Осторожно, женское фэнтези - Шевченко Ирина - Страница 39

— О том, что у них намечен решающий бой! — Пришлось постараться, чтобы это прозвучало грозно, потому что злиться сейчас на Норвуда было все равно что злиться на ребенка, всеми правдами и неправдами заполучившего вожделенную игрушку: вроде и понимаешь, что он виноват, но жалко лишать малыша радости.

— Слышал что-то, — сознался «малыш». — Но нам это не помешает. Посмотрим поединок, а потом…

— Что потом? — распалялась я, подстегивая обиду напоминанием о том, что меня использовали как входной билет. — Как тут можно что-то узнать? У кого? И о ком?

— О бойце, который не появлялся в клубе с ноября. Герман показывал отличные результаты на полигоне, думаю, и тут был среди первых. Неважно, под каким именем он выступал, — его исчезновение не могло остаться незамеченным.

— Эй, что вы тут делаете? — послышалось из темноты.

Вместо того чтобы ответить приближающемуся к нам человеку, Рысь прижал меня к стене и залепил рот поцелуем.

— А, вы это…

Как только чужак убрался восвояси, я отпихнула от себя оборотня.

— Конспирация, — заявил он.

Вот же научила на свою голову!

— Р-рысь…

— Идем, — не дал мне начать воспитательную беседу оборотень. — Начинается!

Не знаю, что нервировало сильнее: то, что он отколол подобное, невзирая на заключенный между нами «пакт о ненападении», или то, что меня эта конспирация оставляла равнодушной чуть меньше, чем хотелось бы.

Я вырвалась вперед, локтями проложив себе дорогу в плотных рядах зрителей, и остановилась почти у канатов.

— Встречаем Гробовщика!

Зал взорвался овациями, приветствуя вышедшего на ринг бойца в костюме из серой, похожей на мешковину ткани: свободные штаны и куртка без застежек, плотно запахнутая и перетянутая на поясе толстой веревкой. Лицо Гробовщика было наполовину скрыто широким капюшоном и замазано землистого цвета краской. Казалось бы, не ахти какая маскировка, но человека под ней не узнать. В обыденной жизни парень мог выглядеть утонченным белокожим аристократом.

— Его сегодняшний соперник — Стальной Волк!

Уши повторно заложило от радостного рева.

— Интересный костюмчик, — перекрикивая толпу, прокомментировал подобравшийся ко мне Рысь.

На мой вкус, места, на которые костюмчика не хватило, были поинтереснее: короткая жилетка из серебристого меха, покрывавшая плечи бойца, не сходилась на безволосой мускулистой груди и оставляла открытым рельефный живот. Темные штаны, плотно облегавшие ноги и то место, из которого у обычных волков растет хвост, тоже смотрелись неплохо. А накидка из такого же, как на жилетке, меха, закрывавшая волосы и шею сзади, и металлическая маска волка, полностью скрывавшая лицо, — это уже на любителя. Думаю, драться в таком душно и неудобно.

Сполох ударил в гонг, и бой начался.

Понятия не имею, за кого болел Норвуд, а я — за Волка. Никогда не думала, что можно получать удовольствие, наблюдая, как двое парней мутузят друг друга. Но оказалось, можно, еще и какое! К концу первого раунда я подпрыгивала на месте и реагировала на происходящее на ринге эмоциональными выкриками. К середине второго выяснилось, что я умею свистеть. А в начале третьего все внезапно кончилось. Волк оттеснил соперника к канатам и сокрушительным хуком слева отправил в нокаут, из которого Гробовщика не вывел даже гонг.

— Победил Стальной Волк! — объявил Сполох.

Чемпион издал звериный рев, который тут же подхватила толпа.

— Да! Я Стальной Волк! — голос из-под металлической маски звучал раскатисто и громко. — Первый из бойцов «Огненного Черепа»! Я был здесь, когда вас еще не было! Я буду здесь, когда вас уже не будет!

Не знаю, что означали эти слова, но народу бахвальство победителя нравилось. И мне тоже. Особенно то, как он принимает демонстративно-угрожающие позы, поигрывая бицепсами.

— Налюбовалась? — спросил Рысь ехидно. — Теперь за дело, пока все не разошлись.

Расходиться никто не собирался. Когда Гробовщика привели в чувство и стащили с ринга, а Волк сошел сам, лихо перемахнув через канаты, у всех желающих появился шанс показать себя в деле.

— Зеленый Великан вызывает Могучего Льва! — выкрикнул Сполох.

Великан был в наличии. Действительно зеленый: и наряд, и измазанная краской физиономия. А Льва нужно было дождаться, если тот, конечно, примет вызов.

— Слышь, приятель, — Рысь по-свойски толкнул стоявшего рядом с нами парня в маске кривляющегося гоблина. — Не знаешь, этот сегодня не дерется… забыл, как его… высокий такой… С осени его не было, а сегодня, сказали, должен быть, но что-то я его не вижу…

— Чего? — обалдело протянул «гоблин».

— Ничего, друг, ничего, — оборотень успокаивающе похлопал его по плечу. — С другой стороны поищу.

Могучий Лев принял вызов, но посмотреть бой мне не удалось: Норвуд увел меня от ринга. Тащил сквозь толпу, высматривая кого-то, будто мог узнать тех, кто скрыт под масками и капюшонами. С некоторыми заговаривал, но безуспешно. «Того, вот этого» по невнятному описанию никто не опознавал.

— Так мы ничего не узнаем, Рысь.

— Не шипи, ядовитая моя. Прояви терпение.

Терпения мне было не занимать, но сейчас оно уходило на то, чтобы сдержаться и не отвесить наглому оборотню оплеуху.

— О, ты мне и нужен, — бросился он к невысокому парню в костюме какого-то насекомого: полосатое брюшко, короткий коричневый плащик, на голове — кожаный автомобильный шлем с прикрепленными к нему закрученными усиками и огромные очки. — Ты же этот, как его…

— Шмель, — вздохнул коротышка, должно быть, привыкший, что его прозвища никто не помнит. — Бешеный Шмель.

Я отвернулась, пряча улыбку. Заодно глянула на ринг: Великан побеждал.

— Точно, Шмель! — хлопнул себя по лбу Рысь. — Прости, голова дырявая, все забываю. Вот, парня одного ищу. Мы с тобой его бой в октябре смотрели. Точно с тобой, ты еще ставил на него… Высокий такой… Хоть убей, не вспомню, как звали. Он еще пропал куда-то на пару месяцев, а сегодня тот, на входе, сказал, что должен быть…

— Не ставил я ни на кого в октябре, — снова вздохнул Шмель. — На мели был. А если ты о Стилете, не видел я его. Если бы он появился, уже на ринге был бы.

На ринг тем временем поднялся Сокол и вызвал на бой Урагана. Понятия не имею, как они определят, какого из четырех он имел в виду.

— Поняла? — шепотом спросил Рысь, потащив меня дальше. — Стилет!

— А если нет?

— Складовик коллекционировал клинковое оружие. Ножи, кинжалы, пара рапир. Стилеты, думаю, у него тоже были.

Что ж, методы мистера Эррола, нужно отдать ему должное, работали.

— Слушай, приятель, — панибратски обратился он к новому невольному информатору, хлипкому на вид парнишке в наряде висельника: драное рубище, вместо маски — мешок с прорезями для глаз и свисающий с шеи обрывок веревки. — Я сюда давненько не заглядывал, а теперь понять не могу, Стилет что, на ринг уже не выходит?

— С осени его не видела, — парнишка оказался девушкой. — С того дня, как он сезонный турнир проиграл.

— Сезонный турнир? — влезла в разговор я. — Что это?

— Она новенькая, — пояснил Рысь, будто сам все понял.

— Я в курсе, — кивнула «висельница». — Видела вступительный бой, неплохо. А ты видела зимний сезонный турнир. Раз в три месяца проходят бои чемпионов — тех, кто одержал больше всех побед в промежуточных поединках. Стилет лидировал осенью. Но финальный бой проиграл. Видно, потому и ушел.

— Дикая Кошка вызывает Черную Мамбу! — послышалось с ринга.

В самом деле, хотелось надеяться, что послышалось. Но… индейская национальная изба…

— Дикая Кошка вызывает Черную Мамбу!

— Тебе не обязательно выходить, — вцепился мне в плечи Рысь.

— Знаю, — кивнула я, глядя поверх голов зрителей на расхаживающую по рингу девушку в черном костюме. Высокая. Стройная, даже худая. Наряд не броский, но эффектный: шелковая блуза с широким воротником и эльфийские брючки. Эльфийские — потому что такие узкие вряд ли удалось бы натянуть поверх местного белья. Лицо Кошки закрывала черная бархатная маска, виден был лишь подбородок и подведенный ярко-алой помадой рот. Гладкие темные волосы девушки были разделены на ровный пробор, свиты в два тугих жгута, закручены и подколоты на манер рожек или, в данном случае, кошачьих ушек.