Пробуждение Семаргла (СИ) - Андреева-Сапфиро Галина - Страница 53

– Глэб! – Так он произносил мое имя, – Глэб! Ты обманул меня! Ты сказал, что раньше не занимался дайвингом! Но ты плыл так легко и стремительно, что я, профессиональный военный пловец – в прошлом, еле догнал тебя! Как же так?

Я уверил его, что сам не знаю, как это у меня получилось. Видимо сказалась спортивная подготовка, поэтому мне удалось набрать в воде приличную скорость. Но я лукавил. Не будешь же объяснять ему, что иногда, я могу ускорять собственное время, и тогда мир замедляется. При погружении это получилось спонтанно.

– Надо лучше контролировать себя, чтобы не попадать в такие неприятные ситуации! – подумал я с раскаянием.

На следующий день Ивэн исчез с моего горизонта, а моим тренером стал Маркел.

– Интересно, есть ли что-то такое, чего Марк не умеет делать? – Размышлял я, натягивая утепленный гидрокостюм: на глубине было прохладно. Начинался третий день моего обучения. Второе погружение произошло легче. На шестой день обучения я впервые опустился на глубину восемнадцать метров. Мы с Марком плыли бок обок над дном широкого каньона, чьи черные стены, возносящиеся вверх по сторонам, были испещрены отверстиями, а на уступах ютились актинии, шевелящие хищными щупальцами, ветвились розовые кораллы, колыхались метелки водорослей. Вокруг нас сновало бесчисленное количество рыб всех размеров и окрасок.

– Попугаи бы умерли от зависти, увидев такое разнообразие расцветок! – подумал я. Солнечные лучи пронзали толщу воды, достигая самого дна. Я плыл словно в волшебной пещере с сине-зелеными искрящимися стенами. Солнечные зайчики вспыхивали на зеркальной чешуе снующих вокруг нас рыб. Тишина окутывала меня невидимым покрывалом. И в какой-то момент на меня снизошел покой. Весь фейерверк впечатлений последних недель растаял. Будто в состоянии глубокой медитации я почувствовал единение с этим текучим молчаливым миром. Появилось странное чувство возвращения домой. Это был мой мир! Генетическая память о далеком прошлом, когда мои предки жили в другой звездной системе, рвалась наружу. Я не мешал ей, погрузившись в трансовое состояние. Перед моим взором скользили туманные образы подводных городов, накрытых прозрачными куполами. Видение изумрудной светящейся пирамиды на берегу моря. Огромный корабль-город, плывущий в космическом пространстве среди россыпи звездных скоплений. Огненные цветы в сумраке ночи. Бронзовый дракон, парящий на фоне фиолетового неба. Наконец я очнулся и огляделся. Маркел, не мешая мне, плыл позади. Увидев, что я смотрю на него, он показал жестом, что пора возвращаться.

В последний день обучения я скользил в воде легко и свободно, словно истинный житель морских глубин. В город меня не тянуло. Я мог без устали плавать вокруг черных потоков лавы, служащих основанием городка Розо. Только голод побуждал меня подниматься на поверхность. До обеда меня сопровождал Марк, после обеда – отец. Они уставали, а я – нет.

На одиннадцатый день за завтраком выяснилось, что близнецы и Захарий с инструкторами отправятся на катере к небольшому островку, понырять без кишащих на побережье дайверов. А я с отцом и Марком оставался в Розо. Я уже привык чувствовать себя военным человеком, поэтому вопросов не задавал – сами скажут, когда надо.

На этот раз к погружению готовились более тщательно. Я «шкурой» чувствовал – что-то произойдет! Отец сказал, что сегодня мы будем нырять подальше от берега – на небольшом островке. Мы погрузились вместе со снаряжением в арендованный автомобиль и поехали на лодочную станцию, где взяли на день быстроходный прогулочный катер с рубкой и закрытой каютой. Час полета по морской глади прошел незаметно. В роли рулевого был Маркел. Остров оказался всего лишь небольшой скалой, торчащей из моря в виде двойного пика высотой метров пятнадцать и узкой десятиметровой полосой серого песка, окаймляющей треть ее основания. С одной стороны пляжа было небольшое плато, к нему мы и пришвартовались. Поднявшись по трем вырубленным в скале ступенькам, закрепили конец на кем-то предусмотрительно вбитом в камень металлическом штыре и стали готовиться к погружению.

На расстоянии двух десятков метров от пляжа скальное основание полого уходило на глубину. Мы поплыли вокруг островка, по спирали опускаясь вниз и любуясь яркой морской фауной. С противоположной стороны острова перпендикулярно отходила неширокая гряда. Мы направились вдоль ее обрывистого края. Гряда разветвлялась, образуя подобие лабиринта, стены которого терялись в глубине. Островок давно остался позади. Я потерял ориентацию, и вернуться назад мог бы только по навигатору, который у меня был закреплен на руке. Маркел продолжал погружаться, мой глубокомер показывал уже тридцать два метра. Становилось все темнее, солнце почти не проникало в узкую щель, образованную вздымающимися над нами стенами «лабиринта».

Прошло еще минут двадцать. Наконец мы выплыли на небольшое свободное пространство, окруженное теми же скалами. Вдоль противоположной стены тянулся выступ в виде карниза, шириной метров пять. Маркел, плывущий впереди, поднырнул под карниз и остановился. Вдруг оттуда ударил яркий голубой луч света.

От неожиданности я замер. Отец показал жестом, чтобы я следовал за Марком. Под карнизом я увидел квадратный проем в скале. Из него и бил свет, сквозь который я различил темную фигуру Маркела по ту сторону проема. Не раздумывая, я нырнул в проем, отец последовал за мной. Мы оказались в небольшом помещении. Маркел дотронулся до стены у края проема: снизу выдвинулась плита и закрыла его. Через некоторое время я обнаружил, что уже не плаваю, а стою на металлическом решетчатом полу, в котором исчезали остатки воды. Марк с отцом сняли ласты и оборудование, я сделал то же самое, сгорая от любопытства. Наконец отец соизволил пояснить:

– Мы покажем тебе одно очень древнее место, связанное с нашими предками. Это что-то вроде пантеона, хотя здесь нет захоронения. Здесь находится памятник царю арктов, с легкой руки греков называемых гиперборейцами. В Ордене Стражей он известен как Двенадцатый Семаргл, воплощенный с Сириуса. Он был не только царем арктов, но и их военным вождем. Правил он в тяжелые для них времена, когда две инопланетные расы развязали войну на нашей планете. В нее оказались вовлечены и люди. Все это закончилось глобальной катастрофой. Подробнее, мы расскажем тебе, когда вернемся на базу. После манипуляций Маркела, открылся проем в стене, противоположной от входа. За ним был виден коридор, облицованный черным блестящим материалом. Швов не было: просто гладкая черная поверхность. Освещение исходило от белых спиралей, утопленных в потолок.

– Предполагаю, что материал вулканического происхождения, тот же что и на острове. Но как в нем проплавили такой ровный проход – непонятно! – озвучил я свою мысль.

– Технологии тогда были покруче нынешних! – Ответил отец, но не стал развивать эту тему. Мы двинулись по коридору, проем за нами с мягким щелчком закрылся.

– Сколько же лет этой автоматике? – Потрясенно подумал я.

Коридор загибался по спирали, довольно круто уходя вниз по уклону. Шли долго, наконец, коридор закончился. Маркел активировал проем в его торце. Глубокомер показывал почти сто метров от поверхности моря. Тусклый голубой свет над проходом зажегся сразу, как только мы вошли – сработала автоматика. В сумеречном освещении можно было разглядеть, что мы находимся в круглом зале, стены и пол которого, были из знакомого материала, блестевшего, словно отполированное черное зеркало. Отец подошел к панели управления рядом с дверью и что-то там сделал. Вдруг с потолка упал зеленый луч. Я посмотрел вверх: над нами расходились лепестки диафрагмы. Стало видно, что зал перекрыт прозрачным куполом, а над ним толща морской воды, освещенная солнечным светом. Из-за глубины освещение было не ярким, но зал преобразился: все приобрело сине-зеленоватый оттенок. Отец снова повернулся к панели управления: под куполом, по периметру, вспыхнуло кольцо холодного бело-голубого свечения.