Академия Грейс - Тебнёва Елена - Страница 68

— Я? — выдохнула я ошарашенно.

— Ты, — кивнул отец. — Ты неосознанно вытянула тьму из Дана, сделала ее своей. Каналы темной силы вновь заработали, не так, как раньше, но все же… Тьму из тебя изгнать удалось, но, увы, не полностью. И вновь заблокировать ее не получилось… А через некоторое время обнаружилось еще одно последствие. Самое неприятное и опасное. Сила той твари… Магия Даниэля и твоя… То, что сделал для тебя он и что сделала для него ты… Ваши магические потоки перемешались и сцепились, а потом, изменившись, начали расплетаться… А вы… Вы умирали, Грейс. Медленно и неотвратимо. Дан бы умер без вариантов, а вот ты… С высокой долей вероятности ты могла стать полностью темной… и совершенно безумной, что равносильно смерти. И ни целители, ни проклятийники не смогли помочь. Пришлось нам с отцом Дана самостоятельно искать решение.

— И вы нашли, — разорвала повисшую тягостную паузу я.

— Да, — подтвердил папа. — Это было единственным выходом, и мы… Мы воспользовались им, не задумываясь о возможных последствиях. Тогда наиболее важным казалось спасти вас.

— Помолвка, — уверенно заключила я. Словно шепнул кто-то.

Тот день я помнила. Сад, нашу с Даном ссору, то, как нас позвали в дом… Незнакомого пожилого мужчину, оказавшегося жрецом, и обряд, свидетелями которого стали лишь наши отцы. Помнила золотистые ленточки, охватившие наши запястья и словно впитавшиеся в кожу. А еще — каким бледным и молчаливым был Дан, понимавший гораздо больше меня, и тревогу в глазах папы.

Мелкие кусочки давно потерянной мозаики, которые наконец-то обрели смысл.

— Помолвка, — эхом отозвался отец. — Причем не простая. Древний магический обряд обручения, накрепко связывающий двух людей. То, что было нужно. И это помогло. Правда, что-то пошло не совсем так… И здесь не обошлось без последствий. Ты стала слишком чувствительна к магии. Настолько, что пришлось максимально оградить тебя от нее. Агрессивная магия могла освободить тьму, что свело бы все наши усилия на нет. И лишь магия Дана тебе не вредила. Напротив, успокаивала.

— Но сейчас ведь все хорошо, — пробормотала я. — Ведь так? Мы с Даном живы… И тьма во мне надежно запечатана. Так почему нельзя разорвать помолвку?!

— Потому что тогда все будет плохо, — мрачно ответил папа. — Обряд связал вас, позволил жить, но причину не устранил. Мы искали способ разорвать вашу привязку, не повредив при этом вам. Но не нашли. И я был очень удивлен, узнав, что Даниэлю удалось хотя бы избавить тебя от непереносимости чар. Как я уже говорил, он талантливый. И упрямый. Он не сдался, когда сдались мы с его отцом. И знаешь… Пожалуй, сегодня я вновь поверил в то, что он найдет выход.

— Найдет, — пробормотала я. — У него мотивация высокая. Иначе ведь придется всю жизнь со мной провести…

— Как же вы мне надоели, — выразительно поморщился папа. — Оба.

— А что сразу я? — надулась я. На особое сочувствие, конечно, не рассчитывала, но и такой реакции тоже не ожидала.

— А то, что Дан все для тебя делает, бестолочь, — сокрушенно покачал головой родитель.

— Ну да, конечно, а сам он ну вот ни столечко не желает от этого ярма избавиться! — скептически хмыкнула я.

— Желает, — не стал спорить папа. — Однако же, вместо того чтобы бросить все силы на решение основной проблемы, он ищет способ, как исправить твою магию, потакает твоим капризам и на полном серьезе пытается мне доказать, что мои методы воспитания вопиюще жестоки. Удивительное безразличие, не правда ли?

— Неправда, — упрямо нахмурилась я. — Он меня избегает. Стоит подойти чуть ближе…

Я не договорила, расстроенно махнув рукой.

— Вам нужно поговорить. Так, как мы с тобой — честно, — посоветовал отец. — Я примерно представляю, что творится в его голове, но… Он должен сказать тебе сам. Я же могу лишь повторить: этот дурень благородный все ради тебя делает. И не делает — тоже. А он упрямец еще больший, чем ты.

Я промолчала. Все равно ведь каждый при своем мнении останется… Хотя в одном папа прав. С Даном я тоже поговорю. На сей раз не отвертится, а если попытается — сильно об этом пожалеет.

Пока же лучше сосредоточиться на другом.

Например, на прочно обосновавшемся в душе неприятном ощущении, что это далеко не конец истории.

Ведь тот монстр наверняка не по собственному желанию пришел в наш дом. Кто его натравил? Для чего?

— А вы… пытались найти, кто его послал? — робко спросила я задумавшегося отца.

Он вздрогнул, будто вопрос вернул его из неведомых далей, но понял без уточнений:

— Конечно же. Вот только след оборвался, и, как ни старались, найти его не получилось. Но я уверен, что это связано с побегом Вереи. Они считали ее мертвой. Подозреваю, что на последнем деле она раскрылась… И, скорее всего, они решили проверить, не осталось ли у нее детей, потому и послали нацеленную на ее кровь или магию тварь. Этот культ… Оттуда невозможно уйти добровольно. Его последователи принадлежат ему вечно. Как и их потомки.

— Я им не принадлежу, — нахмурилась я.

— Они тебя не получат, — успокаивающе накрыл мои сжатые в кулаки руки папа. — Дан уничтожил тварь. Возможно, были и другие, но из-за смешения ваших магий они тебя не нашли. И не найдут.

Я слабо улыбнулась и до боли прикусила губу. Винить папу за то, что он столько лет скрывал правду, не получалось. Я бы тоже не знала, как все рассказать, не испугав, не вызвав желания спрятаться и вздрагивать от любого подозрительного шороха. Если бы я была послушной дочерью и сидела дома, как мне было велено, скольких бы проблем избежала! И я сейчас вовсе не о Дане.

Воспоминания о недавних неприятностях огнем опалили. Было ли то простым совпадением или же охотились именно на меня, «собственность» культа Темных богов? Конечно, папа во многом прав, и если бы меня могли найти, то нашли бы сразу, но… На душе все равно было тревожно. Я сглотнула сухой ком, ободравший горло, и потянулась за остывшим какао. Холодное, оно казалось слишком вязким и сладким, но я все равно выпила все до капли, пытаясь успокоиться и уложить в голове то, что узнала.

Укладывалось плохо. Похоже, избыток информации так же вреден, как и недостаток.

И самое главное, я не имела ни малейшего представления, что теперь со всем этим делать.

ГЛАВА 29

Закатное солнце щедро окрасило Террею в цвета ранней осени. Казалось, даже воздух переливается золотом, сверкает алыми искрами, оседает на губах терпким привкусом янтарного меда. Я сидела на крыше башни и рассеянно скользила взглядом по безмятежной картине вечернего города, умиротворенного, сказочного и странно-нереального. Рядом, на самом краешке парапета, устроилась по-прежнему молчаливая Грейс Эллан.

Я не заметила, когда она появилась. И не особо удивилась, когда все-таки обнаружила, что побыть в одиночестве не удастся.

— Знаете, леди, моя жизнь и так поворот за поворотом делает, вписываться едва успеваю… А вы тут более чем, хм, прозрачно намекаете, что скоро она и вовсе с ног на голову встанет? — тоскливо вопросила я, убедившись, что призрак обосновался здесь надолго.

Леди Эллан лишь улыбнулась. Вроде бы даже сочувственно… И, разумеется, никуда не делась.

Я вздохнула и вновь перевела взгляд на вызолоченный солнышком пейзаж. После разговора с отцом прошло несколько часов, но голова все еще гудела от новых, не вписывающихся в привычную картину мира сведений, а в душе и вовсе буря бушевала. Я вновь и вновь вызывала в памяти полустершийся образ мамы, ее улыбку и смех. Закрывала глаза и прислушивалась к себе, словно и в самом деле надеялась понять, течет ли по моим венам тьма. Раз за разом возвращалась мыслями в тот проклятый день, смазанный и больше всего похожий на сон, но все еще наполненный ужасом. Думала о Дане, которому пришлось намного хуже, чем мне. Скорее всего, именно поэтому я ему не нужна. Как можно любить человека, из-за которого твоя жизнь полетела в бездну? Странно, что он вообще меня терпит. Ведь все случилось по моей вине.