В мире будущего - Шелонский Николай Николаевич - Страница 61

Тщательно исследовав верхние этажи, члены экспедиции снова прошли через комнату нижнего яруса и спустились во внутренность гранитного основания башни. Оставалась еще надежда, что здесь может найтись живое существо, способное разъяснить загадку, или что, по крайней мере, здесь будут найдены какие-либо самодействующе аппараты, служившие для нагревания внутренности помещения.

Иначе чем же можно было объяснить разницу температуры?

Но внутренность громадного гранитного постамента, разделенная на четыре части каменными столбами, поддерживавшими самую башню, была совершенно темна и пуста. Самый тщательный осмотр не открыл здесь присутствия какой-либо надписи и знака.

Таким образом, пришлось допустить одно предположение: что вся постройка была возведена из адиабатного, то есть абсолютно не проводящего теплоту вещества. Таким образом, температура внутри башни не могла бы понизиться до тех пор, пока не разрушилась бы самая башня. Пока, до производства опытов, это предположение принято было как правдоподобная догадка.

Тем не менее присутствие обсерватории, вполне пригодной для занятий, было как нельзя более кстати.

Тотчас было точно определено и место нахождения обсерватории: она находилась, как показали самые точные вычисления, под 87° 1' 22'' северной широты и 60° 19' 14'' восточной долготы от Ферро. Под этой же широтой начинался материк Северного полюса.

Через полчаса «Марс» снова поднялся на высоту пятидесяти метров и понесся над твердой землей, оставляя позади себя открытое море.

Далее к северу равнина постепенно повышалась, кончаясь цепью небольших холмов, за которыми, еще далее, высились вершины гор.

На запад показалось очертание русла другой реки, тянувшейся к морю.

Неужели и это была река-глетчер? Но разве можно было предположить на материке Северного полюса существование рек?

Спор по этому предмету загорелся на палубе «Марса». Яблонский один стоял за то, что обе виденные ими реки были не глетчеры, а просто замерзшие реки.

- Но тогда вы должны допустить, - горячился ученый секретарь Бюссе, - что на материке Северного полюса возможна органическая жизнь! Что здесь умеренный климат!

- Такое мнение, однако, существует.

- А на чем оно основано? На том, что до сих пор не могли найти гнезда глупой птицы - турухтана, а потому и предположили, что она выводит детей на материке Северного полюса.

Почтенный секретарь, хотя был и не прав, назвав незаслуженно турухтана глупой птицей, но несомненно мысль об умеренности климата Северного полюса обязана своим происхождением, в числе прочих причин, и наблюдениям за турухтаном: эти наблюдения показали, во-первых, что турухтан двигается периодически к северу, как только в тех поясах, где он находится, наступает лето; затем, что детей он выводит несомненно на отдаленнейшем севере, так как ни гнезда, ни детенышей его никогда не было найдено. Если же допустить, что эта птица вьет гнезда на материке Северного полюса, то очевидно, что там возможна органическая жизнь, а следовательно, и климат там более умеренный, чем в более низких широтах под 81-82° северной широты.

Тем не менее все предположения об умеренности климата Северного полюса были до сих пор так гадательны, что Яблонский не нашел возражения разгорячившемуся ученому.

Но в это время сам ученый секретарь пришел в неожиданное смущение и тревогу.

- Господа, - воскликнул он, - вглядитесь. Что вы видите там, по течению реки? Я вижу нечто, поражающее меня до такой степени, что я не верю глазам…

А между тем «нечто», так поразившее почтенного мистера Бюссе, было просто великолепным лесом, начинавшемся по обе стороны реки и сплошным синеющим ковром раскинувшемся до самых вырисовывавшихся на горизонте гор.

Через несколько минут воздушный корабль уже несся над самой лесной равниной.

Одетые зеленым покровом игл лесные великаны, достигавшие иногда тридцати сажен высоты, казалось, сейчас захватят своими вершинами воздушный корабль. Здесь были великолепные пихты, сосны, но главную массу составляли гигантские секвойи (sequо sеmреrvireus), достигавшие семидесяти метров высоты.

На палубе корабля ежеминутно раздавались восклицания, приветствовавшие появление того или другого нового вида гигантских хвойных.

В этом лесу находились почти все представители северной флоры, известные по ископаемым остаткам. Изучение ископаемых давно уже показало, что некогда флора крайнего севера отличалась разнообразием и богатством. Ископаемая флора полярных стран состояла из 162 видов. Растений из отдела тайнобрачных было 18 видов, из которых девять прекрасных больших папоротников, вероятно покрывавших почву лесов. Из отдела явнобрачных найдено тридцать один хвойных, одиннадцать односемяннодольных, 99 двусемяннодольных. Из хвойных деревьев росли: можжевельник, тис, сосна, ель, пихта, салисбурии и секвойи, большею частью похожие на нынешние американские виды семейства хвойных.

После длинного ряда исследований над ископаемою флорой арктического пояса пришли к убеждению, что когда-то в этом краю богатство растительного царства было огромно, и это богатство, без перерыва - хотя и с изменениями и уклонениями - продолжалось с каменноугольной эпохи до половины третичного периода. Шведским ученым и путешественником Норденшильдом найдены на острове Диско, у западного берега Гренландии, камни с отпечатками растений; такие же камни найдены на Шпицбергене. Те и другие дозволяют делать заключения о характере арктической третичной флоры приблизительно до 78° северной широты Дальнейшие открытия в области этой флоры распространили знакомство с ней до высших градусов северной широты. В собрании английского геологического общества в 1878 году было прочтено сообщение профессора Гера, которое он составил на основании исследования растительных окаменелостей, собранных капитаном Фейльденом во время английской полярной экспедиции. Эти растения третичного периода были собраны естествоиспытателями, участвовавшими в экспедиции «Алерт и Дисколери». Найдены были растения эти на Гринеллевой земле, севернее Смитова пролива, и местностях около 82° северной широты. Пункт, с которого добыты были растения - в то время был ближайший из достигнутых к Северному полюсу. Жизнь этих растительных остатков относится к тому периоду, когда охлаждение земной коры, правда, уже было чувствительным, но еще не доходило до такой степени, чтобы исключало всякую древесную растительность из центральных областей полярного пояса.

Теперь оказалось, что именно в центральных областях полярного пояса и сохранилась жизнь.

Отчего это произошло? По каким причинам? Действительно ли климат северного материка относится к умеренному поясу?

Таковы были новые вопросы, которые приходилось разрешать экспедиции.

Между тем «Марс», оставив за собой лесную равнину, уже несся к сливавшимся с горизонтом горам. Высокий столб дыма, освещенный красноватыми лучами солнца, показывал присутствие действующего вулкана.

- Господа! - произнес капитан Галль. - Через десять минут мы будем на Северном полюсе!..

Глава IX

Русский флаг водружен на Северном полюсе. - Новая находка. - Древний памятник и работы по его открытию. - Оригинальное применение электричества. - Надпись на памятнике. - Кто прав?

«Марс» теперь вынужден был уже подняться до высоты четырех тысяч метров, так как перед ним высились, точно набросанные рукою неведомого исполина, седые громады гор, раскинувшиеся несколькими цепями на сотни верст к востоку и западу.

В морозном воздухе, слева и справа, вырисовывались новые столбы дыма и пепла, показывающие присутствие нескольких вулканов, разбросанных в горной цепи.

По вот капитан Галль, стоявший у рулевого колеса, повернулся к Марковичу и произнес:

- Мы находимся над Северным полюсом. Спускаться?