Лунатики - Набокова Юлия - Страница 85

Соне снился кошмар. Марк тащил упирающегося Яра к краю крыши. А Полозов молчаливо наблюдал за тем, как его младший сын собирается сбросить с небоскреба старшего.

Нельзя было медлить ни секунды, и Соня, вскочив на ноги, бросилась вперед. С силой отшвырнула с пути Полозова, так что он на миг выронил адуляр. Подобрать бы его — но времени нет. Еще секунда, и Соня вцепилась в плечо Марку. От неожиданности он вскрикнул и выпустил Яра. Тот мгновенно вскочил на ноги, а Марк, пошатнувшись, не удержал равновесия и перелетел через бортик, повиснув на краю. Удивление, промелькнувшее в его глазах, сменилось смертельной паникой.

— Отец! — сдавленно вскрикнул Марк, отчаянно цепляясь за бортик. — Помоги!

— Слабак. — Полозов едва взглянул на младшего сына и отвернулся. Его куда больше занимала луна на небе, чем жизнь Марка.

Правая рука Марка соскользнула с поручня, и теперь он опасно повис над бездной на одной левой. Соня ахнула и шагнула к нему, но Яр, опередив ее, протянул руку брату:

— Хватайся!

Марк, замешкавшись, взглянул на Яра снизу вверх.

— Ну же!

И Марк решился. Руки братьев крепко сцепились, и Яр втащил Марка на крышу. Соня облегченно выдохнула, когда оба оказались в безопасности.

— Спасибо, — с усилием пробормотал Марк.

Соня с сочувствием взглянула на него. Выглядел он ошарашенным, как будто весь его мир перевернулся. Еще бы — отец, которому он доверял, предал его, а брат, которого он сам хотел убить, спас.

— Ничего еще не закончилось, — пробормотал Яр.

С соседней крыши донесся хлопок, похожий на выстрел. Соня подбежала к перилам и увидела, как на верх другой недостроенной высотки, находившейся этажа на два ниже, один за другим выходят лунатики. Парни и девушки, подростки и взрослые, в пижамах и одетые, все, кто оказался в радиусе действия лунного камня, пришли на его зов. Тридцать человек должны погибнуть, чтобы один обрел бессмертие. В толпе незнакомцев Соня заметила блогершу с каре, подвезшую ее на машине, и ее кольнуло чувство вины. Если бы она не попросила девушку довезти ее сюда, та бы уже благополучно добралась до дома и постила заметки в блог, а теперь, оказавшись по ее вине в зоне действия адуляра, рискует жизнью… Так же как и полицейский Тарасов с маленькой дочкой на руках — Соня увидела в толпе лунатиков и его. А за его спиной… Сердце заколотилось как бешеное, когда Соня узнала сестру — растрепанная, с застывшим взглядом, в белой больничной пижаме, как у лунатиков из лаборатории, это, без сомнений, была ее Лера, которую она не видела целый месяц.

— Лера! — Голос Сони сорвался на крик, но сестра ее не услышала. Вместе с другими лунатиками она молча подошла к краю и застыла, подняв голову к луне.

Соня в отчаянии обернулась к Полозову:

— Прекратите! Что вы делаете?

— Спасаю себя. Врачи дают мне не больше месяца. Адуляр подарит мне бессмертие. — Полозов одержимо смотрел на небо, сжимая в здоровой руке лунный камень.

Марк дрогнул. Как он не понял раньше, что отец безумен? Почему сразу не поверил Яру? Он взглянул на брата, и тот, едва кивнув, подал их условный сигнал:

— На раз, два, три. Как в детстве.

— Начинается! — услышали они лихорадочный возглас Полозова, и, подняв глаза к небу, увидели, как на краешек луны наползла черная тень.

Братья одновременно сорвались с места, но отец остановил их одним взмахом руки с адуляром.

— Присоединяйтесь к остальным, — властно приказал он. — Ждите.

Соня не поверила глазам, когда увидела, как Яр и Марк застыли, словно наткнувшись на стену, а затем послушно повернулись и шагнули к краю крыши.

— Яр! — Она повисла на руке у парня, но тот никак не отреагировал. Взгляд был отрешенный и непроницаемый, как будто сознание Яра выключилось.

В отчаянии Соня заглянула в лицо Марку, но тот тоже находился под гипнозом. Его воля, как и воля брата, была парализована приказом Полозова.

— Любопытно! — Профессор наклонил голову, изучая ее как редкий феномен. — На тебя адуляр не действует?

От цепкого взгляда профессора Соня почувствовала, как виски наливаются свинцом. Она шагнула к Полозову, намереваясь забрать у него камень, но воздух внезапно стал вязким, как кисель, а движения сделались заторможенными и давались с трудом.

— Сила адуляра растет по мере затмения, — удовлетворенно заметил профессор.

Взглянув на луну над головой, Соня увидела, что диск почти наполовину скрыт зловещей темной тенью. «Почему луна не красная?» — удивилась она. Зрелище было одновременно завораживающим и пугающим: тень стремительно ползла дальше, как будто пожирая бледно-желтую луну, откусывая от нее по кусочку и погружая во тьму.

Времени почти не осталось. Из последних сил Соня швырнула ставшее непослушным тело на профессора. Если бы сил хватило, она бы утянула его с крыши вместе с собой. Но ей удалось лишь коснуться лацкана его пиджака и упасть к ногам, как марионетка с подрезанными нитями.

— Ты сильная девочка. — Профессор улыбнулся ей почти ласково. — Я не ошибся, когда послал тебя за адуляром.

— Почему я? — выдохнула Соня, глядя на него снизу вверх.

— Я встретил тебя в музее, ты так увлеченно разглядывала лунный камень. К тому же, — цинично добавил Полозов, — с сиротами проще иметь дело.

— Как у вас очутилась Лера? — Соня отыскала сестру в толпе лунатиков на соседней крыше.

— Черскому надо было избавиться от проблемы, и он привез ее в лабораторию. Когда он открыл багажник, Лера очнулась лунатиком. Она очень не хотела умирать…

— Что вы с ней делали все это время?

— Ничего такого. Твоя сестра оказалась гораздо слабее, чем ты, в команде от нее бы не было толку. Поэтому я погрузил ее в глубокий сон и провел ряд экспериментов, которые давно планировал.

— Вы чудовище, — выдохнула Соня.

Одновременно черная тень поглотила ровно половину луны, поползла дальше и внезапно поменяла цвет на красный, заставив Соню похолодеть. Тень светлела на глазах, открывая очертания круглой луны, заклубилась алым сиянием, и на нем проступили темные пятна кратеров — словно раны.

— Кровавая луна, — нетерпеливо выдохнул Полозов, схватил Соню за руку и подтащил к краю крыши. — Пора.

— Остановитесь, — слабо выдохнула Соня.

— Не бойся. Это не конец, — убежденно сказал Полозов, и глаза его сверкнули безумным огнем. — Все только начинается.

Соня вздрогнула, вспомнив, что уже слышала эти слова во сне, только тогда к краю крыши ее тащила Ада… Она в отчаянии огляделась. Реальность оказалась еще хуже кошмаров.

В нескольких шагах от нее застыли бок о бок Яр с Марком. Непримиримые враги, в последние минуты вновь ставшие братьями, но уже не успевшие остановить своего безумного отца.

Избитый Муромец приобнял Ви на краю бездны. Оба под гипнозом, но даже бессознательно Муромец прижимает к себе Вику, стремясь оградить ее от всего света. Хотя до последних минут Вика нападала на него по приказу профессора. Рядом с ними стоит Лис, и нет сил смотреть, как все трое шагнут в бездну. Чуть дальше застыли трое противников Лиса из команды Марка, их взгляды пусты, они только и ждут приказа Полозова, чтобы покорно сигануть вниз.

А через пропасть от нее — в толпе еще двадцати обреченных лунатиков, двумя этажами ниже, на другой крыше застыла Лера. Сердце разрывается при мысли, что бабушке придется хоронить их обеих. Жаль, Соня так и не обнимет сестру на прощанье.

Но она еще может успеть проститься с Яром.

— Дайте мне минуту. — Она с мольбой взглянула на Полозова, завороженно наблюдающего за ходом Кровавого полнолуния, которое приближалось к апогею.

Он раздраженно стиснул ее за руку, удерживая крепче. Луна уже на три четверти налилась красным светом, словно запрещающий сигнал светофора сияла посреди звездного неба. До финала оставались считаные мгновения.

— Я хочу проститься с Яром, — слабо прошептала Соня.

Полозов взглянул ей в глаза, и Соня поняла, что окончательно теряет свою волю. Она сделает все, что скажет профессор. У нее больше нет никаких сил, чтобы противиться его приказу. Только любовь к его сыну еще удерживает ее в сознании.