Баронет (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 70

Знакомое ощущение давящего невидимого Света хлынуло, кажется, со стороны леса – сбоку и сзади от меня. Я почувствовал, как кобыла, до того живым механизмом несущая меня к цели задрожала, болезненно вскрикнула совсем не по лошадиному – и скорость начала падать! Оказавшаяся чуть дальше от эпицентра воздействия Милка тоже дернулась в сторону, так и не ударив мутанта. Но сильнее всех отреагировал как раз хряк. В первый раз я услышал, как это туша испуганно вякает. А потом кабан наверняка в первый раз в жизни загалопировал.

Эмоции я к тому моменту приглушил, потому для себя отстраненно отметил: зрелище было в какой-то мере, наверное, смешным. А еще успел подумать, что Светлый Рыцарь наверняка думал, что сможет прогнать чудовище… в общем, он был прав. Секач рванул, но не в болото, а вдоль по берегу – видимо, инстинктивно сообразив, что так будет быстрее. Прямо на так и не успевших убраться людей, среди которых была женщина в платье.

Я сжал коленями бока химеры – ещё сильнее, чем раньше, через Печать направляя её на ускользающую цель. Скорость удалось сохранить приличной – километров пятьдесят в час, и стоит мне убраться из-под удара церковника, Вспышка опять разгонится. А монстр, наоборот, замедлится: уж не знаю, каким образом он перешёл в такой режим движения, но он был для него явно за гранью возможного, то есть надолго свиньи не хватит. Ну а жертвы…

Люди порскнули в стороны, словно тараканы – лишь женщина так и не смогла встать. Один человек попытался ей помочь, даже вздернул на ноги за локоть, второй рукой опираясь на рогатину, такую же, как у Маши. В следующее мгновение защитник оттолкнул спасаемую в сторону и упёр копье пяткой в землю. Глупо. С таким же успехом можно было остановить танк. Через бьющий в уши ветер я расслышал похожий на выстрел треск – древко словно взорвалось облаком щепы, и маленькая по сравнению с чудовищем фигурка отлетела в сторону. Но эффект, на удивление, был: тварь сбилась с неестественного аллюра, резко потеряла скорость. А Вспышка, болезненно заржав, наконец поднажала.

– Чвак! – копье вошло в загривок. До предела напитав руку зеленью Жизни и сжав что есть силы пальцы, я держал, сколько мог, и выпустил, лишь когда наконечник вошел в кость. Химера пронесла меня мимо, я, прильнув к её шее, краем глаза успел увидеть, что ноги у секача заплетаются, и порождение Шрама падает на бок. Победа.

Эмоции вернулись, болезненно отдавшись откатом в висках. Вспышка тормозила гораздо быстрее, чем разгонялась, и теперь поворачивала, без команды возвращая к поверженному монстру. Всё верно: органы нужно добыть как можно скорее... нужно было бы. Какое-то чувство кольнуло мне сердце… что-то такое я пропустил. На скорости, когда цепляешься глазами за цель все остальное словно размывается. Но… Химера, послушная команде, пронесла меня мимо агонизирующей твари и осадила у отброшенного с дороги мутантом копейщика. Не показалось. При падении с коня Кара приложилась головой, запачкав яркую рыжину и до неузнаваемости изгваздав раздавленной травой и грязью новенький костюм, а повторный полет и падение только усугубили ситуацию, зато мягкая почва опять сработала как демпфер.

– А теперь я заслужила мундир? – я скорее разобрал слова по движению губ, чем услышал.

– Да, – я через силу улыбнулся. Потянулся мысленно к своей Печати, снова врубить блокировку эмоций… и не стал включать. Карина была тренированной девочкой и успела в последний момент увернуться. Почти. Перевела удар в скользящий, который её отшвырнул, но не раздробил кости. Проблема была в другом. Длинная острая щепка, фрагмент разбитого древка рогатины, пронзил грудь девушки справа, ниже ключицы. Из-под торчащей деревяшки толчками выплескивалась кровь.

Все млекопитающие устроены примерно одинаково. Охотнику надо в некоторых пределах знать анатомию – иначе нужный орган добыть не получится. От сердца у зверей и у людей отходит магистральная артерия – аорта. От нее к голове идут сонные артерии, а сама она закладывает дугу и проходит все туловище к ногам, где в районе таза распадается на почечные артерии и бедренные. Именно дугу аорты и пропорола проклятая деревяшка: выплескивание крови толчками указывает на повреждение артерии. Единственная причина, по которой рыжая еще была жива – этот же инородный предмет не давал крови вытекать со всей возможной скоростью. Была бы на девушке купленная мною кольчуга – и Кара отделалась бы ушибами, трещинам в костях и испугом. А сейчас единственным шансом был…

– Магистр Марат! – облегчённо выдохнул я. Мои руки без участия сознания сжали рану вокруг щепы, уменьшая, насколько возможно, кровопотерю. Попутно я выдавливал из ладоней быстро рассеивающиеся потоки своей Стихии – может хоть чуть-чуть, да поможет. Нужно ведь только время – удержать на границе жизни и смерти еще несколько секунд…

– Маг, бухнувшийся на колени, лишь кинул один взгляд на рану и коротко выдал:

– Без шансов.

Мне потребовалась целая секунда, чтобы осознать ответ.

– Что? – тихо переспросил я.

– Если я прижгу рану, то она умрёт. Если повезет – от болевого шока, а если нет – от отравления продуктами распада, минут за двадцать.

– Но… – у меня в голове никак не укладывалось услышанное.

– Твой вассал, но… Лучше дай ей уйти так, без боли. Далеко не худшая смерть, – спокойно сказал маг. К этому моменту сознание уже покинуло Кару, а лицо побелело, как мел. – Она это заслужила. Пока измененного выловили бы – полегло бы много народа.

Она заслужила.

Я на мгновение поднял голову, успел охватить взглядом все вокруг. Машу, где-то потерявшую китель от мундира, грязную с ног до головы. Сэма и Эдмонта верхом на химерах у поверженного секача. Бегущую от леса фигуру в серебристых доспехах и белом плаще – пользователя Стихии Света грязь не взяла.

Она заслужила.

Я встретился взглядом с Машей – и тут меня окончательно накрыло. На короткое мгновение я словно увидел, что вот так вот, умирая, лежит мой другой вассал.

Она это заслужила?! Ну нет!!!

Я не знал, что и как делать – никто меня не учил. Но я уже умел вкладывать все силы в один-единственный удар. Спасибо за “науку” нарийцу. Точно так же я собрал всю свою магию – и ударил, только без удара. В последний момент я вспомнил наш разговор с пиромантом на крыше: что мания только инструмент, что ей нужно объяснить, что делать. Что? Всего лишь срастить края раны. Десять раз видел, как порезы на тварях затягиваются прямо на глазах. На некоторых мутантах – и после смерти. Восстановить целостность. Стать, как раньше.

...Я обнаружил, что лежу на спину, пялясь в серое низкое небо над головой. Попытался машинально сесть – и пришлось отталкиваться локтями от земли. Стоп, от земли? Я рывком сел, не обращая внимания на адское головокружение, и уставился на деревяшку в руке. Покрытая бурым застывшим налётом налетом здоровенная щепка. Перед глазами все плыло, потому я никак не мог понять…

– Она жива, – мастер огня тёмно-красным пятном вращался вокруг меня вместе с остальным миром. – Как ни удивительно, но у тебя получилось.

– Что – получилось? – давя подступившую тошноту, с трудом переспросил я.

Тут перед моим мысленным взором развернулась, перемигиваясь зелеными всполохами, Печать гражданина. И сразу прочистилась голова, вернув доступ к памяти. Чёрт, я что, умудрился израсходовать всю свою магию?!

– Первое заклинание, – пробился ко мне голос мага. – Среднее исцеление, судя по всему, в варианте “затворить раны”. Я не видел, как это произошло, не та Стихия… но по косвенным признакам – коэффициент полезного действия был процентов пять.

– А? – я наконец нормально разглядел магистра, вновь склонившегося над рыжей. Приложив руку к шее девушки, он считал пульс.

– Под ноги посмотри.

– А… – я рефлекторно перевел взгляд ниже, и до меня наконец дошло: мы все: я, дочка рыцаря, пиромант – находились в круге изумрудно-зеленой травы. – Охренеть!