Мемуары рядового инквизитора. Экзамен для недоучки (СИ) - Романова Галина Львовна - Страница 64

– Мы можем пересесть, – решил подыграть я. – Или вовсе уйти. Время позднее…

– А тебе надо быть вовремя в постельке?

– Намекаешь? – я метнул демонстративный взгляд на свою спутницу. – Должен огорчить – эту ночь я проведу там, где мое присутствие будет нужнее. А вот вы…

– А что мы? – начал было зачинщик. – Мы тоже там, где считаем нужным быть.

– А вы нам мешаете отдыхать.

– Может быть, – шепотом начала Рута, явно догадывающаяся о том, что сейчас будет, – нам…

– Уйти? – подсказал я. – Брось. Они нас так просто не отпустят. Этим ребятам хочется подраться, разве не видно? И парень в рясе кажется им вполне подходящей жертвой. Тем более, что парень – в рясе инквизитора, а эту братию по традиции не любят. Лишним поводом к этой нелюбви выступает наш общий знакомый из заднего ряда, который, однако, не лезет на глаза и правильно делает.

Я нашел взглядом Брашко и приветливо помахал ему ладошкой. Парень побагровел.

– Ты… – зачинщик выступил вперед, – ты знаешь, кто ты…

Вопрос был провокационным. Ни один ответ не устроил бы всех. Либо эти парни, либо моя совесть нашли бы, к чему придраться.

– Знаю, – кивнул я. – А вот знаете ли вы все, кто вы?

– Да!

– Сомневаюсь. На данный момент вы пока еще – никто и ничто, – переждал волну возмущенного гула голосов и продолжил, чуть повысив голос, – но если будете продолжать в том же духе, станете подозреваемыми и соучастниками преступления. И тогда разговаривать с вами буду уже не я и не здесь.

– Мы можем выйти, – предложил зачинщик.

Тоже предсказуемо. Прямой намек – мол, подождем снаружи, не ночевать же ты тут останешься! В мое время большинство мужчин воспринимали это как вызов, не принять который нельзя. Но в мое время студенты не задирали людей без оружия и не приставали к инквизиторам. Тут что-то иное. И причина не только в Брашко, который все это время скромно помалкивал и не делал попыток вмешаться. Неужели, дело во мне? Неужели меня опять хотят убить, довершить, так сказать, то, что началось в Хочеве? Тогда орудием убийства была влюбленная Томила, едва не наградившая меня заражением крови, а теперь – банальная студенческая драка. И концов не найти – кто в свалке поймет, чей именно нож вошел в живот?

Ох, как же мне это не нравится!

– Выйдем мы, – я строго кивнул Руте, мол, не упрямься. – Время позднее, девушке пора домой…

– Уверен? Может быть, она захочет остаться?

Банально. Предсказуемо. Даже скучно.

– Если она останется, тогда уйду я.

Девушка дернулась, словно хотела вмешаться.

– Сбежишь, как трус…

– Отправлюсь за ночной стражей, чтобы арестовать вас всех за попытку покушения на инквизитора, – огрызнулся в ответ. Ох, как же не хотелось прикрываться этой организацией! Я ведь не по доброй воле вступил в ее ряды и до сих пор мечтал вернуться к прежней жизни простого, ничем не примечательного некроманта. А тут получается, что без Инквизиции за спиной я сам ничего из себя не представляю. Маменькин сынок, да и только.

– Трус.

– Я просто не хочу вас убивать.

За это по головке не погладят уже меня. И – да, в этом случае со знаком инквизитора можно распрощаться, но лишь для того, чтобы предстать перед судом как убийце. Конечно, в деле будут найдены смягчающие обстоятельства – но лишь для того, чтобы заменить смертную казнь заключением в монастыре. Совсем без наказания не обойдется, даже если Инквизиции удастся меня отстоять. В любом случае я буду устранен с пути… Только кем и для чего?

– Мы тоже не хотим тебя убивать, – улыбнулся зачинщик. – Просто поучим уму-разуму.

– Ой, – я сделал вид, что пытаюсь изобразить испуг. – Все сразу или по очереди? А то, боюсь, столько ума за один раз моя бедная голова не вместит!

– Ничего, – улыбнулся кто-то из парней. – Мы осторожно… да чего тебе?

Это относилось к Брашко, который в это время осторожно подергал говорившего за локоть.

– Ребята, вы не на того нарвались, – шепнул студент. – Это – настоящий!

– Чего?

– Настоящий инквизитор, говорю! Я знаю, я там у них сидел.

– Правда? – еще у двоих вытянулись лица.

– Кривда, – улыбнулся я во весь рот. – Знак показать?

– Э-э…

Не дожидаясь, пока парни созреют до вразумительного ответа, потянул за шнурок. Обычно медальон ношу под одеждой – не люблю, когда он своим видом напоминает о моем нынешнем статусе, – но в этот раз подумалось, что, будь знак с самого начала на виду, к нам бы никто не прицепился. Они ведь наверняка решили, что я обычный послушник или даже молодой монах из одного из городских монастырей. Дескать, посвящен богам, а туда же – девчонок наших завлекать. Драки между студентами различных учебных заведений – дело обычное. Сколько раз студенты и с простыми прохожими схватывались! И наш брат, будущий некромант, играл в этом не последнюю роль. Но вот чтобы на тихого, скромного инквизитора…

– Ну, это…э-э…мы того, – зачинщик немного отступил, – поняли. Сидите, а мы пойдем…

– Стоять! – теперь уже вожжа под хвост попала уже мне. – Куда собрались?

– Да присядем за соседний столик. Тут разве места мало?

– Мало или нет, но разговор не закончен, – я встал. – Пойдем, выйдем?

Студенты побледнели. Все, разом.

– А может, не надо? – вперед протиснулся Брашко. – Ну, все же нормально будет, я отвечаю…

– С тобой, – нацелил на парня палец, – разговор будет продолжен в другом месте и в другое время. А сейчас я хочу конфиденциально побеседовать с ним, – кивнул на зачинщика, – и вот с ним, – указал на второго задиру, явного подпевалу у лидера. – Остальные едят, пьют, весело проводят время… Но если хоть кто-то пальцем тронет мою девушку или хотя бы скажет в ее присутствии что-то, могущее ее оскорбить – пойдет на разговор третьим. Это – понятно?

Скажете – делать тебе нечего? Но мне надо было узнать, по собственной ли инициативе эти ребята полезли задираться? Если все это – лишь часть традиционной вечерней «развлекательной программы», одно дело. А если их кто-то нанял – совсем другое.

– Ну? Пошли?

Студенты замялись. Парни привыкли, когда они сами вызывают кого-то на разговор, но тут другое – тут на разговор вызывают их. И дело тут было, как ни странно, в моем статусе. Простому горожанину, повторяю, не удалось бы так легко сбить с них спесь. Да и мне помогли знак и свидетельство Брашко. То есть, бить они меня собирались по лицу, а не по профессии.

– Да не бойтесь вы! Уму-разуму учить не буду – у вас своего столько, хоть ж… двумя руками черпай!

Я нарывался, намеренно хамя, и достиг своей цели.

– Ну, если… – зачинщик все-таки сделал шаг мне навстречу. За ним – его приятель. Надо же, не оставил друга! Брашко поплелся третьим – явно рассчитывая не допустить схватки. К моему удивлению, с места поднялась и Рута.

– Я просто не хочу оставаться одна, – несколько двусмысленно заявила она.

Остальные проводили наши компанию голодными взглядами.

Снаружи уже стемнело, задул ветер, обещая назавтра прохладную и пасмурную погоду. Еще бы дождь пошел! Мы обошли дом, протиснулись в переулок. Он не был слишком узким – легко могла проехать повозка – но довольно захламленным и мрачным. Темно – хоть глаз выколи. И темнота была бы еще гуще, если бы не свет со стороны харчевни.

– Это здесь?

– Здесь, здесь, – поддернул рукава рясы, осторожно меняя позу на боевую стойку, только с опущенными руками. Эх, спасибо наставнику, старому боевому магу! Впрочем, если нас с парнями натаскивал один и тот же учитель в Колледже, поневоле вспомнишь, как иногда пропускал тренировки в монастыре и не запасся парой хитрых приемов.

– Вы что же, ребята, – заговорил я после паузы, – совсем страх потеряли? Нападать на инквизитора! А вдруг я при исполнении? Вдруг ведьму «разрабатываю», и она может в любой момент сорваться с крючка? Вдруг веду наблюдение за кем-то и не имею права отвлекаться? Вдруг жду осведомителя, и тот так и не подойдет и не передаст вовремя нужные для следствия сведения…