В мире будущего - Шелонский Николай Николаевич - Страница 60

Подобное же явление случилось и с «Марсом». Но для него ничего не значило то незначительное пространство, на которое его отнесло к югу.

Ровно в час дня 5/17 апреля воздушный корабль поднялся на высоту ста метров и понесся к северу.

К пяти часам дня он летел уже над открытым морем.

Таким образом, догадка о том, что за сплошными льдами должно лежать открытое море, подтвердилась. Сердца путешественников тревожно забились, когда вдали вырезались очертания материка.

Через какой-нибудь час они вступят в шестую часть света! Будут там, где от сотворения мира не ступала нога человека!

Еще через час «Марс» находился уже над покрытым вечным льдом материком. Теперь он спустился до 60 метров. Ясно выделялась на горизонте цепь небольших гор, от которой тянулась к морю необъятная равнина.

Все пассажиры «Марса» с напряженным вниманием всматривались в расстилавшееся под ними пространство.

- Река! - произнес сэр Муррей, указывая на запад.

Действительно, там широкой лентой, совершенно прямой, скованная вечным холодом, медленно, незаметно двигалась ре-ка-глетчер. По вот недалеко от громадных камней, усеивавших ее берега, показалась одинокая гора причудливой, необычайной формы. Уединенный пик, возвышаясь метров на тридцать над поверхностью земли, был совершенным подобием искусственно возведенной башни.

Но что это?

На остроконечной вершине пика развевался флаг.

Крик изумления вырвался у путешественников. Капитан Галль прерывающимся от волнения голосом произнес команду, и воздушный корабль, описав дугу, плавно опустился у подножия башни.

Глава VIII

Обсерватория Северного полюса. - Необыкновенное стекло. - Адиабатное вещество. - Тщетные розыски. - Реки или глетчеры. - Возможна ли органическая жизнь на северном материке? - Неожиданное открытие

Лишь только спущены были сходни, как пустынный материк покрылся шумной, говорливой толпой, не сдерживавшей проявлений своего изумления.

Впрочем, изумление это было вполне понятно: разве можно было ожидать, что здесь, на отдаленнейшей точке севера, найдутся создания человеческих рук? Наконец, кто мог поручиться и за то, что сейчас, через несколько минут, они не встретятся лицом к лицу с самими загадочными обитателями Северного полюса?

Ученые с непередаваемым волнением остановились перед возвышавшимся зданием. Вблизи оно представляло из себя башню, около сорока метров высоты; площадь основания ее равнялась приблизительно тысяче квадратных метров. Ее изящную архитектуру нельзя было охарактеризовать принадлежностью к какому-либо из существующих стилей. На прямоугольном пьедестале, сложенном из громадных порфирных плит, возвышалась самая башня, имевшая форму восьмигранной призмы; вверху она увенчивалась небольшим куполом. Громадные массы снега и льда, образовавшиеся на постаменте, скрадывали издали искусственную форму и послужили причиной первоначальной ошибки.

Узкие, продолговатые окна расположены были по одному с каждой стороны и образовывали шесть ярусов.

Но странно, обойдя все здание кругом, путешественники не нашли не только входных дверей, но даже какого-либо признака, указывавшего на их существование, хотя каменный пьедестал башни на значительную высоту был обнажен от снега.

- Опять мы стоим перед какой-то загадкой! - воскликнул Яблонский.

- Почему это опять? Разве с нами было уже что-нибудь подобное? - заметил капитан Галль.

Павел Михайлович смутился: ни одному из членов экспедиции не было известно о событиях, послуживших началом всему предприятию.

- Да, - ответил он, - однажды, во время путешествия по Индии, мне пришлось стоять в недоумении перед входом в одну из пещер именно потому, что самого входа так же, как и здесь, не было. По-моему, нам не остается ничего другого, как пробить в гранитном пьедестале ступени и, взобравшись по ним до окна, через него проникнуть внутрь здания.

Необходимые инструменты тотчас были доставлены с «Марса». Тридцать рабочих приступили к делу.

Через два часа лихорадочной работы участники экспедиции уже стояли на площадке пьедестала у первого яруса окон. Продолговатые, узкие окна защищены были металлическими рамами с выпуклыми стеклами, через которые нельзя было рассмотреть внутренность башни.

Плотно вделанная металлическая рама не поддавалась усилиям.

- Разбейте стекло! - приказал Маркович одному из рабочих.

Тяжелый молот с размаху опустился на выпуклую поверхность

стекла и с такой силой отскочил назад, что едва не вылетел из Рук рабочего. Стекло издало металлический звон, но не дало ни малейшей трещины. Несомненно, что самое стекло было не что иное, как совершенно прозрачный и в высшей степени упругий металл, неизвестный никому из присутствовавших ученых.

Пришлось вынимать крепко заделанную в гранит раму, на что ушло еще полчаса спешной работы.

Наконец доступ во внутренность башни был открыт. В первом этаже была одна комната, совершенно цилиндрической формы; площадь ее была около ста квадратных метров, а высота около восьми.

В комнате не было ничего, кроме трех одинаковых деревянных стульев, очень похожих на обыкновенные венские изделия.

- Положительно, - воскликнул Леверрье, - я начинаю думать, что эта постройка принадлежит европейцам и что даже она в сущности весьма недавнего происхождения: иначе как бы сохранились в таком прекрасном виде эти деревянные стулья?

С этими словами он взялся за один из стульев, но мог поднять его лишь с весьма значительным усилием; дерево, из которого он был сделан, оказалось таким твердым, что лучшая сталь не могла сделать на нем малейшей царапины. Словом, это было окаменелое дерево.

- Это дерево, - заметил сэр Муррей, - окаменело, конечно, не само, но приготовлено искусственно. Тем не менее в таком виде оно могло пробыть без всяких изменений целые тысячелетия.

Узкая витая каменная лестница проходила в углу комнаты и вела в верхние и нижние помещения. Решено было осмотреть верхние ярусы.

Лишь только по узкой лестнице ученые поднялись во второй этаж, как сразу стало заметно резкое повышение температуры, особенно ощутительное при переходе с двадцатиградусного мороза.

Неужели здание отапливалось, то есть до сих пор было обитаемо? А между тем что же можно было предположить иначе? Несомненно, высокая температура, доходившая до 10° по Реомюру внутри здания, была повышена искусственно, хотя, вследствие того, что был открыт доступ наружному воздуху, она и падала быстро.

Следовательно, в этом здании надо было искать обитателей.

Но путешественники миновали уже четыре яруса, не находя никаких признаков, которые показывали бы на присутствие живых существ: каждый ярус состоял из комнаты, совершенно схожей с первой; лишь размеры комнаты с каждым ярусом уменьшались.

Но при входе в комнату шестого, верхнего этажа вошедшие остановились в немом изумлении: эта комната представляла из себя устроенную вполне сообразно с новейшими научными требованиями обсерваторию. Площадка, на которой находился великолепный рефрактор, подобным которому не обладала ни одна обсерватория в мире, с помощью чрезвычайно простого механизма приводилась вместе с куполом во вращательное движение. На столе, занимавшем середину комнаты, в порядке были размещены всевозможные инструменты и в том числе шесть великолепных хронометров, остановившихся на одной и той же минуте. Два телескопа были расположены у двух амбразур.

Но все вещи были покрыты тонким слоем пыли, что, очевидно, показывало, что до них давно не касалась человеческая рука.

Кроме того, во всем помещении не было ни малейшего клочка бумаги, никакой надписи, которая свидетельствовала бы о национальности владельцев обсерватории и о времени, когда они покинули свое жилище.

Все инструменты, найденные в обсерватории, будучи в общем совершенно схожи с общеупотребляемыми, отличались от них некоторыми частными усовершенствованиями и, главное, были сделаны из совершенно незнакомого ученым металла; точно так же нигде не было стекла: вместо него была та же прозрачная металлическая масса.