Мастера кругов. Тетралогия (СИ) - Дримпельман Павел - Страница 110

- Так значит, говоришь, никогда не видел отца?

- Никогда, - печально ответил юноша.

- Что ж, знаешь, ты на удивление высокий и крепко сложенный юноша, пусть и работаешь в поле. Но самое удивительное, это твои выразительные зеленые глаза, прямо, как мои… - он поднял голову и посмотрел на Линтранда теми самыми глазами. Юноша просидел в шоке какое-то время, затем его глаза покраснели, и он зашмыгал носом.

- Так, получается, что ты мой отец?

- Да, Линтранд, я твой отец. У тебя прекрасное имя, именно о сыне с таким именем я мечтал.

- И вы великий воин?

- Ну, насчет великого не знаю, но кое-что в военном деле смыслю, и я точно не рыбак, – с улыбкой ответил Арес.

- Но где ты был?! Почему не приходил так долго?! Тебе что, было наплевать на нас?! – тут же начал злиться юноша.

- Прости меня, Линтранд, но я воин и мое место там, где война… Я ушел сражаться и о том, что Агата беременна, даже не знал. Меня серьезно ранили под конец войны и долгое время я пролежал в кровати, и еще больше времени восстанавливал свои силы… Если б я только знал, что у меня будет сын, то не бросался бы так безрассудно в битву, - Арес положил руку своему сыну на плечо.

- Какой же я дурак… Моя мама все это время говорила мне правду, а я так накричал на неё. Как я мог довериться тем, кто меня презирал! – правда обрадовала и поразила Линтранда одновременно. - Он был рад, что его отец на самом деле великий воин, и то, что мать не лгала ему все это время. Но мысль о том, что он предал свою родную кровь, поверил тем, кто ненавидел его всю жизнь, разрывала на части и затмевала собой всю радость.

- Я убью их, убью их всех! – прорычал юноша. – Они издевались надо мной, издевались над моей матерью, называли меня лжецом и били за правду о тебе…

- Успокойся, сын! – вдруг грубым воинским голосом крикнул тот, и Линтранд тут же подчинился. – Ты не воин, тебя просто убьют.

Юноша опечалено опустил глаза, сжав кулаки.

– Но я воин.

Линтранд посмотрел на отца, его глаза были полны решимости и злости, он жаждал отмщения не меньше его.

- Отец?

- Я очень любил Агату. И все, что ты мне рассказал, ранило мое сердце. Я оказался ужасным мужем, и еще более ужасным отцом. Клянусь, что защищу честь своей семьи. Пусть и запоздало, но никто не посмеет безнаказанно оскорбить тех, кто мне дорог. А когда все закончится, мы уйдем с тобой и начнем все заново, обещаю, больше я не покину тебя.

Адонис и его отец развлекались в компании женщин и вина, пока Линтранд не зашел к ним в особняк.

- О-о, кто к нам пожаловал? Неужто сам сын шлюхи собственной персоной, –провоцируя, сказал Адонис. В это время на его коленях сидела полуобнажённая красавица.

- Прояви уважение к моей матери, она уже давно мертва.

- Ты слышал это, отец? Уважение к его матери. Ха! Да она шлюхой была, с чего вообще проявлять к ней хоть какое-то уважение, особенно к мертвой.

Отец Адониса рассмеялся.

– Не, ну иногда мне, конечно, жаль, что её больше нет с нами, так сосать член больше не умеет никто, – отец и сын рассмеялись громче прежнего, а также стражники, что были внутри.

- Тогда, может быть, ты проявишь уважение к моему отцу? - после этих слов в помещение вошел Арес, огромный мужчина, внушающий страх в сердца слабых лишь одним своим видом. Улыбки тут же пропали с лица Адониса и его отца, их сердца забились быстрее.

- Э-э, что, твой отец? – глаза Адониса не сходили с воина, стоящего перед ним.

- Да, мой отец, рыбак, помнишь?

- Послушай, Линтранд, чего тебе здесь надо? Зачем ты пришел сюда вместе со своим отцом? – спросил его отец Адониса.

- В чем дело? Куда делась твоя дерзость и оскорбительное поведение в адрес моего сына?! – грубым тоном спросил Арес. После такого глава деревни замешкался, но тут же постарался взять себя в руки.

- Да кто ты такой?! Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне?! Я глава этой деревни и одно мое слово, как тебя заколют вместе с твоим сынком.

- Я Арес, муж Агаты, над которой вы издевались и сделали ее жизнь невыносимой, отец Линтранда, чью правду вы втоптали в грязь, а затем всей деревней втоптали в грязь и его самого. Я тот, кто вернет вам долг! -прокричал со всей силы воин. После того, как находившиеся в особняке услышали его имя, в их глазах появился отчётливый страх.

- Арес…Арес, - перешептывались стражники в зале.

– Отец, не тот ли это Арес, что способен сокрушать сотни воинов в одиночку?! - с ужасом в голосе спросил Адонис.

- Бред все это, если такой Арес и существует, то это точно не муж той шлюхи и этого недоноска.

- Ты оскорбил мою жену в последний раз! – Арес указал копьем на главу деревни.

- Да я её не только оскорблял, но еще и как следует трахал! Стража! – крикнул тот. Одиннадцать стражников тут же преградили путь Аресу, но не нападали.

- Что такое? – спросил Арес. – А-а, видимо ждете подкрепление с улицы? –ехидно улыбался воин. – Подкрепления не будет.

- Ты лжешь! – прокричал Адонис.

- Нет, он не лжет, – встрял в разговор Линтранд. – И не только стражники не откликнуться на ваши мольбы о пощаде. Снаружи больше не осталось мужчин.

- Что? Зачем вы убили простых граждан?!

- Они солгали мне, и я убил их. Всех до одного, кто потешался надо мной и моей матерью, всех, кто отравил меня своей ложью. Они молили меня о пощаде и плакали, но моя рука не дрогнула ни разу, - хладнокровно ответил Линтранд. - А ты, Адонис, не надейся на легкую смерть, как и ты, Капанеус, вы оба сдохните в муках.

- Убить их, убить! – провизжал Адонис. Но стражники оставались неподвижны.

- Там же было почти тридцать солдат, и он убил их всех? Да что мы можем… - перешептывались они.

- Идиоты, он наверняка убил их по одному, иначе мы бы прознали об этом, а теперь убейте их, или он убьет вас! – еще раз скомандовал Капанеус.

Стражники, набравшись мужества, ринулись на Ареса и Линтранда. Отец закрыл собою сына и, выставив перед собой свой массивный щит, остановил бегущую на него толпу. Точными и стремительными ударами копье пронзало одного стражника за другим. Щит Ареса был словно неприступная стена, а его мастерство находилось далеко за пределами, доступными простому солдату и вообще человеку. Увидев, как его солдаты падают один за другим, глава деревни встал с трона и бросился наутек. Однако так просто от Ареса было не уйти. Мощным ударом щита он оттолкнул оставшихся троих стражников и, освободив себе пространство, метнул со всей силы копье вдогонку главе деревни. Копье пронзило его ногу прямо у запасного выхода, и толстяк рухнул на живот. Линтранд бросился на Адониса и повалил его. Он начал бить его по лицу так сильно, как мог, выплескивая на него всю злость и обиду, что накопилась у него за всю жизнь.

- Стой, стой, пожалуйста, хватит, - проревел тот. Линтранд остановился и посмотрел на него.

- Пожалуйста, остановись. Прости меня, Линтранд. Я просто завидовал тебе, понимаешь? Я всегда знал, что твой отец великий воин и поэтому так себя вел. Умоляю, пощади меня, мне так жаль. Не убивай меня, – Адонис ревел что есть сил, сопли текли у него из носа, а столько слез Линтранд не видел за всю свою жизнь.

- Хорошо, я прощаю тебя, – ответил запыхавшийся Линтранд.

Адонис с надеждой посмотрел на него сквозь заплаканные глаза. Линтранд вытащил кинжал и пронзил его грудь, он наносил удары снова и снова, пока юноша не перестал плакать и дрыгаться под ним.

– Я прощаю тебя, жалкий кусок дерьма, иди с миром, - Линтранд сел рядом с трупом, чтобы отдышаться.

Он оглядел комнату в поисках отца. Все стражники были мертвы, а великий воин шел к главе деревни, который отчаянно пытался уползти с копьем в ноге. Арес подошел к нему и тут же схватился за копье, повернув его в бедре. Глава деревни заверещал от боли.

- Не надейся сдохнуть быстро, твоему сынку придется подождать тебя часок-другой в загробном мире. Ты будешь умирать долго, за каждое оскорбление моей семье ты ответишь сполна.