Скользящие по грани (СИ) - Корнилова Веда - Страница 95

– Да, но мне бы не хотелось произносить вслух эти имена – если я ошибаюсь, то по отношению к тем господам это будет крайне непорядочно.

Нет, ну как вам это нравится?! Под ней трон шатается, а она, как крайне воспитанный человек, старается не обидеть кое-кого беспочвенными подозрениями?! Ох, Ваше Величество, при такой излишней деликатности вас, и верно, через какое-то время скинут с престола!

– Как, по-вашему, семейство ди Роминели относится к тем, кто ведет против вас негласную войну?.. – напрямик спросила я.

– Насчет непорядочности этой семьи у меня нет ни малейших сомнений... – едва ли не отчеканила королева. – Я уверена, что они замешаны во всей этой истории. Негодяи еще те, да и нелюбовь у нас взаимная. Правда, прихватить господ ли Роминели не на чем, да и никаких доказательств их участия в этом деле у меня нет.

– Скажите, а кто конкретно пытается на вас давить? Ведь должен быть какой-то человек, с кем вы ведете эти разговоры?

– Да, это некий монах... – устало вздохнула королева. – Он находится в свите архиепископа Петто, и, если судить по словам монаха, то он всего лишь выполняет просьбы неких людей, которых лично не знает, но которым не может отказать в помощи, так как те утверждают, будто речь идет о безопасности страны и трона. Ну, можно утверждать все, что угодно, но каждый разумный человек понимает, что стороннему человеку такие дела никто не доверит. Разумеется, я пыталась выяснить все об этом монахе, но мои возможности ограничены, тем более что монах появляется в столице лишь время от времени – дескать, он не так часто покидает свой монастырь...

Архиепископ Петто... Это один из тех двоих, что когда-то прислали моему отцу письмо с предложением руки и сердца для Оливии де ля Сеннар от господина ди Роминели. Помнится, тогда достопочтенный архиепископ долго расписывал древний род жениха, его богатство, а также особо указывал на то, что, дескать, его дальний родственник Лудо Уорт с первого взгляда влюбился в прелестную Оливию, и они, без сомнений, будут парой, достойной друг друга!.. Это позже я узнала, что архиепископ по-родственному устраивал судьбу своего племянника, а после того, как я оказалась в тюрьме, всячески обелял погибшего родственника, изображая его едва ли не святым мучеником, а меня описывал злобной ведьмой, загубившей невинную душу трепетно любящего ее человека...

– Объяснения насчет монаха шиты белыми нитками... – покачал головой граф.

– Это любому понятно... – согласилась королева. – Кстати, Оливия, когда эти бумаги попали в ваши руки?

– Ну, спрятала я их месяца три назад, или немногим больше, и с той поры мои бывшие родственники пытаются вернуть пропажу.

– Вот как... – королева умолкла, видимо, что-то прикидывая.

– Ваше Величество, мне кажется, вам больше нечего опасаться... – заговорил Крис. – Тех опасных бумаг больше нет, и у вас развязаны руки...

– Если бы!.. – королева так стиснула свои пальцы, что они побелели. – Месяц назад с меня вновь потребовали деньги, опять-таки пугая тем, что отдадут то самое письмо моему мужу.

– У них уже не было этих бумаг... – пожала я плечами.

– Как я понимаю, шантажисты не собирались мне об этом сообщать... – бледно улыбнулась королева. – Похоже, к тому времени эти люди уже поняли, что не стоит надеяться на возвращение пропавших документов, и решили действовать несколько иначе. Мне тогда было сказано достаточно жестко: или вы отдаете нам кое-какие из ваших драгоценностей, причем было точно указанное, какие именно украшения они желают получить, или же мы вручаем то давнее письмо вашему мужу. Я попыталась, было, сопротивляться нажиму, но все было бесполезно. Тем не менее, у меня не было намерений сдаваться просто так, тем более что они так и не вернули мне письмо, за которое я заплатила огромные деньги. Однако когда я узнала, что архиепископ Петто попросил у короля аудиенции для одного из монахов...

– И что же? Вы заложили свои драгоценности, чтоб получить деньги?

– Я хотела это сделать, но... В общем, этот человек сказал, чтоб драгоценности я отдала ему прямо в руки в обмен на письмо и закладную.

– И вы согласились?

– Времени до аудиенции монаха у Его Величества оставалось совсем немного, менее часа, и к тому моменту я уже была смертельно перепугана, готова была пойти на многое, лишь бы закончился этот кошмар. Мне хорошо известны придворные игры, и я знаю, что при наличии этих двух бумаг меня можно обвинить во многих грехах, а уж если учесть нынешнее отношение ко мне Его Величества... Короче, я ответила «да». Сейчас понятно, что в тот момент меня просто умело довели до такого состояния, что я не могла сказать «нет», хотя и понимала, чем рискую.

– Что было потом?

– Аудиенция монаха у короля была отменена, а вечером с тем... священником у нас состоялась встреча в саду. Он протянул мне бумаги, я отдала драгоценности, и мы разошлись. Только вот придя к себе, я развернула бумаги и поняла, что меня вновь обманули – это была всего лишь не очень аккуратная подделка.

– Но как же вы могли так ошибиться?!

– На первый взгляд письмо и вексель казались подлинными. Цвет, размер – все совпадало. Встреча с монахом происходила поздним вечером, было темно, и для того, чтоб внимательно рассмотреть полученные бумаги – для этого мне требовалось выйти на более-менее освещенное место, что в моем положении было совершенно недопустимо. Вполне естественно, мне не хотелось, чтоб меня тогда хоть кто-то увидел! К тому же тогда я слишком волновалась, старясь завершить нашу встречу как можно быстрее... Вы даже не представляете себе всю меру моего отчаяния, обиды и злости, когда я поняла, что меня вновь обманули! Вернее, одурачили! Если честно, то ранее я даже представить себе не могла, что возможна подобная дерзость, особенно по отношению к члену правящей династии!

Да уж, могу только представить, какие чувства обуревали королеву после столь наглого и беспардонного обмана! Не стоит забывать и о том, что речь идет не о простолюдинке, которую бессовестно обдурили, а о королеве большой страны, которая может полной мерой отомстить за подобное. Что ж, раз эти люди не боятся ответного хода, то, выходит, они не только готовы вступить в бой, но и полностью уверены в своей победе.

– Вы потребовали каких-то объяснений от архиепископа?

– Нет... – на глазах королевы вновь появились слезы, только теперь это были слезы злости и отчаяния. – Да и что я могу ему сказать? Дело обставлено так, что и архиепископ, и монах – они всего лишь играют роль посредников, и не более того. Не буду же я на них жаловаться королю! Кроме того, все последнее время архиепископ Петто, хотя и бывает постоянно при дворе, но в одиночку никогда не ходит, и понятно, что задавать ему вопросы в присутствии посторонних я не стану. Впрочем, если бы я даже и стала ему о чем-либо говорить или требовать объяснений, то он всего лишь разведет руками с видом полного смирения: простите, не имею представления, о чем идет речь, ведь я всегда считал, что вы беседуете с тем слугой Небес только на богословские темы!

– Мы бы рады вам помочь... – заговорил Крис. – Но, право, не знаем, что можем сделать...

– Понимаете, в данный момент для меня самую большую опасность представляет именно пропажа тех самых драгоценностей... – продолжала королева. – Вернее, это не пропажа – я сама отдала украшения им в руки. Без сомнений: их просили у меня не просто так. Ранее я думала, что это очередная ненастная жадность вымогателей, но сейчас осознаю, что дело обстоит несколько иным образом. Раз у них нет бумаг, то этим людям надо менять планы, допустим, сказать, что я раздариваю свои драгоценности любовникам, у которых стража вынуждена их изымать.

– Ну, это несерьезно. Для того, чтоб бросать такие обвинения королеве, надо иметь убийственные факты...

– Нужные факты можно подготовить, тем более что время для этого у них было, да и фантазии, судя по всему, тем людям не занимать. Если королю станет известно о том, что пропала часть моих драгоценностей, то мне страшно представить, что произойдет дальше... – женщина непроизвольно потерла ладонью левую часть груди. А вот это плохо: кажется, это вымогательство длиною в год для бедняжки не прошло бесследно – у королевы Эллен начались проблемы с сердцем. – Исчезновение драгоценностей – дело само по себе скандальное, но среди тех украшений было несколько вещиц, издревле принадлежащих королевской семье этой страны и передающихся из поколения в поколение. Если только станет известно об их пропаже... Я хорошо знаю короля, моего мужа: он, без сомнений, прикажет перевернуть всю страну, и ему отыщут эти драгоценности, но, боюсь, что возвращение каждого из этих украшений будет сопровождаться таким скандалом, что я боюсь об этом даже думать! Например, совершенно невероятным образом выплывет несколько весьма скандальных историй о том, что я плачу драгоценностями своим ухажерам...