Владыка башни - Райан Энтони - Страница 100

— Ну-у, пошло-поехало! — прервал говоруна Норта. — Языком трепать он мастер, но человек полезный.

Последним и самым впечатляющим из четвёрки был крупный седобородый мужчина, похожий на медведя.

— Я — Маркен, милорд, — представился тот. Говорил он с нильсаэльским акцентом.

— Он вполне способен помочь, — сказал Норта, — если тебе нужны сведения.

Тела отнесли в палатку на окраине лагеря. Немногочисленные ценности, которые нашли у них, раздали солдатам, кому выпал скорбный жребий: похоронить мертвецов по кумбраэльскому обычаю. Маркен осмотрел один из трупов: коренастый мужчина, какими часто бывают лучники — на лице, разорванном когтями боевой кошки, застыла гримаса ужаса. Жуткое зрелище, похоже, не произвело на Маркена особого впечатления. Он спокойно опустился на колени, положил руку на лоб покойника, прикрыл глаза, потом отрицательно покачал головой.

— Сплошная каша. Он сошёл с ума задолго до того, как до него добралась Снежинка.

И пошёл дальше, по очереди касаясь каждого тела рукой и на мгновенье замирая. Наконец задержался около четвёртого, судя по морщинам — самого старшего из всего отряда.

— А вот этот подойдёт, — проговорил он. — Все затянуто красным, но он был в здравом уме... на свой манер, конечно. — Маркен поднял глаза на Ваэлина. — Может быть, милорд желает узнать что-то конкретное? Тогда мне было бы легче.

— Я хочу знать о священнике. И ещё — о лорде.

Маркен кивнул, приложил обе ладони к голове мертвеца и закрыл глаза. Некоторое время он оставался неподвижен, лишь неглубоко дышал, его бородатое лицо сохраняло безмятежность. Ваэлин задался вопросом, пребывает ли Маркен всё ещё в своём теле или, как Дарена, он уже где-то далеко, пусть даже при этом погружается в разум мёртвого человека, а не парит над землёй. Наконец Маркен со стоном открыл глаза, отодвинулся от трупа и осуждающе посмотрел на Ваэлина.

— Милорд мог бы и предупредить, какого сорта вещи я буду разыскивать.

— Прошу прощения, — ответил Ваэлин. — Это значит, вы их нашли?

— Волосы малость погуще на висках, — говорил Маркен Алорнис, пока та делала набросок. — А рот не так широк.

Алорнис добавила пару быстрых штрихов своим угольком, послюнила палец и растушевала несколько линий.

— Похоже?

— Да. — В густой бороде белозубо блеснула улыбка. — Госпожа очень талантлива.

— Это он? — спросил Ваэлин, когда сестра передала ему рисунок.

На нём был изображён широколицый, лысоватый, бородатый мужчина с узкими глазами. Ваэлину стало интересно, не подпал ли Алорнис под влияние мастера Бенрила, добавив в качестве художественной вольности жестокий изгиб губ.

— Настолько, насколько тот человек смог его запомнить, милорд, — ответил Маркен. — Это нынешняя маска той твари.

— Вы её почувствовали, когда увидели маску в памяти мертвеца?

— Я увидел её саму за маской. Мы видим больше, чем нам кажется, и оно навсегда остаётся тут. — Маркен постучал коротким пальцем по голове. — Особенно если видим нечто, что не в состоянии понять.

— А имя маски вы не узнали?

— Мой дар — видеть то, что попадалось человеку на глаза, милорд. — Бородатая физиономия скривилась в извиняющейся гримасе. — А то, что он слышит, — вне моего разумения.

Ваэлин добавил рисунок к другому, уже законченному. На нём был изображён молодой мужчина — довольно красивый, несмотря на то что сестра постаралась выразить всё своё отвращение к нему, нарисовав нос и подбородок чуть более резкими штрихами.

— Это священник?

— Наверняка не скажу, но именно перед ним должны были отвечать тот мертвец и его товарищи. Если не считать вида нападающей Снежинки, разговор с этим типом был самым ярким воспоминанием. Они находились где-то в доках, вроде собирались взойти на борт.

Ваэлин долго всматривался в оба портрета в надежде на то, что услышит песнь крови, но безуспешно.

— Я отведу мастера Маркена туда, где можно поесть, хорошо? — спросила Алорнис, прервав его размышления.

— Да-да, конечно. Спасибо вам, мастер. — Ваэлин улыбнулся бородачу.

— Мы пришли, чтобы помочь вам, милорд. — Маркен с кряхтеньем поднялся на ноги, потирая спину. — Эх, и чего бы этой войне не начаться на несколько лет раньше?

Он нашёл Норту на стрельбище, устроенном на берегу реки. Брат прихватил с собой собственный эорхильский лук, похожий на те, которыми они пользовались в ордене. Судя по всему, его мастерство с тех пор ещё возросло: стрелы замечательно быстро и точно втыкались в мишень. Другие лучники стояли поодаль, любуясь спектаклем.

— У тебя, смотрю, появились поклонники, — заметил Ваэлин.

— Ага, есть немножко. — Норта покосился на зрителей и послал последнюю стрелу в самое яблочко. — Маловато лучников в твоей небольшой армии.

— И те в основном охотники, да ещё несколько ветеранов королевской гвардии. Ты не хотел бы стать их капитаном? Можешь подобрать ещё кого-нибудь из рекрутов.

— Как прикажет милорд.

— Я не приказываю тебе, брат. На самом деле я предпочёл бы, чтобы ты отправился домой.

Норта помрачнел, поставил лук на землю и оперся на него.

— Видения-то были не только у Лорен, брат. Дочке просто приснилось, что ты сражаешься с лучниками, и это её скорее развеселило. А вот Селле... Селле привиделось, что все мы мертвы. Я, Лорен, Артис, новорождённые близнецы. Что всех нас схватили и замучили до смерти на её глазах, а весь мыс Нерин был в огне. Если бы ты слышал её крики, ты бы понял, почему она меня послала сюда и почему я пошёл, хотя никакого удовольствия от того, чем мы тут будем заниматься, не испытываю.

— А ты сможешь... — Ваэлин замялся. — Как думаешь, ты ещё способен убивать?

Норта приподнял бровь, и бородатый учитель исчез, а на его месте возник въедливый юнец с острым языком.

— А ты сам? У меня есть новенький меч, блестящий, как серебро. Твой же лежит, завёрнутый в дерюгу и скрытый от мира.

«Наверное, я боюсь: если разверну свёрток, потеряю гораздо больше, чем может разрушить вторгшаяся армия». Так и не сказав этого вслух, Ваэлин попытался сменить тему:

— Я хочу спросить о твоих товарищах. Я знаком с даром Плетельщика и видел, на что способен Маркен. А как насчёт двух остальных?

— Кара умеет вызывать дождь, хотя советую тебе хорошенько подумать, прежде чем просить её об этом. Сила... впечатляющая, но последствия непредсказуемы.

— А парень?

— Лоркана нельзя увидеть.

— Лично я его вполне вижу, — нахмурился Ваэлин.

— Это нелегко объяснить, — улыбнулся Норта. — Однако не сомневаюсь — прежде чем все закончится, у него будет множество оказий продемонстрировать тебе свой дар.

— И я не сомневаюсь. — Ваэлин крепко пожал тёплую и сильную руку брата. — Я рад, что ты со мной. Подбери себе команду, и как можно быстрее. Завтра мы отправляемся в поход.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вода... Течёт... Медленное, размеренное эхо падающих капель. «Я в пещере?..»

Позже она всегда вспоминала об этом, как о первой связной

мысли королевы Объединённого Королевства Лирны Аль-Ниэрен. Второй мыслью было осознание того, что она теперь королева. А третьим — молчаливый вопль отчаянья и боли, который продолжал жечь её разум, заставляя биться и кричать... «Пламя, текущее из ладоней воларки, Мальций, Орделла, маленькие Янус и Дирна, вонь моих собственных тлеющих волос и кожи...» Она попыталась закричать, но крик захлебнулся. Что-то мешало: что-то плотное и неподатливое заполняло ей рот. Лирна хотела было вытащить зажатый между зубами кляп, но обнаружила, что руки её не слушаются — их тоже что-то держало. Тогда до неё дошло, что надо открыть глаза.

Темноту пронизывал слабый луч, в котором двигались неясные тени. «Какие-то катакомбы, и в самом деле — почти пещера. Почему только всё раскачивается? И этот звон цепей, свисающих с потолка...»