На краю Дикого Поля (СИ) - Ежов Сергей - Страница 56

  - С трудом себе такое представляю, но готов выслушать.

  - Блистательная Порта нуждается в выходе в Индийский океан, так как его владения есть и там. Я слышал, что во времена фараонов и во времена Римской империи существовал канал, связывавший Средиземное и Красное моря, но впоследствии он был засыпан арабами. Скажи мне, если мой повелитель даст великому султану паровые тягачи, способные прокопать канал заново и новейшие орудия для неприступных крепостей, защищающих канал от нападения с суши и с моря, это будет достойной платой за приказ твоего повелителя своему вассалу, крымскому хану, переселиться из засушливого Крыма на благодатные земли Валахии, Трансильвании или Болгарии?

   Илхами-каймакам крепко задумался. После размышлений, он пристально взглянул на меня:

  - Такой вариант слишком хорош и для империи Османа и для Руси. Даже крымчаки не должны оказаться слишком недовольными. В чём подвох, князь Александр?

  - А подвоха нет. Начну с Руси: она получит безопасность с юга и свободу торговать с Турцией разными товарами, в том числе и хлебом, который будет выращиваться в безопасных степях. Турция получает новейшее оружие, канал, позволяющий торговать и воевать в двух океанах, и многочисленное войско на беспокойной границе с Венгрией и Австрией. Татары получают новое сытное и удобное место жительства, а их хан может даже числиться владетелем Крыма, главное, чтобы там не было ни его, ни его войска. Да, чуть не забыл: крымчаки в этом случае окажутся куда более управляемыми, чем пока они живут в Крыму. И напоследок: великий султан может в качестве дополнительного условия попросить вычистить Дон, Днепр и Волгу от вредных и беспокойных черкасов. Мой повелитель вполне может отправить их на остров Хоккайдо, реки Амур и Сунгари, где они хотя бы подохнут с пользой для человечества.

  - Заманчивая идея. Ещё твой государь продвигает идею примирения Блистательной Порты и Персии. Что ты об этом думаешь?

  - Я полагаю, что мой государь совершенно, абсолютно прав. Если две ваши державы прекратят, уж прости мне эти слова, но бессмысленную многовековую войну, и проведут между собой более или менее справедливую границу, то будет лучше обоим сторонам. Персия вполне может заняться Индией, а Блистательная Порта Африкой и Европой.

  - А вы?

  - А мы сможем наконец заняться собой. Мы будем строить дороги, заводы, города и сёла. Мы будем растить сады и детей, а наша армия будет только защищать наши рубежи. Ну. Разве что вернём некогда отнятое у нас в прежние года. Русские вообще очень миролюбивый народ, и ты это сам видишь, Илхами-каймакам.

  - А ещё вы чистоплотные и держите данное вами слово.

  - В этом мы похожи на вас, своих братьев живущих по ту сторону Чёрного моря. - вернул я комплимент.

  ***

   Вечером того же дня ко мне явился интересный посетитель: из страшненькой на вид двуколки, запряженной мелкой, унылой, пузатой лошадкой, тяжело опираясь на палку, выбрался сухопарый, среднего роста, одноглазый мужчина лет сорока пяти- пятидесяти. Я сидя в кресле на крыльце, с интересом наблюдал за ним.

  - Имею ли я радость видеть князя Ольшанского? - зычным, не соответствующим фигуре голосом спросил он.

  - Это я. Поднимайся сюда, уважаемый, присаживайся, вместе попьём чаю и ты расскажешь о цели своего визита.

  - Израиль Моисеевич Воропаев. - отрекомендовался он - Боярский сын из Пензы, астроном, астролог, математик и, после прочтения твоей книги, ещё и физик.

  - А кто ты по крови, уважаемый Израиль Моисеевич?

  - Русич. Отец мой русич, боярский сын из Новгородской земли, а жену, мою мать, дочь служилого дворянина, он сосватал себе в Суздале.

  - Я почему-то подумал, что ты из иудеев.

  - Нет, не из них, а что это имеет значение?

  - В какой-то мере. Когда знаешь к какой крови относится человек, то легче с ним находить общий язык.

  - Это верно. - и посетитель с уважением посмотрел на меня.

  - Какое дело тебя привело ко мне, уважаемый Израиль Моисеевич?

  - Прочитав учебник физики, составленный тобой для государевой школы, я узнал для себя очень много нового. Когда я стал строить описанные там приборы, в частности грозоотметчик, то у меня всё получилось, хоть и не с первого раза. Потом я сделал из медной проволоки и железа генератор переменного тока, и между проводками, которые я стал совмещать, проскочили искры, а когда я коснулся рукой, то почувствовал укус вроде комариного.

  - Где же ты нашел постоянный магнит для этого опыта, Израиль Моисеевич?

  - Мой отец привёз его из похода, когда я был совсем мальцом, но это было кольцо. Я его распилил, немного сплющил, и всё вышло как описано в учебнике. Теперь я хочу узнать у тебя как сделать большой генератор. Жена моя умерла, детей у меня нет, поэтому я продал всё своё имение и приехал к тебе. Сниму комнатку неподалёку и займусь электрическими опытами.

  - Комнатку тебе, Израиль Моисеевич, снимать нет никакой необходимости, потому что комнату, или две я тебе выделить могу и выделю. Это первое. Второе: деньги свои прибери, потому что все опыты ты будешь делать на деньги Горнозаводского приказа. Точнее, деньги ты будешь получать только в виде жалованья, а всё потребное ты будешь получать в натуральном виде. Ну там, медную проволоку, лак, листовое железо и прочие нужные тебе вещи. Третье: у тебя будут сотрудники и ученики, они тоже будут получать жалованье. И наконец четвёртое: все результаты исследований будут принадлежать Русской державе, но слава открывателя будет твоя и твоих сотрудников. Ты согласен?

  - Конечно. Если бы нога сгибалась, я бы встал на колени. Вообще-то я ехал продаваться к тебе, Александр Евгеньевич, в закупы, а ты меня возвышаешь.

  - Так дело того стоит. Афанасий Юстинович! - крикнул я.

   Через секунду, как будто под дверью стоял, появился мой... нет, не ключник. Камердинер, во как!

  - Чего изволите, Александр Евгеньевич?

  - Вот этот человек, Израиль Моисеевич Воропаев, будет жить здесь. Выделишь ему две комнаты для житья, смотри только, не занимай комнаты Феофилы Богдановны. И ещё одно: лучше если комнаты будут недалеко от туалета и ванны, и посмотри как устроить лестницу более пологой. Это первое. Второе: выбери место для лаборатории Израиля Моисеевича, это крайне важно. Лаборатория должна быть в кирпичном здании, перекрытие тоже должно быть негорючим. Обязательно чтобы было светло и сухо, и желательно чтобы это было на первом этаже. Всё ясно?

   Афанасий Юстинович пожевал губами, подумал. Он вообще человек очень обстоятельный. Только потом высказался:

  - А на сколько человек должна быть лаборатория?

  - Для начала на пять- шесть.

  - А потом?

  - Потом может разрастись до десяти- двадцати, как бы не больше.

  - Хорошо, барин. На пять- шесть человек помещение есть, но полагаю, что нужно сразу начинать строить новое здание для лаборатории.

  - Совершенно верно. И сразу должно быть место под паровую машину.

  - Понял тебя, Александр Евгеньевич. Завтра с утра распоряжусь о начале строительства, а пока определю на место нового твоего сотрудника.

   Афанасий и Израиль ушли, вместо них появился отец Савл, и я встал приветствуя его.

  - Рад видеть тебя, батюшка.

  - Благослови тебя бог, сыне. Вижу ты радостный, что случилось?

  - Есть такое явление божьей природы, называемое электричеством...

  - Помню, как ты в темноте искры показывал, при расчёсывании волос, и именно это слово называл.

  - Совершенно верно. Вот приехал человек, прочитавший мою книгу, и придумавший каким образом сгустить это электричество настолько, что оно начнёт проявлять свою силу, и даже совершать полезную работу.

  - Какую, к примеру?

  - Например, очень тяжело очистить медь. Для этого приходится выполнять множество операций, и много меди при этом уходит в шлак. А используя электричество, можно получать больше меди, и гораздо лучшего качества.