Хорошо забытое старое. Книга 2 (СИ) - Осинская Олеся - Страница 32

Впрочем, уже прошло много лет с тех пор как "Соленый парус" был просто трактиром. Хак, сын прежнего хозяина, сохранил стиль и дух видавшей виды прибрежной таверны, оставив и темные деревянные столы, и старый скрипучий пол, и массивную барную стойку. Но "Соленый парус" уже давно превратился в неплохую гостиницу.

Несмотря на ранее утро Хонти ждал землян. Дрейк несколько минут поговорил с трактирщиком наедине, затем подозвал девушку.

— Знакомьтесь, — кивнул он им обоим. Повернулся к Наталье. — Будешь жить здесь. По крайней мере пока.

Хак порылся в ящике стола, достал ключ и протянул его девушке. Тускло блеснул металлический кругляшок с цифрой 8. Дрейк покачал головой.

— Нет, не этот. Посели ее в одиннадцатую.

Трактирщик с удивлением взглянул на Дрейка, ожидая продолжения, но тот молчал.

— Одиннадцатая занята. Сам понимаешь.

— Нет, не занята. Тебе за нее не платили последние два месяца. Значит, номер свободен.

Старый Хак сглотнул, пригладил тронутые сединой волосы.

"Похоже, он боится Дрейка", — заметила Наталья.

— Каро заплатит! Он всегда платит! Как я ему объясню, что отдал комнату неизвестной девице? Особенно, если ты запретил что-либо говорить о ней?

— Это не мои проблемы. Скажи… что все номера были заняты. А теперь тебе неловко выселять постоялицу. Или пусть сам уговорит Тани переселиться…

Хозяин таверны сердито цыкнул сквозь зубы. "И того, другого, он тоже боится", — снова отметила девушка. Любопытство набирало обороты, ненадолго вытеснив даже естественное волнение, но встревать в разговор Наталья не решилась. Лучше потом, при случае, расспросит.

Дрейк, между тем, бросил на стойку письмо.

— Это для Раски. Отдай ему, когда появится.

— А вы знакомы?

Командор не ответил. Трактирщик повертел в руках конверт, затем сунул в поцарапанный деревянный шкафчик.

— Без проблем. Только… он давно здесь не появлялся.

— Появится, — заявил Дрейк. — Он знает, что здесь будет Тани. Он ждет ее. Как только услышит про нее, так и появится.

Хак посмотрел на девушку. На языке пожилого мужчины вертелось множество вопросов, однако он оставил их при себе.

До вечера Волошина просидела в своем номере, глядя через окно на боковую улочку, где практически не появлялись люди. Выделенные ей апартаменты состояли из простой на вид комнаты с минимумом мебели и крошечной ванной с туалетом. Комната казалась неуютной и безликой — белые стены, темная древесина мебели. Массивная двуспальная кровать, идеально ровно застеленная таким же невыразительным покрывалом, занимала почти половину комнаты. Возле окна втиснулся маленький угловой столик со стулом. У противоположной стены разместился шкаф, наполовину утопленный в стену. И камин — настоящий, живой… правда, в теплую пору невостребованный. И все — ни картин на стенах, ни безделушек на каминной полке. Единственным ярким пятном оказался небольшой коврик на полу — ярко-алый и пушистый.

Наталья легла на кровать. Кресла в комнате не было, а на стуле долго не просидишь. Похоже, эта комната, как и положено гостинице, только для ночевки, а не для того, чтобы жить здесь. Чисто, убрано… чего еще желать?

Глава 2

16–26 октября 2х51 года по земному календарю.

КАЛЕЯ. Портовый город Вилея

Пролетела первая неделя. Жизнь гостиницы шла размеренно и однообразно. Завтрак, обед и ужин по расписанию. Заезд и выезд постояльцев. Общий зал — тихий и спокойный в течение дня, но шумный и галдящий по вечерам, когда средней руки горожане собирались, чтобы перекусить и выпить. К ужину Хак приглашал одного-двух музыкантов. Те играли, создавая приятный музыкальный фон и не мешая публике разговаривать. Специально для артистов в центре зала был сооружен невысокий деревянный помост. И неизбалованная развлечениями публика собиралась не только с обыденным желанием набить живот и потрындеть с приятелями, но и послушать песни или посмотреть на выступление артистов.

Тани помнила задание — освоиться на Калее, в идеале найти работу. Но… Не могла пока ничего придумать.

Дважды она выбиралась в город вместе с женой Хака, но толком ничего не успела рассмотреть. Длинная и кривая улочка, тихая и сонная, с одинаковыми домами в три-четыре этажа, внезапно вливалась в галдящую, разноцветную рыночную площадь. Уши глохли от криков торговцев, в глазах рябило от пестрых рядов, а нос забивала несовместимая смесь запахов… Тани быстро пробегала между рядами, стараясь не отстать и не потеряться. Затем все так же моментально стихало, стоило им вынырнуть из рынка и углубиться в бесшумный полумрак ведущего к трактиру переулка. Вылазки не прошли даром. Наталья сменила покрывало на кровати на яркий полосатый плед, мягкий и теплый. На стенах появилось несколько "цветочных" картинок, а на каминной полке статуэтки в виде потягивающихся кошек. Жена Хонти, видя желание девушки сделать жилище уютным, выделила ей шторы, несколько вязаных салфеток и старое кресло. Последнее с трудом влезло между окном и кроватью, съев последние крохи пространства, но Волошина была счастлива — именно кресла, такого вот продавленного, но мягкого, куда можно было залезть с ногами, ей и не хватало. Комната приобрела жилой вид, а ближайшие полгода уже не казались такими страшными.

В выходной Тани отправилась в храм духов. Оделась в простую одежду, накрыла голову платком, спрятав волосы, и отправилась в центр Вилеи. С одной стороны городской площади раскинулось длинное, приземистое здание местного совета, а напротив взлетали к небу высокие и невесомые шпили храма. У входа в нос ударил пряно-сладкий запах — в центральный зал как раз вносили свежие цветы. Внутри оказалось просторно и пестро. Наташа невольно улыбнулась. Прошлась вдоль стен, проводя пальцем по фрескам, попала в цепочку переходящих друг в друга небольших помещений.

Выходя обратно в зал, девушка замерла.

Посреди центрального нефа стояли двое мужчин. Один — ничем не примечательный горожанин. Второй… Тани поначалу затруднилась с определением. Вероятно, гайт — общие знания о племени Волошина получила вместе с информацией о планете. Смуглый и черноволосый парень в просторной рубахе-тунике с заковыристой цветной вышивкой по краю рукавов и подола. Длинные черные волосы гладко зачесаны и собраны в хвост, лишь несколько прядок небрежно свисают у висков, да проблескивают кое-где вплетенные красные бусины.

"Местный служка, наверное", — подумала Тани, с профессиональным интересом засмотревшись на парня. Молодой гайт стоял к ней спиной, и девушка, как ни хотела, не могла рассмотреть лицо. Но заинтересовало Волошину другое. Парень был высоким и гибким, как лоза. Тонкокостный, длинноногий, стройный. С приятными, по-мужски пластичными движениями. Наталья едва не воочию представила, как могли бы взметнуться в танце его руки, как крепко и в то же время изящно держал бы партнершу. Девушка прислушалась к разговору — мужчины беседовали громко. Однако звук, гулким эхом гуляющий по залу, смазывался и становился неразборчивым. Наконец горожанин попрощался и направился к выходу. За несколько шагов до двери притормозил, обернулся.

— Удачи тебе в поисках, Говорящий с Духами! — поклонился он и вышел.

"Говорящий с духами?" — повторила мысленно девушка. — "Не имя же это? Хотя… ему подходит".

Услышанное лишь убедило девушку, что перед ней церковный служитель. Она улыбнулась. Значит, будет возможность увидеть его снова. Словно почувствовав взгляд, парень обернулся, посмотрев в ее сторону. Тани юркнула за колонну. Не хватало еще, чтобы за подглядыванием застали.

— А что значит "говорящий с духами"? — спросила Тани по возвращению, стараясь, чтобы ее голос звучал максимально нейтрально. Хак встрепенулся, задал встречный вопрос, где и когда она это слышала. Затем вздохнул, пробурчал нечто вроде "принесла-таки нелегкая"… и ушел, не ответив на вопрос.