Хорошо забытое старое. Книга 2 (СИ) - Осинская Олеся - Страница 48

— И что тогда произойдет?

— Я не знаю, — ответил Орген. — Никто не знает. Может, история пойдет другим путем.

— А лично я не заинтересован, чтобы она шла другим путем, — перебил Дрейк Оргена. — В моей жизни от этого многое зависит.

— Но… если я и Рикар не знали о будущем, то и этот волос бы ничего не изменил. Даже если бы я ему рассказала?

— Возможно. А может, ты бы сама сделала правильные выводы и решила промолчать. Или поговорить сначала с самим Раски, — ответил Колин и с усталой усмешкой добавил. — Я просто решил подстраховаться.

— Барбара? Ты сделала анализ? Какие результаты? — спустя час связался с ней Райдер.

С той стороны повисла секундная пауза, словно миссис Джексон собиралась с мыслями.

— Сделала… — ответила она и снова замолчала.

— И? — поторопил ее Рик.

— И ничего. Раски Шинон в нашей базе не числится.

— А Ларри и Ден? Что они сказали?

— Тоже ничего интересного. Какая-то связь с Валентой есть, что не удивительно — они были близкими друзьями. Но ничего более. Раски не хотел смерти Акина, и не причастен к ней.

Райдер невнятно фыркнул. Жаль… очень жаль… С Раски явно нечисто… И Рикар надеялся получить повод, чтобы прижать его.

Барбара оборвала связь, устало прислонилась к белой стене медотсека. Только что она соврала своему начальнику. Более того, приплела туда же своих подчиненных, которым вообще волос не показывала. Вроде, Райдер поверил. Осталось надеяться, что он не захочет поговорить с экстрасенсами лично. Миссис Джексон, проработавшая на Калее почти всю свою жизнь, впервые столь грубо нарушила устав. Сейчас, после разговора, она начала сомневаться — а стоило ли так поступать?

— Стоило, — оборвала она саму себя. Колин прав. Как минимум, надо поговорить с самим Раски.

Наталья проснулась поздно. Долго лежала в кровати, наслаждаясь каждым мгновением. Каро рядом не было — она это чувствовала. Тем не менее, сладкая истома продолжала щекотать расслабленное тело. Не открывая глаз, она прислушивалась к окружающим звукам и ощущениям — от пения птиц за окном, до звона посуды, доносящегося с первого этажа, от легкого сквозняка, щекочущего кожу шеи до прохлады простыней, куда дотягивались босые ноги. Поворачивала голову, ловя закрытыми веками случайные солнечные зайчики. И улыбалась. Действительно ли весь мир вокруг изменился, или только она одна? Блаженно потянулась, мурлыча, и, наконец, открыла глаза.

Ей хотелось смеяться. Хотелось петь. Хотелось танцевать. Нет, не просто танцевать. Наталье казалось, что сейчас она смогла бы научиться летать. Беглый взгляд выхватил оставленную на зеркале записку. Она звонко рассмеялась, одновременно качая с укором головой — Каро использовал для этого ее помаду.

"Вечером вернусь".

— Я счастлива, — вслух произнесла девушка, с удивлением прислушиваясь к звуку собственного голоса. — Я влюбилась. С первого взгляда. Разве так бывает?

Не переставая улыбаться и мурлыкать себе под нос песенки, она скользнула с постели, послала воздушный поцелуй записке на зеркале. Оделась и вышла в общий зал. Отказалась от еды, сделала себе чай и села у окошка, уставившись наружу бездумным мечтательным взглядом.

— Вижу, что утро у тебя доброе, — произнес рядом знакомый скрипучий голос. Раски! В ответ Тани счастливо рассмеялась.

— Да!

— Рад за тебя, — с улыбкой произнес Шинон. Наталья, оставив на столе забытый, давно остывший чай, легко взвилась на ноги, протанцевала вокруг приятеля, со смехом чмокнула его в щеку.

— Я… Я… — с воодушевлением начала она, но так и не закончила. — Я сама не знаю, что я…

И снова принялась смеяться, не обращая внимания на посетителей. Раски, не сдержавшись, тоже расплылся в широкой улыбке.

— Пойдем, у меня для тебя еще один сюрприз есть. Для полного счастья, — сказал он. — Хотя куда уж полнее.

Заинтригованная, Наталья сбегала в комнату за курточкой и отправилось за Шиноном. Неспешным прогулочным шагом они миновали порт, центральную площадь, прошли мимо храма, где Наталья невольно обернулась и задержала взгляд на балюстраде, где вчера сидел Каро. Снова мечтательно улыбнулась.

— Он придет вечером, — прошептала она сама себе, не замечая, как прислушивается к словам ее спутник.

— Еще бы он не пришел, — буркнул в бороду Раски.

Наконец, мужчина привел ее в знакомый зажиточный квартал. Не так давно они здесь гуляли… Наталья ускорила шаг, обгоняя попутчика, и притормозила у дома, куда они заходили в прошлый раз. Теперь он не казался заброшенным. Ветер не носил по дорожкам листья и мусор. Кусты живой изгороди аккуратно подстригли. Засохшие из-за межсезонья цветы убрали с клумб. Впрочем, обжитым дом тоже не выглядел. Не видать было дымка над крышей, не колыхались у ставен прозрачные занавески.

— Его купили, да? — с ноткой грусти спросила Тани, вглядываясь в пустые окна.

— Да. Вчера вечером. Я купил, — ответил Раски, толкая дверцу калитки. — Проходи.

Зайдя в дом, девушка огляделась.

— Такое чувство, будто я только вчера была здесь.

Она прекрасно помнила и гладкость деревянных перил, и резные двери, и огромный зал…

— Это и есть сюрприз, — проговорил Раски, следя за реакцией девушки. — Можешь открыть школу.

Вспыхнувшая на лице Тани радость сменилась подозрительностью.

— Это слишком дорогой подарок. Я так не могу…Такие широкие жесты…

Девушка мельком взглянула на Раски и замолчала. Она заметила, что тот выглядит гораздо приличнее, чем в их первую встречу. Борода подстрижена, волосы причесаны, костюм простой по крою, но из добротной, дорогой ткани… Уже не бродяга, а уважаемый профессор и бизнесмен. А не для нее ли, не для Тани, он так приоделся? Нет, надо отказаться от дома…

С другой стороны, воображение мимо воли рисовало приемную, стенд с расписанием, раздевалки…

Шинон некоторое время наблюдал за сменяющими друг друга мыслями на лице Тани. Затем не выдержал и вздохнул. Подошел ближе, взял девушку за руки, попытался поймать ее взгляд.

— Тани, посмотри на меня. Пожалуйста. Я знаю, что дарить дорогие подарки просто так не принято. Тем не менее, считай этот жест исключительно дружеским. Я ничего не собираюсь требовать взамен. Если тебе будет легче, пусть этот дом остается моим. Но я тебе разрешаю здесь жить и открыть школу. Так лучше?

Наталья неуверенно кивнула, понимая, что отказаться не сможет.

— И еще, — продолжил мужчина, отпуская руки девушки. — Не волнуйся. У меня нет никаких…, - Раски слегка поморщился, чуть не сказав "пошлых намерений", — романтических планов в отношении тебя или желания позже потребовать деньги обратно. У тебя с самого начала было много вопросов. Например, почему Дрейк оставил для меня письмо, и откуда я его знаю… Это долгая история… Сейчас она бы объяснила мой "широкий жест", как ты выразилась. Но я не могу рассказать. Подожди немного, со временем все прояснится. Хорошо? А пока… не знаю… считай это подарком друга, брата, родственника, кого угодно.

Девушка просветлела.

— Хорошо, — согласилась она. Секунду поколебалась и крепко обняла Шинона. — Спасибо большое. Ты представить себе не можешь, как много это для меня значит.

"Могу. Могу представить", — усмехнулся мужчина, машинально погладив девушку по волосам. — "Подумаешь, какой-то дом…"

Тани скользнула в зал, что в прошлый раз присмотрела для занятий. Впервые за все утро она перестала думать о Каро и предыдущей ночи. Мозг заработал в знакомой деловой струе, получая удовольствие от привычных некогда задач. Девушка принялась планировать, что и как здесь будет, автоматически прикидывая список дополнительных работ, смету и планы на ближайшие дни. Девушка вспомнила суету своей старой школы и предвкушающе усмехнулась. Да, засиделась она в праздности. Расслабилась. Мозги размякли. Того и глядишь, превратится некогда бойкая девушка в клушу. Пора бы собраться. Хоть сейчас у нее "практика" на полгода, потом она будет здесь жить, как и остальные члены команды. Поэтому прочь страхи и всяческие "если" — она и здесь найдет свое место.