Идущий на смех (СИ) - Логинов Геннадий - Страница 144

Он не поверит ни единому Вашему слову, а даже если и поверит, его не поймут собственные люди, если он не убьёт Вас после всего случившегося…

…Верёвка пригодилось, чтобы надёжно связать Стефана. Вы собрали вещи, отволокли тела прочь, чтоб они не палили потайной ход, а Стефана занесли внутрь, чтоб его не сожрали какие-нибудь волки.

Освободив ему одну руку, чтобы позднее он мог освободиться, Вы побрели прочь. Теперь у Вас одна дорога — прочь из Кокани, чтобы Крысиный Король не смог до Вас добраться — 888

958

Насилу оторвавшись от негодяев, Вы вылетаете на главную площадь, где слишком много народа, чтобы устраивать откровенную драку.

Правда, при желании и тут могут убить: к примеру, незаметно подойти, заколоть кинжалом одним точным ударом в печень, и поминай, как звали. А потом — уйдут тихо и незаметно. Впрочем, шпагами махать явно не станут.

Вы получаете +10 пунктов Героизма и +10 пунктов Вдохновения!

Перекрестившись, Вы спешите в сторону кафедрального собора Кокани — 525

959

— Вот тебе и подышал свежим воздухом… — произносите Вы напоследок, сползая по стене ближайшего дома, оставляя за собой кровавый след. Убийцы плюют на труп и поспешно удаляются. Финито ля комедия!

Если попадаете на этот параграф впервые, добавьте ключевые слова « » и запишите 15 пунктов Героизма и 15 пунктов Вдохновения. Если Вас не устраивает эта концовка, и Вы желаете другого завершения истории, переходите на параграф «0».

960

— Понятно, — ответили Вы, тотчас же разрядив в него свой мушкет. Не успел ещё упасть его труп, как тяжёлый приклад обрушился на голову Мартина. Брызнула кровь, а верзила обмяк, будто мешок навоза.

Рупрехт уже целил мушкетом в Вас, но Вы успели прежде подловить дёрнувшегося было Стефана и, заломив его голову, приставили к горлу парня нож.

Вы получаете 12 пунктов Злодейства!

— Брось нож!

— Опусти ружьё!

Вы крикнули почти в унисон. Парень тяжело дышал и, боясь пошевелиться, осторожно сглотнул.

— У меня есть старики-родители, — тихо произнёс он. — И я никогда ещё не был с девушкой…

— Заткнись, — бросили Вы, не слушая его, или, по крайней мере, стараясь не слушать. — А ты — брось мушкет!

— Чтоб ты обоих нас убил? Нет. Ты брось нож. Не бросишь — выстрелю так. Может, пройдёт навылет и убьёт обоих. Может, только в тебя попаду. Может, парня заденет, но и ты от удара упадёшь, и тогда я тебя добью. Если уберёшь нож — обещаю не убивать тебя. Во всяком случае — сразу, — заверил Рупрехт. — Отпусти его. Что он тебе сделал?

— Так, для безопасности. Мартин — то ещё урод. Годелот — тоже симпатий у меня не вызывал. Но это скорее было тоже вынужденное. А против вас двоих я, в принципе ничего не имею, — заверили Вы.

— Как же! Как только Крысиный Король узнает о том, что случилось, ты не спрячешься даже в Африке, — заверил немец.

— Не преувеличивай длину его рук. Рикман — сильный человек с крепкими нервами, конкретно знающий себе цену. У него есть власть, авторитет и влияние. Но и его возможности не безграничны. Если Кокань не сегодня — завтра придут и захватят, то город разграбят, а народ вырежут, независимо от того, состоят они в вашей банде или нет. Включая и самого Крысиного Короля. Если объединить силы и выступить единым фронтом, тогда шансы есть, а так, в подобное время нужно либо всем держаться вместе, либо каждому думать только о себе, без полумер. Грабить казну и оставаться в Кокани — это бред. Если уж запустить руки, то сваливать и подальше. Подумай сам, на пять человек там делить нечего. А одному не унести. Заберём добро из казны вместе и уедем, — предложили Вы. В этот момент Вы были готовы нести какую угодно околесицу, лишь бы заговорить зубы и усыпить бдительность.

— Если Вы красноречивы — 957

— Если нет — 970

961

Вы обрушиваете резкий стопорящий удар своего шутовского жезла на кисть нападающего, и выбитая шпага со звоном падает на мостовую. Конечно, маротта это, прежде всего, инструмент для веселья, дубиночка с резной головой дурака, собеседник, который всегда с Вами на потеху толпе. Но при случае им можно и по голове настучать. При этом раны могут быть тяжёлые, но — не смертельные.

Не давая противнику опомниться, Вы наносите ему удар в живот и, прикрываясь одним врагом от шпаги второго, ловко обходите его, обрушив тому маротту на голову. Больно, не вопрос. А о чём думал, спрашивается, когда к Вам полез?

Вы получаете +20 пунктов Героизма, +20 пунктов Вдохновения и +1 пункт Шутовства!

В этот момент — ну надо же — из-за угла появляется городская стража и, заметив происходящее — да неужели — приходит на помощь Вам, вскоре пиная и скручивая головорезов.

Обычно гвардейцев никогда нет на месте, когда они нужны. А если и появляются, то как правило выносят вердикт исходя не из того, кто прав и кто виноват, но из того, кто чей родственник и у кого какие связи. Но, как видно, бывают и исключения. Хоть Вы и без них уже неплохо справлялись сами, но — помощь никогда не будет лишней.

— Ну-ка, ну-ка, — сорвав серебряные маски, сержант Вальдемаро усмехнулся, и разразился хохотом. — Ба, да кого я вижу! Сколько лет, сколько зим… Давно мы Вас искали. Ладно, уведите. А ты, Ральфрик, мог бы служить в королевской гвардии. Не подумывал о перемене профессии?

Вы только собирались было ответить, но в этот самый миг в воздухе над городом разнёсся звон набата, призывавший всех защитников города к оружию — 697

962

Резко сорвавшись с места, Вы успеваете добежать до поворота, как раз в тот самый миг, когда оттуда появляются суровые бородатые сарацины в тюрбанных шлемах, со скимитарами, буздыганами и карамультуками, сопровождающие знатного и грозного мужчину в покрытом арабесками доспехе и ерихонке с белым плюмажем.

Точно, сюда же иногда плавает Абубакар ибн Хамид, капитан и торговец с Ближнего Востока. Очевидно, эти мавры явились с его корабля. И — как нельзя кстати.

Заметив лишних свидетелей, Ваши преследователи поспешно ретировались и вскоре скрылись с глаз.

В это же самое время Вы задумались о том, что у капитана должны быть при себе профессиональные бойцы и достаточно хорошо оснащённый корабль, почти что плавучая крепость.

Это открывало перед Вами некоторые перспективы, если, конечно, суметь грамотно ими воспользоваться — 334

963

Простившись с Сильвестром, Вы успели проделать лишь несколько шагов к выходу из его лаборатории, как столкнулись практически в дверях с неким щёголем.

Он был одет достаточно вычурно, но богато: шитый золотом чёрный шёлковой камзол с высоким жёстким воротником, кружевными широкими рукавами и буфами; золотой кулон на шее; перстни с самоцветами на пальцах; изукрашенная рапира с изогнутой гардой в инкрустированных рубинами ножнах; берет с чёрным жемчугом и павлиньим пером…

Судя по всему, это был какой-то важный чиновник, по долгу службы зашедший в такое место, куда он в жизни не ступил бы по доброй воле, и больше всего на свете желавший поскорее уйти.

— Любезнейший, скажите, это Вы — тот самый маркиз Гвидобальдо-Раньери? — очевидно боясь подцепить своим чутким носиком какую-нибудь заразу, пришедший достал надушенный кружевной платочек, поднеся его к лицу двумя холёными пальчиками, оттопыривая при этом мизинчик.

— Да, я, — кивнули Вы. — А в чём, собственно, дело?

— Ой, слава Богу! Наконец-то я Вас нашёл! — пройдя к Вам, он протянул Вам свиток, запечатанный сургучом. — Я — Гийом Дель Монте-Кассино, уполномоченный представитель господина Монтенья. Дело в том, что в соответствии с последней волей господина Монтенья, всё его движимое и недвижимое имущество в Кокани переходит к Вам.

Вы не сразу переварили услышанное: