Любовь вопреки (СИ) - Прибыльцова Елена - Страница 62

О будущем Софья старалась не думать. Сейчас главное – её ребёнок. В Краков они должны были выехать в конце сентября и уже потихоньку начинали собираться в дорогу. Ещё немного – и Софья надолго покинет эти места, неизвестно когда увидится с родителями, с Анной Николаевной. О Прохоре она заставляла себя не вспоминать. Разлука с ним и так без конца мучительно терзала её сердце. Ей необходимо научиться жить без него. Он сам сделал свой выбор. Свыкнувшись с мыслью о беременности, Софья почувствовала, что и на душе у неё стало спокойней. Но всё равно хотелось, чтобы минуты бежали как можно медленнее, и предстоящий отъезд наступил ещё не скоро.

*** *** ***

– Сонечка, ты плакала? – обеспокоенно спросила Ольга, войдя в её комнату.

– Немного. Просто воспоминания нахлынули, – ответила девушка, вытирая непрошеные слёзы.

– Послушай, Соня, если ты не хочешь уезжать отсюда, давай останемся здесь! Отец один поедет в Польшу, он не будет против, уверяю тебя! А мы с Авдотьей сумеем позаботиться о тебе и здесь!

– Нет, ни коем случае! Я не хочу разлучать вас с отцом! Да и мне лучше будет уехать туда, где никто меня не осудит...

– Тебе обязательно там понравится! В Кракове у нас большой дом с садом. В Польше мы можем прожить года два, пока твой сыночек не подрастёт и не окрепнет. Отец будет отлучаться по делам и снова возвращаться к нам. И всё обязательно будет хорошо, Сонечка!

– Дорогая моя Ольга, что бы я без вас делала?! Какое счастье, что вы встретились мне!

– Соня, ты собираешься рассказать Лоренцо о нашем отъезде? Мне кажется, он должен знать, – осторожно сказала Ольга.

– Нет. Не говори ему ничего, Оля, прошу тебя!

– Хорошо. Значит, ты не хочешь даже думать о возможном браке с ним? А ведь Лоренцо любит тебя. Я уверена, он принял бы ребёнка как своего. Я видела, как он смотрит на тебя...

– Прости, Оля. Я знаю, что он небезразличен тебе, – виновато опустила глаза Софья.

– Соня, если ты из-за меня, то напрасно!

– Нет, дело во мне. Я не люблю Лоренцо. Он замечательный человек и, возможно, он прав, что его любви хватит на нас двоих. Я понимаю, что многие браки строятся лишь на уважении друг к другу...

– Почти все, – вздохнула Ольга.

– Но я так не могу! – воскликнула Софья. – Пусть я глупая и сама отказываюсь от своего счастья. Но я как любила одного-единственного человека, так и продолжаю любить.

– Я тебя не понимаю, Соня. Он предал тебя. Как ты можешь испытывать что-то, кроме ненависти или презрения к нему?

– Сердцу не прикажешь, – пожала она плечами.

– Ну ладно, довольно разговоров! Идём в гостиную, пить чай со свежей выпечкой! Авдотья сегодня балует нас сладкими булочками! – Ольга приобняла подругу за плечи и увлекла за собой.

Девушки пили чай, когда в прихожей раздались громкие голоса.

– Да обождите вы, барин! Сейчас я доложу о вас хозяйке! Ну, куда же вы?

В следующую секунду в гостиной появился растерянный слуга, а за ним вошёл Прохор Волгин.

– Ольга Павловна, я пытался его задержать, но...

Девушка жестом показала слуге уйти. Софья вскочила из-за стола, нервно поправляя волосы.

– Соня, нам нужно поговорить, – тихо произнёс Прохор, делая шаг по направлению к ней.

Но она покачала головой и отступила назад.

– Не о чем нам с тобой говорить! – сказала она, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Позволь мне объяснить всё! Неужели ты не хочешь даже выслушать меня?!

– Нет! Не хочу! – голос Софьи предательски дрогнул. – Не хочу ни видеть тебя, ни слышать! Ты мне уже всё сказал! А если ты насчёт развода, то делай что пожелаешь! Я на всё согласна!

– Софьюшка, я не собираюсь с тобой разводиться, – мягко произнёс Прохор, подходя ещё ближе. – Я люблю тебя и только тебя! Поверь мне!

Девушка до боли прикусила губу. Его нежный бархатистый голос обволакивал её, а в родных лучистых глазах ей снова чудилась любовь. Но что он говорит? Неужели ему доставляет удовольствие смеяться над ней? Она почувствовала, как слёзы жгут ей глаза. Как он смеет являться сюда и говорить, что любит её после всего, что было? После того, что она видела собственными глазами? Ревность, злость и отчаяние захлестнули её.

– Видеть тебя не могу! – выкрикнула Софья, и развернувшись, кинулась прочь из комнаты.

– Прохор Андреевич, вы слышали, что вам сказали? – вмешалась до этого молчавшая Ольга. – Покиньте наш дом, пожалуйста!

На миг растерявшийся Волгин, едва взглянул на девушку и бросился вслед за Софьей. Он вихрем взлетел по лестнице, но дверь захлопнулась прямо перед его носом, и послышался скрежет ключа.

– Соня, открой! Умоляю тебя! – забарабанил он кулаками о дубовую дверь. – Выслушай меня! Я люблю тебя! Ты нужна мне! Софья!

В ответ ему была тишина. Волгин внезапно разозлился на девушку:

– Я искал тебя в монастыре, а ты, оказывается, преспокойно живёшь здесь! Моя матушка беспокоится за тебя, места себе не находит, винит себя, что не смогла удержать тебя! А главное, от кого я узнал, где ты находишься! От Моретти, который до последнего не хотел говорить мне о том, где моя жена! Софья, открой эту чёртову дверь, иначе клянусь тебе, я вынесу её сейчас же!

Прохор несколько раз с силой ударил ногой по двери, но она почти не поддавалась.

– Прохор, прекрати немедленно! – прикрикнула на него подбежавшая Ольга. – Софья не желает говорить с тобой! Уходи! Не забывай, что ты в чужом доме!

Парень обернулся к ней, тяжело дыша, и ещё раз с ненавистью взглянув на закрытую дверь, молча зашагал прочь. Ольга спустилась вниз и увидела, что Прохор ждёт её, присев на последнюю ступеньку лестницы. Он почти успокоился, только глаза всё ещё полыхали огнём.

– Не беспокойся, я сейчас уйду! – произнёс он охрипшим голосом.

– Зачем ты вообще приехал сюда? Что тебе надо от неё? Если что-то передать, скажи мне...

– Всё, что я хотел сказать своей жене, я скажу лично ей. Чёрт возьми, даже преступнику дают право на последнее слово! – Прохор прикрыл глаза рукой.

Ольга заглянула в его усталое бледное лицо, и ей вдруг стало жаль его.

– Приходи завтра, – сказала она. – Возможно, Софья и согласится выслушать тебя. Дай ей время. Я тебя не понимаю: сначала ты говоришь ей, что никогда не любил её и уходишь к другой женщине, а через какой-то месяц являешься сюда, как ни в чём не бывало, и снова твердишь о любви. Как можно верить тебе после этого? Знаешь ли ты, что такое настоящая любовь? Или, дай угадаю, Катерина бросила тебя, и ты решил вернуться в семью?! Нельзя, Прохор, так играть чужими чувствами! На месте Софьи я бы поступила точно так же!

– Вот только не надо мне морали читать! – Волгин гордо вскинул голову и поднялся со ступеньки. – Без тебя тошно! Я завтра с утра уезжаю в Рябининск. Не могу я здесь долго задерживаться. Скажи Софье, что я буду ждать её в доходном доме. Но до утра, не дольше.

– С ума сойти! – Ольга не верила своим ушам. – Ты ещё и условия ставишь? Волгин, да ты нахал и подлец!

– Благодарю за комплименты и ласковый приём! – усмехнулся Прохор. – Всего хорошего, Ольга Павловна!

Слегка поклонившись девушке, он неторопливо направился к выходу.

*** *** ***

– Господи, Соня, да он не стоит ни одной твоей слезинки! – успокаивала Ольга плачущую девушку.

– Зачем он так со мной? – всхлипывала Софья. – Я только успокоилась, настроилась уехать и начать новую жизнь! И одно его слово, один его взгляд, и я готова кинуться ему на шею!

– Неужели ты пойдёшь в доходный дом по первому его зову?

– Нет, не пойду. Осталась же во мне хоть капля гордости, – грустно ответила Софья. – И я боюсь, Оля, безумно боюсь снова поверить ему. Вдруг я вернусь, а через какое-то время он опомнится и опять решит быть с Катериной. Второй раз мне уже этого не пережить!

– Но, как я понимаю, поездка в Польшу откладывается? – спросила Ольга.

– Я не могу не выслушать его! Если ты и Павел Сергеевич не будете против, то я останусь пока здесь? Коли Прохор не изменит своих намерений, он снова приедет сюда. Я должна разобраться во всём. Господи, Оля, я уже сейчас, увидев его, была готова простить ему всё на свете! Я так сильно люблю его! И я не представляю, как я смогу жить в чужой стране, вдали от него...