Трудности перевода (СИ) - Кошкина Татьяна - Страница 48

- И что же я буду переводить? - улыбнулась и, наконец-то, прижалась к нему без опаски. Зловредный колокольчик, кажется, угомонился.

- Свои мысли, а то я в них нихрена не понимаю, - еще раз поцеловал и все-таки нажал заветную кнопку. Лифт медленно поехал на подземную парковку. Удивительно, но их уединение так никто и не потревожил. Видимо, все активно дорабатывали последние заветные рабочие часы.

***

Умеет Шилов все испортить. Вот, казалось бы, только помирились, ехать бы домой и наслаждаться друг другом. Так нет, нужно было завести песню про неисправную машину, насильно вложить ключи в руку и прочитать лекцию о безопасности вождения. Ирина снова вскипела, села в свой гетс и громко хлопнула на прощанье дверцей. Резко повернула ключ, двигатель взревел. Ладно-ладно, в лучшем случае зашуршал, реветь могла другая, более мощная машина.

- Ира! Какого черта ты опять творишь?! - он подбежал к машине и оперся руками на край крыши. Женщина открыла окно и швырнула в него ключами со зловредным брелком тойоты.

- Я не предам свою машину! Мне не нужна новая! И от тебя ничего не нужно, ни подарков, ни финансовых вложений в мою жизнь. Я не банк, Шилов, и не бизнес. Мне не нужны инвестиции. Мне ты нужен, понимаешь? - с горечью в голосе бросила последнюю фразу и закрыла окно. Взвизгнули шины и маленькая желтая машинка сорвалась с места, оставляя позади растерянного орангутанга.

Погода тем временем испортилась. Небо закрыли плотные тяжелые облака и начался дождь, самый настоящий летний ливень. Но даже через плотную пелену Ирина смогла разглядеть знакомый черный внедорожник. Он догнал её на выезде из города. Машин на трассе почти не было, женщина воспользовалась этим и вдавила педаль газа. Желтой молнией гетс несся сквозь дождь.

Олег ехал следом и клял себя на чем свет стоит, додумался же. Надо было подождать, постепенно донести, а он опять с места в карьер. Ну нельзя доверять этой машине, даже звук её мотора говорил о том, что старушка добегалась. Ей только по деревне со скоростью двадцать километров в час ездить, и то бы не рискнул.

Хотел как лучше, а получилось так, что теперь несется Ирина сквозь дождь на разваливающемся на ходу тарантасе. Стоило подумать об этом, как хорошо заметная желтая машинка странно вильнула и будто в замедленной съемке слетела с дороги в кювет.

Сердце замерло и пропустило несколько ударов. Мужчина ударил по тормозам и резко сошел на обочину, едва сам не потерял управление. Поднял вверх волну грязи, но все-таки остановился. Забыв включить аварийки, он метнулся под дождь…

Нестройной азбукой морзе сердце отбивало только одно имя: “Ира”.

Глава 29

Где-то между городом и коттеджным поселком

Съехал вниз по скользкой грязи, большую часть пути проделал на пятой точке. Но было уже все равно. Всё равно, что колючки кустарника цепляются к дорогому костюму, ботинки проваливаются в размытую дождем почву и уже промокли насквозь. Он подбежал с замер.

- Везучий мой Ёжик, - шумно выдохнул и бросился к машине, что так удачно пролетела ровно между двумя деревьями, и встряла в грязь. Миллиметр вправо, миллиметр влево - Ирину пришлось бы доставать при помощи МЧС и, возможно, по частям. Сейчас же бампер только слегка помялся. Больше пострадал какой-то непонятный куст, что теперь под неестественным углом торчал из земли, обломки веточек валялись вокруг.

Олег остановился у машины, изо всех сил дернул водительскую дверь. Крепление предательски скрипнуло, но не сломалось. А крепкий все-таки корейский броневичок! Дверь открылась без проблем, ей было глубоко наплевать на истерику какого-то там мужика. Плевать на то, что её хозяйка чуть не погибла. Железка, что с неё взять?

А вот Ирина железкой не была. Она сидела на месте, растерянно хлопала глазами и не двигалась. Кажется, вообще его не видела.

- Ира! - гаркнул во всё горло, чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание. Не получилось. Хотелось встряхнуть её изо всех сил, вытащить из машины, прижать к себе и никогда не отпускать. Спрятать Ёжика в своих руках и обнять, несмотря на колючки. Но он хорошо помнил главное правило после аварии - не трогать пострадавшего. Удар в любом случае был, ремень безопасности Ирина, слава богу, пристегнула, но он мог повредить плечо или спину. Любое движение может усугубить невидимую травму. Навредить своему Ёжику еще больше он не хотел.

- Я люблю тебя, - он не сразу расслышал тихий голос за интенсивно барабанящими по автомобилю каплями дождя и гулом пролетающих машин. Все звуки вернулись внезапно вместе с её голосом, будто кто-то выкрутил у телевизора звук на максимум. - Я люблю тебя, Шилов, - повторила громче.

Её глаза по-прежнему смотрели в одну точку перед собой. Это был шок, определенно. Теперь в таком же состоянии пребывал и Олег. Ирина раз за разом повторяла одну и ту же фразу, пока он не пришел в себя, заглянул внутрь салона и вытер ладонью её слезы, что уже пару минут катились по лицу. Ну лбу женщины красовался внушительных размеров синяк - нужно было ехать в больницу.

- Ира, успокойся. Все будет хорошо, все будет хорошо, - успокаивал он её или, на самом деле, себя? Кто его знает? Видимо, обоих сразу. - У тебя что-то болит? Спина? Шея? Попробуй пошевелиться.

Она не ответила, но просьбу выполнила. Покачала головой, двинула плечами, наклонилась из сторону. Поморщилась от боли.

- Плечо болит, - потерла его рукой. Ремень безопасности слишком сильно в него врезался. - И такое чувство, что меня кто-то перетряхнул, как баночку с драже и все органы перемешались. Внутри ноет.

- Ну ничего, это не страшно, - наклонился, отстегнул ремень безопасности и аккуратно взял женщину на руки. Теперь можно. Раз шевелится, значит, за позвоночник и шею можно не переживать.

***

Боль в плече перестала иметь значение, когда Ира обняла широкую шею, прижалась к щекой к мокрому пиджаку и заплакала. Слезы смешались с холодными каплями дождя. Кусая его за лацкан, чтобы не разрыдаться в голос, Ирина еще раз переживала то, что случилось в момент аварии. За эти несколько секунд полета в кювет перед глазами пронеслось всё. Нет, не вся жизнь, как обещают в фантастических фильма. А всё, чего она не сделала. Всё. что она может сейчас потерять навсегда. Юлька. Потенциальные внуки. Мечты о домике у моря. Свадьба учителя Вана, он же будет ждать. Олег. На самом деле, мысль о нем пришла раньше, сразу после дочери.

Если её она успела хотя бы поцеловать на прощанье, то с Олегом в очередной раз поругалась. Неужели такой будет их последняя встреча? Наполненной раздражением, обидой, злостью. От одной мысли сердце сжалось, а от мысли, что она потеряет его навсегда - разорвалось на мелкие кусочки.

Сейчас, обнимая своего Охотника, втягивая носом запах не такого уж и тяжелого парфюма, смешавшийся с потом и дождем, слушая глубокое сбивчивое дыхание, чувствуя, как её бережно несут прочь от машины, Ирина могла повторять только одно предложение. Я люблю тебя. Пусть еще сто раз его услышит. Ей больше не будет больно и страшно из-за того, что не успела сказать. Можно с чистой совестью снова лететь в кювет.