Охота на мудрецов (СИ) - Мор Дэлия - Страница 61

– Я не могу приехать, прости. Машину с водителем не дают, общественного транспорта здесь нет, а пешком я даже за полдня не дойду.

Проклятье, хуже не придумаешь. Позвонила, он сорвался, ехал несколько часов из сектора в сектор, а я отказываюсь от встречи. Взбалмошная, безответственная звезда, а не мудрец!

– Мотылек, ты где? Я на машине, давай прямо туда приеду, раз иначе нельзя. Координаты сможешь отправить?

Создатель настроен меня увидеть, и раньше даже ремни, карцер и санитары не были помехой. Но сейчас иной случай. Сомневаюсь, что мне позволено даже просто передать координаты. Не говоря уже о том, чтобы пригласить постороннего в особняк генерала.

– Не могу, нельзя, – произношу дрожащим голосом и прикусываю губу, – прости, пожалуйста.

Снимаю гарнитуру, не в силах слушать голос мудреца. Он громко зовет по имени, но на расстоянии крик из динамика превращается в неясный шепот. Мотылёк. Мотылёк. Рядом молча стоит Флавий. Перед ним тоже стыдно. Дважды отвлекла от дел и всё зря. Но главное, даже не попыталась спасти Сновидца с Телепатом. Не думала, что настолько боюсь Наилия. Либрарий забирает гарнитуру и вешает на ухо.

– Создатель, выезжайте. Я передам координаты. Отбой.

Флавий говорит тихо, быстро, повернувшись затылком к камере, и тут же прячет переговорное устройство в карман. Я дергаюсь встать, но сама себя осаживаю. Спокойствие и безразличие, будто ничего не происходит.

– Лейтенант Прим…

Либрарий жестом обрывает и говорит, по-прежнему едва шевеля губами.

– Я передам координаты заброшенной фермы за территорией особняка. Они не секретные. От главного входа третья аллея направо до забора. Запасной выход. Дверь на замке, но с территории можно выйти через кнопку, а обратно я вас встречу у главного. Скорее, времени до вечера не так много.

Поднимаюсь с дивана, Флавий кивком показывает на дверь, но я замираю. Один раз подвела его под браслеты и допрос от Рэма с пристрастием. Больше не хочу.

– Я безумно благодарна, но мне горько, что вы подставляете себя. Почему, Флавий?

Либрарий не спешит с ответом. Находит слова и произносит их медленно, тяжело.

– У меня есть сестра, как вы знаете. Ей не повезло с возлюбленным. Запер в доме, запрещает звонить мне, ограничивает во всем. Насилие бывает не только физическим, дарисса. Я не могу смотреть на эту боль. Когда вот так ничего нельзя и мне не помочь, не пожалеть. Никому не дозволено обижать женщин. Даже генералам.

От слов Флавия что-то больно сжимается в груди. Он стоит передо мной с прямой спиной. Гладко выбрит и безупречно галантен. Когда я в детстве представляла себе офицеров, то видела их именно такими. И сейчас этот образ растаял, оставив живого цзы’дарийца в погонах лейтенанта, который снова пострадает из-за меня.

– Наилий обязательно узнает и будет зол, – обреченно говорю я.

– Его Превосходство так часто выписывал мне взыскания, что уже устал, исчерпал фантазию и теперь ему лень, – лучезарно улыбается Флавий, – не беспокойтесь, дарисса.

Не верю в его веселость, но улыбаюсь, когда на прощание целует руку. Выйти из особняка проще, чем войти. Доступ на главный вход у меня есть, а мимо комнаты охраны я прохожу не останавливаясь. Все равно отследят весь маршрут. Надеюсь, на ферме камер нет, хотя проверить не мешало бы.

Светило клонится к закату, но воздух все так же не по-весеннему сильно прогрет. У бордюров отсыпанных щебнем дорожек растут цветы, огненными всполохами вычерчивая мой путь. Взлетно-посадочная полоса. Лети, Мотылек. Когда на горизонте появляется забор, я уже бегу. Паук-время выходит на охоту, дергая за серебристые нити. Создатель может попасть в пробку или Наилий раньше закончит дела. Вероятности сплетаются, рождая тот самый единственный вариант реализации. Бью кулаком по широкой кнопке на замке, и лампочка загорается зеленым. Спасибо, лейтенант Прим! Ферма на вершине холма в конце извилистой тропинки. А у крыльца припаркован синий автомобиль. Бегу, сбивая дыхание. Создатель выходит навстречу. Впервые вижу его не в белой больничной форме, а в обычной одежде. Ему идет зеленая рубашка и светлые брюки. Короткий ежик волос венчает обычно лысую голову. Больше не пациент психбольницы, может себе позволить.

– Мотылек, – мудрец раскрывает объятия, и я висну у него на шее, – ты стала еще легче, чем была. Вот так когда-нибудь не поймаю и улетишь.

Шутит. Настроение прекрасное, а на лице такая редкая для него улыбка. Ставит меня на землю и тянет в сторону фермы.

– Пойдем. Я полюбил в последнее время прогулки на природе.

– Чем дальше от ушастых и глазастых стен, тем лучше, – согласно киваю я.

– Расскажешь, что случилось?

Грунтовая тропинка уходит вдаль к границе леса. Создатель подстраивает под меня шаг и внимательно слушает историю Телепата и Сновидца. От самого начала до приговора, заканчивая моими догадками и наблюдениями.

– Лихо, но вполне логично для правителя, – реагирует он на решение генерала, – когда между собой спорят риск и полезность, то на первое место выходит вопрос контроля. Если невозможно управлять опасным инструментом, то его уничтожают. Без вариантов.

Холодно, логично, разумно. В этом мудрецы похожи на правителей. У меня еще в апельсиновой роще не было достойных возражений, не появились и теперь. Только один небольшой вопрос.

– Создатель, а если я стану тройкой, то буду еще опаснее Сновидца с Телепатом. Наилий и меня решит убрать?

– Хороший вопрос, – кивает мудрец, – но ты его сейчас перефразируешь. Дело в том, что ты уже тройка.

Сбиваюсь с шага и цепляюсь за руку Создателя, чтобы не упасть.

– Не делай на меня круглые глаза, Мотылек, – смеется он. – Стал бы я врать генералам на Совете? Да, это действительно ты.

– Нет, это не я! – кричу на всю ферму, и эхо разносит мой голос по округе.

Как такое возможно? Нереализованная единичка, которой до двойки, как до соседнего материка пешком.

– Виноват, неправильно разглядел твою точку роста, – говорит Создатель, – думал, выше двойки не прыгнешь, а ты этот этап проскочила и не заметила. Неудобно, конечно, что единички и тройки так похожи. Первые еще не умеют, а вторым уже не интересно.

Слушаю и не верю. Целая легенда, такая база под неё подведена. И что?

– И как теперь? – спрашиваю, не заботясь, что невпопад. – Где Великая Идея? Где Конец Мира? Где все это?

– Теперь ты тройка. Что-нибудь чувствуешь? – хитро улыбается Создатель.

Чувствую себя дурой, но прилежно закрываю глаза и прислушиваюсь к ощущениям. Мир не изменился. Звуки реального мира вместе с иллюзорными привязками и фантомными запахами харизмы. Мудрецы тоже фонят, но не так сильно, как правители. Скорее вкрадчиво на мягких лапах пробираются в сознание и устраиваются там надолго. Создатель пахнет дымом. Пульсирует его желтая привязка дружбы ко мне. Шумит лес вдалеке, мелкие камешки впиваются в подошву туфель, а жара спадает к вечеру.

– Нет.

– Обидно, правда? – вздыхает мудрец. – Я много чего ждал, но вот ты стоишь передо мной, ресницами длинными хлопаешь и всё. Чудес не бывает. Мало вырасти до тройки, нужно реализоваться, а с этим серьезные проблемы. Потенциальный барьер по-прежнему непроницаем. Наши замочные скважины для подглядываний не в счет.

Расстроен, но не сильно. Продолжает улыбаться и тянет меня дальше по тропинке, замедляя шаг до прогулочного.

– Ты хотела знать, сочтет ли тебя опасной Наилий? Уже считает. Правители одержимы контролем, но к тебе у него еще и личный интерес. Да, времени прошло мало, но я уже понял, что просто так он тебя не отпустит. Будет привязывать к себе всем, чем может. Это ведь его особняк там вдалеке за забором, верно? Запер? Водить машину ты не умеешь, сама не сбежишь, да и куда? Семьи нет, друзей нет, никто не ждет. Выследят, вернут. Будешь сидеть у него под боком, детей нарожаешь. Лучший способ сделать женщину крайне зависимой.

Снова сбиваюсь с шага и хватаюсь за голову. Забыла за семь дней, как Создатель бьет в десятку пуля в пулю. Не церемонясь и не считаясь с чувствами собеседника. Будто приговор на суде зачитывает.