Дорогой плотин (СИ) - Ваон Андрей - Страница 10

— Пришли. Дальше чего делать?

Оба притихли в некотором волнении. Пионерский дух не до конца победил дух суеверий и верований. Они замерли у воды, медля делать решительный шаг.

— В воду надо будет лезть, как бы ты снова не заболел, — проявил как бы заботу Андрейка.

— Не заболею! Да и вода уже тёплая, — не очень уверенно возразил Ванька, щупая воду. — Надо разуваться, что ли…

Они, поёживались, полезли в прохладную воду. Подергивая засученные штаны, они пробирались по мелководью к шумящему потоку.

— Чего, в какую арку лезть? — перекрикивая воду, спросил Андрейка.

— Давай в среднюю, — Ванька не задумывался об арках до этого момента и сказал наугад.

Они пошлёпали по гулкой арке, вибрируя от внутреннего напряжения и холодной воды. Дошли до выхода. Ничего не произошло.

— Так, чего дальше?

— Ну, может, обратно теперь надо пройти?

Пошли обратно.

В конце концов, они перепробовали кучу возможных комбинаций. Залезали и вылезали через разные пролёты, ходили туда и обратно, меняли последовательность… Ничего не происходило, даже страх уже притупился.

Дрожа от холода, вылезли на солнце погреться.

— Чего-то ни шиша не выходит. Может, что-то не так всё же сделали, а? — Андрейка, несмотря на полный провал мероприятия, проявлял интерес. — Может, надо ночью там… или в полдень, наоборот?

— Не знаю я, — буркнул Ванька. Он был расстроен и разочарован.

— А покопайся в памяти. Чего-нибудь, может, ещё было, а?

— Да я ж тебе рассказал, чего было!

— Ну, не знаю, может, пруд там был, например, или дворец этот, — Андрейка кивнул в сторону Ленино.

Ванька задумался и вдруг покраснел. Он всегда краснел, когда волновался.

— Точно! Было!

— Чего было, чего? — Андрейка тоже заволновался, даже вскочил на ноги.

— Борисовская плотина была! Вот чего!

— Ух, ё-моё… — озадаченно протянул Андрейка. Борисово после того краеведческого похода они старились обходить стороной. Да и в разговоре упоминали только в связи с Танькой.

— Ну да — ё-моё, — кивнул Ванька. — Надо будет слазить. Только там посложнее будет пролезть. И местные ещё…

— Ну, с борисовскими проще сейчас — с Танькой поговорить просто надо.

Ванька с ужасом поглядел на друга.

— Чего ты так вылупился? Аа… — с пониманием улыбнулся Андрейка. — Да ладно тебе, придумаем чего-нибудь. Может, и так сможем незаметно.

— Ага, как же! В прошлый раз тоже незаметно хотели… А сейчас они всё время там на опорах ошиваются.

— Вообще, да. Получается, либо с ними там ходить — но это всё рассказать придётся.

— Нет! Никому ни слова!

— Да это понятно. Значит, выходит, нужно когда никого нету там. А это надо с Танькой поговорить, как ни крути. Она, конечно, зазнайка, но пацанское слово держит.

— А, ладно. Чего-нибудь придумаем, — Ванька начал одеваться. — Главное, не заболеть опять.

Андрейка засмеялся.

— Ты чего?

— Подумал, что надо заболеть тебе, чтобы видение ещё раз пересмотреть, подробности там всякие.

— Да ну тебя! — Ванька пошагал в горку.

— Понимаешь, Таньк, надо нам там полазить возле плотины вашей, — Андрейка выловил Таньку на перемене. Ванька истуканом застыл рядом.

— Не зря вас краеведами зовут, — хихикнула Танька. — А чего от меня надо?

— Так ты ж старшая среди пацанов вроде, — почти польстил Андрейка.

— Слушаются меня, ага.

— Ну, и вот, когда там народу нет? А то нам бы без толпы.

— Чего, испугались, что ли? — Танька презрительно сощурила глаза.

— Ничего мы не испугались! — вдруг подал голос Ванька. — Не хотим, чтобы мешали, — словно испугавшись, что влез, буркнул он тихо.

— Смотри-ка, даже сам Иван Мельник заговорил! Ну, тогда точно, не испугались, — Танька куражилась.

— Танька, мы к тебе серьёзно, а ты… — Андрейка в досаде махнул рукой.

— Ладно тебе, я ж так, по-дружески.

— Раз по-дружески, то скажи, когда нам лучше придти, чтобы с пацанвой не пересечься.

Танька задумалась, что-то там прикидывая.

— Вот, в субботу хотели все идти змея запускать на поле. Кольке Иванову змея дед сделал, все и собрались его запускать.

— И ты пойдёшь? — неожиданно ревниво спросил Ванька.

— Собиралась, а что?

— Да так, просто, — вновь смутился Ванька.

Андрейка глядел на обоих.

— Так. Тогда в субботу часа в три мы придём. А взрослые там часто шастают?

— Да ходят на выселки, конечно. Да им плевать на нас. Так, бабка какая-нибудь начнёт выговаривать, да никто не слушает. Приходите, не бойтеся, мальчики, — она хихикнула.

— Ой, ладно, а!

— Всё, всё, молчу. А мне можно придти, поглядеть, чего вы там будете копать?

Друзья переглянулись.

— Ну, ежели не растреплешь, приходи, — решил Ванька и от своей решимости в отношении Митрофановой сразу покраснел.

Танька странно на него поглядел, да пошла к подругам.

— Не, странный ты, когда она рядом, ей-богу. На кой она нам там? Сам же её всегда сторонился.

— Да чего-то вырвалось, не знаю, — озадаченно почесал затылок Ванька.

Небо набухло тучами, шуршал в свежей зелени порывами ветер. Навалилась совсем невесенняя духота.

Ванька с Андрейкой встали на поле по пути в Борисово и обеспокоенно глядели вверх.

— Па?рит… Гроза будет, — предсказал Ванька.

— Да уж. Накроет нас тама прям. Да оно и к лучшему — эти «друзья» не сунутся. Сейчас змея своего запустят, да дождярой всех по домам и разгонит.

— А Танька, как думаешь, придёт? Чего-то неохота, чтобы она там шныряла. Чего мы ей скажем?

— Ну, чего-нибудь придумаем, если припрётся. В игру, мол, играем или мало ли чего! Ладно, пойдём к пруду, что ли.

Тут вдалеке загрохотало.

— О! Подходит.

Вскоре они подошли к плотине. Старинные белокаменные контрфорсы подпирали со стороны Наташинского мостка. Здесь тоже был маленький мостик, пешеходный. Под ним по водоскату стекала речка. Основная часть слива была замурована в водостоке с трубой.

— По трубе я точно не полезу, — заявил, разглядывая «фронт» работ, Андрейка. — Под мостком только.

— Да это понятно, — Ванька глазел, как раз на сложный проход. «А вдруг как раз туда и надо…»

— Мальчики, привет! — раздался голос сверху.

— Нарисовалась, — недовольно буркнул Андрейка, сплюнув в досаде.

Танька, в штанах с заплатами на самом видном своём месте, в клетчатой рубахе, спустилась к ребятам. Улыбалась.

— Ну, чего у вас тут за расследование?

— Да так, плотины вот все в округе хотим осмотреть. Как они там, чего, — невнятное промямлил Ванька.

— Ага, плотины. Я с вами тогда.

— А как же змей?

— Да ну их! Собрались толпой, гогочут, ничего у них не выходит. Да и гроза вон, приближается, они все и домой засобирались, — в подтверждение Танькиних слов снова громыхнуло. Раскатисто и громко.

— Что-то долго она собирается, — Ванька поглядел на небо. А сюда они не придут?

— Не. Они там сахарные все, а сейчас того и гляди ливанёт.

— Ладно, слезай к нам. Вместе тогда пойдём, чего уж, — Ванька вдруг стал смелее — его заботила плотина, и всякие лирические волнения отошли на второй план. Андрейка удивлённо посмотрел на друга, но лишь пожал плечами. Хозяин — барин.

Они подошли к плещущемуся потоку. Пованивало тиной. Обычно под стоком, на краю небольшого прудика кучковались рыбаки. Сейчас никого не было — всех распугала наваливающаяся гроза. Дождь всё не начинался, хотя гремело уже со всех сторон. Сверкали в большом количестве и молнии.

— Эка шибает! — восхитился Андрейка.

Ванька же озабоченно смотрел на предстоящий путь — нужно было вскарабкаться по террасам слива, осклизлым и залитым тонким слоем воды. Он полез первым, за ним ловко двигалась Танька, и после неё, стараясь не упираться в её заплаты глазами, полз Андрейка.

Когда они залезли наверх и стали аккуратно пролезать под мостик к краю дамбы, грохнуло особенно сильно, они даже присели. Танька тихонько взвизгнула. И тут же ливануло. Вода будто выросла из земли и из пруда, стеной отгородив от ребят пространство. Слова потонули в шуме. Они забились под щербатый мост, выискав место посуше. Сразу дохнуло свежестью, а пото?м и холодом.