Трудности перевода (СИ) - Кошкина Татьяна - Страница 47

- Ира, что случилось? - выражение её лица было таким красноречивым, что даже гений проницательности Олег Шилов догадался. Что-то не так.

- Если ты считаешь, что все нормально, значит, все нормально, - не хотелось ему объяснять очевидные вещи. А что такого? Если у него переизбыток наглости и недостаток совести, пусть наслаждается процессом и голову ломает.

- Я вижу, что ты обижена, - взял папку и открыл. - Объясни, что не так? Тут все документы?

- Документы и переписка, можешь своего любимого Кожевникова хоть прям сейчас на кресте распять и тебя все радостно поддержат. Еще под этим крестом кан-кан станцуют, - ответила только на последний заданный вопрос. Знала. что это выведет его из себя. Так и получилось. Папке сегодня явно не везло. Второй раз за утро её с силой бросили на стол. В этот раз сила была раза в три больше.

- Ира, твою мать, объясни нормально. Что за обиды? Я не умею читать мысли! - рыкнул Олег.

- Учись, - развернулась и выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью. Кипящий за ней Шилов не подозревал как близок он был к скоропостижной кончине от рук собственного переводчика.

Пылая праведным гневом, она совсем забыла про бумажку для Маши, которая так и осталась сиротливо лежать на столе Олега под несчастной папкой с компроматом.

***

Тем же вечером

Сотрудницы отдела переводов мерно стучали клавишами, завершая последние на сегодня тексты. А Ирина кусала губы, размышляя, как вызволить из плена характеристику Маши так, чтобы не встретиться с бабуином, который свои причиндалы в штанах удержать не может. Одно она не учла, что если весь день думать одну и ту же мысль, она имеет свойство материализоваться.

Материализоваться в лице Олега Шилова собственной персоной на пороге кабинета за полчаса до конца рабочего дня. Стук клавиш затих. Если Кожевников вечно носился по офису, то Шилов исключительно вызывал к себе в кабинет. Создавал образ большого босса и у него это прекрасно получалось, сотрудники относились к генеральному с молчаливым трепетом. Сейчас же он стоял здесь и удивлял сотрудниц.

- Да? - она сжала зубы, чтобы не ляпнуть какую-нибудь грубость. Только не перед подчиненными.

- Ирина, вы забыли у меня на столе характеристику. Я всё подписал, - подошел к столу и положил на него злосчастную бумажку. Женщину передернуло от одного взгляда на его руки. Те, что ласкали её столько раз, а вчера ночью…кого-то другого. Отвратительно. Омерзительно. Гадко. - Можно вас на пару слов в мой кабинет?

- Нет, - сорвалось с губ раньше, чем она поняла свою ошибку. Взгляд мужчины был обманчиво спокойным. Каким-то шестым чувством Ирина поняла, он в одном шаге от своего любимого действия - схватить и утащить. Но менять решение было поздно.

- Две минуты. Собирайте вещи и жду вас в коридоре. Это срочно! - больше просьб не было. Развернулся и вышел, хлопнув дверью.

На неё тут же устремились взгляды трех пар удивленных глаз.

- Босс не в духе, - пожала плечами Ирина, закидывая телефон в сумку. По пути к двери положила листок с подписями перед удивленной Машей. - Если завтра не вернусь на работу, значит, генеральный оторвал мне голову.

Взгляды сменились на сочувствующие. Это её совершенно устроило.

***

Лифт

Ирину галантно пропустили в открывшиеся двери лифта. Где-то она это уже видела? Ах да, двери отеля, за несколько минут до…

Один на один в замкнутом пространстве. Ирина разгадала план слишком поздно. Олег оттеснил её от выхода и остановил лифт между этажами. С тихим скрежетом железная кабина замерла на месте.

- Не выйдешь отсюда, пока не скажешь, что случилось, - заявил мужчина, преграждая путь к кнопкам. - Я не собираюсь играть с тобой в “Угадай маразм”. Ни с трех, ни с пяти нот я его не разгадаю. . Говори прямо, что случилось за эту неделю, из-за чего ты волком на меня смотришь?

- А как я должна на тебя смотреть? Ты не звонишь, не пишешь, мои звонки игнорируешь. А потом у тебя ночует Алла! - выплевывала каждое слово, как ругательство.

Ах, как хорошо не держать все это больше внутри, а выплеснуть наружу. Пусть сам разбирается во всей этой дряни, с неё достаточно. Поиграла в любовь, поверила, в очередной раз об неё вытерли ноги. Не привыкать. Встанет, отряхнется и дальше пойдет с высоко поднятой головой.

Олег, кажется, был в легком недоумении.

- Ты за моим домом наблюдаешь, что ли? - нахмурился. Явно не ожидал такой осведомленности.

- Шилов, я живу напротив. Подошла к окну, выглянула в сад, а там Алла на своей красной машинюке подъезжает. Меня это, знаешь ли, заинтересовало. Потому что я верила до последнего - у нас все серьезно. Думала, через пять минут она вылетит из твоего дома, как пробка из бутылки. А вместо этого… - всё, заплакала. Дышать стало труднее, глаза наполнились слезами от одного воспоминания. Что она почувствовала в этот момент? Боль. Разочарование. Обиду. Всё это вышло наружу вслед за тирадой слов, вместе с потоком слез.

Её как всегда, особо не спрашивали. Олег сграбастал отчаянно ревущую женщину в охапку и с силой прижал к груди, не беспокоясь о сохранности очков. Оправа опасно скрипнула, но, кажется, выдержала.

- У нас всё серьезно, более чем серьезно, - произнес он, когда Ира перестала отчаянно сопротивляться объятиям и просто размазывала слезы вместе с текущей по щекам тушью по его пиджаку. - Я позвонил Алле, чтобы закончить наши отношения. В итоге она приперлась, злая, как сто чертей, устроила мне истерику. Орала что-то про вселенскую любовь, а потом схватила нож и попыталась вскрыть себе вены. Разумеется, безуспешно. Я не мог отпустить девушку домой в таком состоянии, запер в гостевой спальне. Утром руководитель службы безопасности отвез её домой. Ничего не было, совсем ничего.

- Правда? - сейчас, выплакав накопившееся напряжение, Ирина искренне хотела ему верить. Всё внутри кричало: “Поверь ему и все будет в порядке”. Но маленький колокольчик сомнения продолжал звенеть где-то на заднем плане.

- Правда. Можешь спросить у Сергея Михайловича, он все тебе расскажет, - он сделала маленький шаг назад и, поймав её подбородок пальцами, заставил поднять вверх заплаканное лицо.

- Куда ты пропал? Почему не встречался со мной? - все оставшиеся сомнения она вложила в эти вопросы.

- Боялся, что Илья нас увидит и что-нибудь заподозрит. До сегодняшнего дня ты должна была быть на его стороне. Теперь всё. Директор Ли прижал Майкла. А я запустил программу “уничтожение Кожевникова”. Твоя работа мне очень помогла. Ты умница, - мягко коснулся её горьковатых, мокрых от слез губ. - Мой Ёжик самый лучший на свете! - еще несколько раз поцеловал, успокаивающе и мягко. К последнему касанию, Ирина уже чуть-чуть улыбалась, приходила в себя. Верила.

- Едем домой? Спрячу тебя у себя дома и не выпущу до утра. И на работу завтра не пойдем, я тебя отстраняю. Будешь моим личным переводчиком на весь день, - изложил краткий план по захвату Ежей неугомонный Охотник.