко от меня, поэтому мне вполне хватило времени одеться и позавтракать, вернее будет сказать пообедать, и добраться до нее. Я как раз подходила к ее дому, когда она выскочила мне навстречу.

— Привет, — радостно улыбнулась мне, — увидела тебя в окно. Поехали скорее, мне не терпится уже определиться с ближайшим будущим.

— Алекс не поедет с нами?

— Нет, я сказала ему, что справлюсь сама, а потом все ему расскажу, он, конечно, долго упрямился, но я сказала: «Что может случиться с двумя ведьмами в доме третьей?» И этот аргумент сработал.

— Судя по всему, разговор с родителями прошел хорошо?

— Если честно, я не особо переживала за их реакцию. Они всегда отличались редким дружелюбием. У моей мамы в подружках две соседки-ведьмы и по выходным они вместе пекут пироги, а у папы секретарь-ведьма. Я даже ничего не говорила им, просто показала браслеты.

— И что?

— Ну, они, конечно спросили, как это случилось, почему так поздно и что теперь будет, но в целом ничего не изменилось. А! Папа еще высказал мысль, что может, теперь я займусь изготовлением амулетов или чего-то подобного на заказ и наконец-то слезу с его шеи. Я весело рассмеялась. Вита действительно никак не могла найти занятие по душе. После колледжа она работала в нескольких местах, так нигде и не задержавшись. Но семья не бедствовала, поэтому вскоре такое положение дел стало предметом для семейных шуток. А поскольку отец Виты в силу своей профессии и должности имел специфический юмор, то и шутки получались соответственными.