Рубежи свободы - Савин Владислав - Страница 51

Хотя вспоминаю историю, которую их писатель Клэнси в роман вставил, но что-то похожее и в жизни было. Как во Вьетнаме пиндосы решили своих сбитых летчиков из плена освободить, выделили свой самый крутой спецназ, и вертолеты огневой поддержки. Готовились тщательно — лагерь со спутников отсняли, у себя на территории построили копию, и на нем тренировались до автоматизма, ну как мы с "объектом 731". Все продумали, вплоть до того, что пленные не сумеют идти сами и их придется выносить. План разработали буквально по секундам — куда вертолеты стреляют, где сбрасывают десант. И с мотивацией постарались — их "политработники" личному составу говорили, как злыдни вьетнамцы их товарищей зверски замучивают, так что "кто если не мы — должны сделать это". Час Х, вертолеты уже в воздухе — и тут разведка докладывает, что вьетнамцы что-то заподозрили, усилили охрану, и план ко всем чертям. И сразу отбой и всем домой! Вот только, я уверен, в той ситуации (когда надо своих вытаскивать) наши бы — шли до конца!

Нет, американцы не трусы. И драться умеют, особенно припертые к стенке — как было у них например, оборона острова Уэйк в сорок первом, или в нашей истории, Бастонь в Арденнах. Но никогда за всю их историю они за свое выживание не воевали — а исключительно за свой интерес. Потому, если у нас приоритет, это выполнение поставленной боевой задачи, а собственное выживание, уже вопрос второй — то у них с точностью до наоборот. Все боевые приказы аналогичны нашему "выполнить по возможности" — но у нас такое очень редко бывает, а у них по умолчанию подразумевается. И нет традиции "погибаю но не сдаюсь", сдача в плен в безвыходном (на их взгляд) положении, у них совсем не табу, как у нас.

Через час я к себе в каюту заскочил (уже не помню, зачем), Маша на койке сидит и в стенку напротив смотрит, как в шоке. Говорю ей:

— Ну что, видела? Повезло, что врасплох взяли. А если бы они начали стрелять? Мы-то войной ученые уже — а тебя бы убить могло! Это тебе не какие-то хулиганы в парке, а настоящие враги! Неужели тебе сейчас страшно не было?

А она вдруг расплакалась, и мне на шею. Говорит, что ей страшнее было бы не знать, а вдруг меня бы убили? Затем начинает на мне все расстегивать, и сама торопится с себя платье сорвать. Нервное напряжение — если я на адреналине, то каково же ей?

Так и вышло у нас — в самый первый раз. В каюте-люкс парохода "Нахимов", на третьем году нашего знакомства.

Последнего бандюка поймали уже при сходе пассажиров на берег. С вещами, после проверки, и на прогулочные "водные трамвайчики", по три сотни человек каждый берет, прямо до Графской пристани доставим, а там вас в гостиницы и прочие санатории развезут, временно, ну как же можно нашим советским людям отпуск портить? Вот только тех, кто проверку пройдут — список по каютам, проверка документов, беседа с подходящими под словесное описание, не так много нашлось таких, одиноких мужчин, среди пассажиров. Выскакивает из очереди подручный пана Крыжа, и бежит — ну куда ж ты денешься, даже ночью, тут военный порт, и чужие не ходят. Не убежал далеко — собачек спустили, овчарки его догнали, повалили, и слегка погрызть успели, пока подбежали наши, и оприходовали товар.

Так вот и отдохнули на море. А я вместо благодарности получил, слова от Юрки, наедине:

— Геройствовать лично, это конечно, хорошо — но когда тебя Пономаренко спросит, чем конкретно ты занимался, ты ему что ответишь? Блин, ну если ты командир, отчего я должен за тебя твою работу делать — это ведь ты должен был еще заранее все тут обследовать, планы разработать на все мыслимые случаи, людей подробно проинструктировать, чтоб команду отдай, и каждый знает свой маневр, ну а когда началось, руку на пульсе всей ситуации держать? Думаешь, мне не хотелось расслабиться, с семьей, в кои веки на море? Или ты рядовым исполнителям настолько не доверяешь, что лично решил их подменять? Ты разницу понимаешь, между старлеем и полковником? Если тебе не нравится, можешь после меня хоть на дуэль вызвать, но только когда все завершим.

Это правда — большую часть "оргработы" на корабле именно Юрка обеспечил. Пока я занимался тем, что по его словам, вполне мог бы сделать и капитан Мазур. Из всех "штабных" забот на меня (официально, бывшего старшим) легла лишь организация доставки арестованных в Москву. Смоленцев от этого демонстративно отстранился, сказав мне издевательским тоном:

— Валя, ну сделай хоть это ты сам. Чтоб перед Пономаренко отчитаться. А я хоть день, семье покажу Севастополь.

Будто мне не хочется, по Приморскому бульвару, под ручку с Марией пройтись!

Из протокола допроса.

— Назовите себя.

— Джин Добрушефф, капитан Армии США, личный номер…

— Ваша воинская часть?

— Четвертый отдельный батальон войсковой разведки. Дислоцирован, Форт-Брэгг, штат Вирджиния.

— Как и с какой целью в проникли на территорию СССР?

— Я и трое моих спутников были включены в команду турецкого судна "Бахри Ахмед" пришедшего в Одессу 20 июня. Сойдя на берег как "турецкие моряки", мы должны были, оторвавшись от слежки, прийти по указанным адресам — насколько я понял, это явочные квартиры украинского Сопротивления. Где нам выдали ваши паспорта, и билеты на "Нахимов". Две двухместные каюты третьего класса.

— Чем вы были вооружены?

— Два пистолет-пулемета чешской системы, к которым подходили ваши стандартные пистолетные патроны 7.62. И пистолеты ТТ у каждого.

— Цель вашей операции?

— Похищение адмирала Лазарева. При невозможности — ликвидация.

— План операции?

— На переходе Феодосия-Новороссийск нас должно было встретить судно турецких контрабандистов. Когда оно покажется в видимости, мы начинаем. От людей Крыжа не требовалось взять под контроль весь пароход, а только устроить шум со стрельбой.

— И трупами. Вам ведь надо было, чтобы адмирала не хватились, а приняли версию "убит, тело выброшено за борт". И вы не могли не видеть, что когда дойдет до крови, бандеровцы станут неуправляемыми взбесившимися псами.

— Мы не должны были иметь никакого отношения к бессмысленному кровопролитию! Наша задачей были исключительно нейтрализация охраны объекта, упаковка его самого и перегрузка на подошедшее судно. Которое в пределах одного-двух часов должно встретиться с подводной лодкой. Которая примет на борт нас и объект.

— Эвакуация остальных исполнителей не предусматривалась?

— Нет. Кроме самого Крыжа. Так как было опасение, что его бандиты не так отреагируют, когда мы отплывем на фелюке. После же предполагалось, что фелюка будет расстреляна с подводной лодки, вместе со всеми лишними свидетелями. Впрочем, Крыж ни при каких обстоятельствах не должен был попасть к вам живым. Так как он был единственный, кто знал о нас.

— А Ира Стырта?

— Насколько я понимаю, она в состав банды не входила. Тем более что лейтенант Маклинн ее завербовал. Внушив ей, что ее обязанность, это ликвидация Крыжа при угрозе его попадания в плен. А дальше, ей было обещано, ничего не бояться, считая себя гражданкой Соединенных Штатов.

— Не опасаясь, что она расскажет о вашей роли?

— Она является крайне неуравновешенной психически особой. К тому же, употребляющей наркотики. И в отличие от Крыжа, не знающей ничего конкретно. Ее показания легко опровергнуть.

— Собирались ли вы реально приступить к выполнению своей миссии?

— Нет. Планирование велось исходя из того, что охрана объекта, не более десяти человек, к тому же несущих службу посменно. Для нас четверых, при нападении внезапно, был реально их всех нейтрализовать. Однако же было замечено, что охрана намного более многочисленна. Иногда мне казалось, что в нее входит добрая половина пассажиров этого парохода! А два эсминца рядом (была надежда, что к желаемому месту они сопровождать судно уже не будут) исключали эвакуацию.