Бочка порядка, ложка хаоса (СИ) - Гуркало Татьяна Николаевна - Страница 136

— Папа у нас параноик.

— Это вовсе не значит, что его опасения беспочвенны и что каналы не продолжат скачкообразно расти, — грустно улыбнулась Данка. — Он нас все-таки любит, беспокоится.

— Ага, по-своему, — подтвердил Максим.

— А вообще, — предвкушающее улыбнулась девушка. — Сейчас я больше всего хочу посмотреть на Сашку, когда родители его тоже приведут во дворец, сообщат, что отныне он будет жить здесь, а он обнаружит, что в этом мире нет ни компьютеров, ни его любимых игр.

— Тогда Сашка изобретет и компьютеры, и игры, и телефон бонусом. Он упорный, когда ему что-то надо.

Дана хихикнула, улыбнулась и чмокнула Максима в щеку, ту, что без шрамов.

— Дана, тебе здесь совсем не нравится? А как же кавайки? — спросил он.

— Кавайки меня примиряют с действительностью, — улыбнулась сестра. — На Земле ни разу не встречала красивого парня их возраста способного покраснеть и засмущаться. А еще все такие галантные, и смотрят в лицо.

— Их так воспитывали. Я вон, даже не понял намека, когда Тайрин решила, что я должен предложить ей встречаться. Хорошо, что она на такую ерунду не обижается.

— Намека?

— Ага, вообще, забавно получилось. Но когда Матиль мне объяснил, что мужчина всегда должен делать вид, что принял решение именно он, я почувствовал себя не самым умным. Она так намекала, пыталась беречь мое мужское достоинство, ждала, что я сейчас закричу «Эврика!» и как положено сделаю предложение первым, а я не понял. Представляешь?

— А ты такие намеки вообще никогда не понимал, — отмахнулась от этого откровения Данка. — Половина моих подруг тоже тебе намекали, а ты ни в какую, овечек своих выгуливал.

— Овечек?

— Ну, дурочек. С большими газами и маленькими мозгами. Они еще вечно у тебя смеялись не в тему. Где ты их только брал?

— Сами заводились, — честно признался Максим.

— Как тараканы?

— Тьху, на тебя. Где твоя женская солидарность?

— При виде очередной хихикающей дуры убегала в ужасе. Тоже боялась, что ты из-за таких девушек деградируешь.

— Не деградировал же.

— А кто тебя знает? Вдруг ты родился гением.

— Только этого мне и не хватает.

Что хорошего в гениальности Максим никогда не понимал. Лучше уж быть философом. В крайнем случае можно даже в бочке на пляже пожить и говорить всем, что очень любишь Диогена. А гениев при жизни редко признают, чаше гнобят.

Следующие четыре дня прошли спокойно и даже скучно.

Данка штудировала свод законов о замужестве. Временами прибегала к Максиму, шипела, плевалась и обещала оборвать местным мужикам первичные половые признаки. Потом тыкала ему под нос книгу и заставляла читать. Максим читал и натурально прифигевал, другое слово к этому состоянию он подобрать не мог. Дурами в этом мире действительно было быть опасно. Их могли фактически купить в рабство именуемое третьим видом брака, всучив дорогой подарок и всего лишь не уточнив, что дарится он без намека и ожидания. Получалось, они сами себя продавали. Допустим, какой-нибудь бедняжке, у которой голодные дети и никаких перспектив оно могло бы даже подойти, но и она должна быть достаточно умной для того, чтобы потребовать договор, в котором будет записано то, на что она не согласна.

Еще девушек могли элементарно поймать на слове. Она в шутку пообещала выйти замуж, а он пришел со свидетелями требовать обещанного. Или подсунуть камень из храма, возьмешь такой в руку, а потом доказывай, что случайно. Могли оказать услугу и потребовать в качестве оплаты замужество, причем, не обязательно за собой. Так что прежде, чем соглашаться на чью-то помощь, лучше уточнить, что замуж за него не собираешься. Но такое большая редкость и тут еще надо доказать, что услуга того стоит.

В общем, весело люди живут, с фантазией. Хорошо, что у девушек не приято себя навязывать. Почти не принято.

Потом Данка уходила читать дальше, а Максим учился. Набеги сестры вообще здорово отвлекали и после них учеба шла легче. Учителя приходили, задавали вопросы, хвалили, объясняли, уходили, а Максим оставался и пытался втиснуть в себя очередную порцию знаний.

Еще он водил сестру по городу, чтобы привыкала, чаще всего вместе с Матилем или Тайрин. Но иногда приходила Эста, которая учила Данку плохому. Рассказывала, на что ловить местных мужиков, как сбежать из-под надзора старшей родственницы. какие занятные вещички можно купить на первой плоскости, даже о средствах контрацепции рассказала, громко, с подробностями и не стесняясь присутствующих парней. Истинная дочь старшей семьи, чтоб ее. Так же Максим познакомил сестру со своим единственным официальным врагом, и потом они оба долго ей объясняли что это значит и зачем нужно. В общем, было неплохо.

А потом Максима опять похитили.

Причем глупо так, даже Данки, Эсты и Матиля не постеснялись. Просто подбежали со спины, подхватили под руки и потащили в кусты.

Паранойя опять не предупредила. Максим не сопротивлялся, ему стало интересно, какие идиотские требования они еще выдвинут? А вот на то, что ему брызнут чем-то в лицо и он вырубится, парень как-то не рассчитывал. Поэтому прежде, чем потерять сознание успел обидеться и пообещать отомстить.

Девушки и равновесник не думая бросились в те же кусты. Кое-как продрались, пробежали по прочищенной тропинке, которая оказалась немного в стороне от того места, где они преодолевали кустарник. И успели заметить затухающий портал.

— Поубиваю, куплю пистолет и поубиваю, — мрачно пообещала Данка, и тряхнула руками.

Капли энергии с шипением исчезли в снегу.

— Думаю, с ним все будет в порядке, — сказал разумный Матиль. — А вот если мы немедленно не расскажем Серой Кошке, то с нами все в порядке не будет.

— Идем! — чему-то обрадовалась Эста и галопом понеслась обратно к кустам.

— И это леди, — печально вздохнула Данка, до сих пор бывшая о леди лучшего мнения.

Очнулся Максим в похожей на предыдущую мрачной комнате. Да и компания если и отличалась своим составом, то он этого отличия не заметил. Вампироподобные мужики, на взгляд Максима, вообще все были на одно лицо.

А вот положение самого парня ухудшилось. На этот раз не было никакого кресла. Был стул, неудобный. И Максим сидел на нем с завернутыми за спинку и связанными руками. Хорошо хоть ноги не додумались привязать к ножкам.

Максим сидел, молчал. Зеркальщики тоже молчали, время от времени преглядываясь. Пауза затягивалась.

— Что, даже вернуть вам материю не попросите? — наконец поинтересовался парень.

Мужики опять переглянулись, потом дружно уставились на Максима.

— Ты не понял? — став в пафосную позу, спросил один из них.

— Чего не понял? — вежливо спросил Максим, твердо уверенный, что идиотам и сумасшедшим грубить не стоит, даже если сильно хочется. Это низводит до их уровня.

— Будешь сидеть здесь, пока не сделаешь!

— Чего не сделаю?

— Не вернешь нам материю!

— А я и не собирался, — честно признался Максим.

Поток-дракон пытался сжаться в точку, в мире зеркальщиков ему не нравилось еще больше, чем в прошлый раз. Даже если бы Максим захотел провести эксперимент, у него бы ничего не получилось.

И вообще, пускай своих драконов третируют.

— Ты должен…

— Ничего я вам не должен, — твердо сказал Максим. — Это первое. Второе — даже если бы я и захотел, ничего бы я здесь сделать бы не смог. Моему хаосу у вас в гостях не нравится, он пытается просочиться сам в себя и спрятаться. Понятия не имею почему. Я бы на вашем месте поискал местных людей пришедших из хаоса и поинтересовался этим вопросом у них. Почему вы вообще ко мне прицепились? Вам время некуда девать?

— Пришедших из хаоса? — удивленно переспросил один из зеркальщиков.

— Проклятых, — объяснил второй. — Эти твари лет двести назад еще появлялись. Последнего сожрали демоны, когда мой прадед был ребенком.

— А, эти?! — неподдельно удивился первый. — Они не люди и…