Камень сердолик (СИ) - "РавиШанкаР" - Страница 91

Мир клинком напополам – больно,

Умереть среди цветов – глупо.

Стылым холодом звенит воля,

От отчаянья свело зубы.

Может статься, я себя предал,

Доверяю не любви – стали,

Мне свободы бог узнать не дал,

А бессилия с лихвой налил…*

*Стихи Сибиряка

Комментарий к Глава 55. Отчаяние

Увы-увы, Муза можно подкормить, исхудал он в диких лесах…

https://money.yandex.ru/to/410014057127193

========== Глава 56. Почти у цели ==========

Переход по Серой Тропе, как и предсказывал Камушек, прошёл легко. Куда легче, чем предыдущий. Просто Клим направил Капельку прямо в центр внезапно возникшего перед ним серого, туманного, переливающегося просверками черноты овала, крикнув остальным, чтобы они держались точно за ним.

А сам мысленно то ли взмолился, то ли приказал: «Мне нужно оказаться вблизи от Ловушки Заблудших… Мне нужно оказаться вблизи от Ловушки Заблудших… Очень нужно… Жизненно необходимо…»

Овал послушно пропустил Клима, верхом на Капельке, вокруг замелькали цветные переливы, что-то такое психоделическое, и Руши, сидящий впереди отца и даже не подумавший зажмуриться, восторженно вскрикнул:

- Красиво, татта! Как красиво! Это так здорово!

«И в самом деле, - удивился Клим, - откуда взялись цвета? Раньше было куда больше серого…»

«Тропы приняли тебя, - отозвался Камушек. – Они Серые только для тех, кто попадает сюда случайно, и для тех, кто не может ими управлять, а пользуется особыми амулетами. А ты – Хранитель, ты можешь командовать ими, а Тропы любят подчиняться силе. Поэтому и ты, и Руши и видите всё это цветное великолепие…»

«Похоже, не только мы…» - отозвался Клим, услышав радостный вопль Ами:

- Какое здесь цветное всё!

- Где? Здесь? – удивился ему в ответ Палый Лист. – Да тут всего три цвета… И искорки какие-то…

«А это ещё что значит? Палый Лист…» - удивился Клим.

«Он входит в силу, - отозвался Камушек. – Конечно, Серые Тропы никогда не будут ему послушны так же, как тебе, но в случае опасности скроют… А вот Ами… Это интересно…»

«Что интересно?» - поинтересовался Клим.

«Потом, - отмахнулся Камушек. – Не теряй концентрации. Помни, что нам нужно в Ловушку Заблудших, а то выкинет на другом конце Фаэ – и весь наш фактор внезапности насмарку».

Клим вновь подумал о Ловушке Заблудших, к тому же он понял из возгласов за спиной, что больше никто из соратников никаких цветов не видит, и для них Серая Тропа продолжает оставаться, собственно, серым туманом с редкими просверками серебристого и чёрного.

А потом вакханалия цветов вокруг него неожиданно прекратилась, и впереди возник дрожащий, словно размытый овал – точно такой же, через какой Клим прошёл в самом начале пути.

- Не отставайте! – крикнул Клим. – Держитесь за мной!

Умница Капелька одним прыжком преодолел расстояние до овала и, не останавливаясь, проскочил точно в его середину.

И в то же самое мгновение Клим оказался на поляне… нет, даже не на поляне, на небольшой прогалине посреди густого леса. Он торопливо направил Капельку в сторону, чтобы не создавать кучу малу – и вовремя. Вторым ловко приземлился на все четыре лапы М’Хаши Палого Листа с двумя всадниками и тоже отскочил в сторону. Затем портал преодолели всадники на тильгах и последней – сильно потерявшая в весе после прощания с Глэсом и Орро повозка. Соскочившая с передка повозки Ала быстро схватила впряжённых в неё тильгов под уздцы и торопливо отвела от продолжавшего мерцать овала.

- Мы на месте? – хором спросили Рик и Зик.

Клим огляделся. Лес очень походил на тот, который ему показывал в воспоминаниях дедушка Гуам-Ди, но конкретно этой прогалины в них не было.

- Похоже, - сказал он. – Надо осмотреться.

- Вот мы и осмотримся, - хором заявили Рик и Зик и, спешившись, исчезли в лесу.

***

Дверь камеры с тяжёлым, сытым лязгом распахнулась, и Азур невольно вжался в стену. Неужели жрецы пришли за ним? Опять? Нет, только не это, он ещё и в себя прийти не успел… с прошлого раза.

«Камель… - жалобно прошептал он, надеясь, что имя любимого придаст ему сил, - Камель…»

Но на сей раз видение не появилось, однако Азур с облегчением перевёл дух. Вошедший был один… и Азуру была очень хорошо знакома его странная, словно изломанная фигура. Вошедший передвигался с трудом, приволакивая странно выгнутую правую ногу, пальцы левой руки его были скрючены, и он с трудом прижимал к груди небольшой кувшин с водой, спина вошедшего была сгорблена, так, словно какая-то злая сила переломила ему позвоночник, а потом срастила осколки, не слишком заботясь о внешнем виде… Облачён вошедший был в такое же серое рубище из грубой ткани, какое было на Азуре, только чуть почище и поопрятнее. Так, самую малость…

А его лицо… Его лицо, испещрённое жуткими белёсыми рубцами, ужасало. Один из рубцов пересекал вытекший левый глаз, растрёпанные волосы были совершенно седы, а нос явно был сломан не один раз и сросся как-то криво. Поэтому дышал вошедший громко и сипло.

Но Азур радостно улыбнулся нежданному визитёру и прошептал:

- Тень… Тень… Как я рад, что это ты…

- Я тоже рад тебя видеть, малыш… - хриплым, грубым голосом отозвался тот, кого он назвал Тенью. – И не стоит тебе сидеть на голом полу – простудишься.

- Разве уже не всё равно? – с горечью спросил Азур.

Тень скривил губы в подобии улыбки и, сильно понизив голос, прошептал:

- Не всё. Он идёт за тобой…

- Кто? – не сразу понял Азур, и когда понял, то глаза его округлились от радости и неожиданно нахлынувшей надежды. – Ка…

Тень прижал палец к губам и ворчливо сказал:

- Я тебе поесть принёс. Попей, пока харр* ещё тёплый, согреешься. И лепёшки… Вот…

И Тень поставил на низенький столик кувшин и глиняную тарелку с тремя сероватого цвета лепёшками.

- Не хочется… - вяло произнёс Азур.

- Поешь, - грустно сказал Тень. И добавил, понизив голос, почти шёпотом. – Тебе нужны силы, если ты хочешь дожить до встречи с тем, кого любишь…

Азур вздохнул, решил подчиниться, потому как Тень был насквозь прав, и, взяв лепёшку с тарелки, стал медленно жевать. К счастью, вкус у лепёшки был не таким мерзким, как вид, так что, постепенно запивая куски лепёшки почти горячим харром, Азур две всё-таки одолел. Тень смотрел на юношу, и в глазах его читалась странная смесь грусти и облегчения.

- Что с тобой, Тень? – тихо спросил Азур. – Они опять издевались над тобой?

Тень издал тихий сдавленный звук, похожий на кашель, и ответил:

- Издевались? Нет… Здешние обитатели рациональны. Я больше не представляю интерес, как объект для исследования… а воздействовать на меня нечем. У меня больше ничего не осталось… Ничего… Я неуязвим. К тому же я могу присматривать за здешними узниками, чтобы они не погибли раньше времени. Так что я даже полезен, к чему тратить время и силы на издевательства надо мной? К тому же… Скоро всё закончится. Для меня уж точно, а ты… ты должен выжить, чтобы для тебя всё продолжилось… Понимаешь?

- Тень… - осторожно прикоснулся Азур к изуродованной руке мужчины. – Ты что, умирать собрался?

- Я уже мёртв, - спокойно отозвался Тень. – И не надо меня жалеть, малыш, ты добрый мальчик, но право, не надо. Я оказался здесь, потому что поступил так, как поступил… И это был правильный поступок, так что я не жалею ни о чём. Если бы была возможность обратить время вспять, я поступил бы так же. Обидно только одно – то, во что я верил, оказалось ложью… но, знаешь, малыш, такое случается сплошь и рядом.

- Тень… - прошептал Азур. – Не надо… Камель… Он хороший, он будет благодарен за заботу обо мне. Мы всегда найдём место для тебя в нашем доме. Не надо умирать.