Камень королей (СИ) - Середа Елена - Страница 141

— Заткнись.

От его голоса пробирало морозом по костям. Но Тайли было не так легко пронять.

— Ах ты сво…

Кален взмахнул рукой, и пасть бандита захлопнулась. Свора застыла в недоумении. Магия была в Могареде редким явлением, и ни до кого не дошло, что им нужно удирать отсюда со скоростью летящей стрелы. Некоторые стали готовиться к драке, достав ножи и сняв дубины с поясов, однако нападать без приказа никто не решался, опасаясь потом схлопотать за это от Тайли. Амбалы, державшие Сони, привалили его к стене, избавляясь от обузы. Ну и прекрасно. Он обхватил себя за плечи и поджал колени. Так даже лучше — боль как будто немного поутихла.

— Зачищать город от преступников не моя задача, — медленно произнес командир. Почему все стоят? Неужели у банды Быстрой Руки отбился нюх? От Калена же несет смертью! Желание истереть противников в пыль кричало из каждого его слова, даром что он говорил тихо. — Но за то, что ты, Тайли, сделал с моими людьми, я ни одного из вас не оставлю в живых, и плевать, какой волной меня после этого захлестнет.

Кто-то своры презрительно фыркнул. Зря. Ой зря…

Тайли внезапно прибило к стене; из закрытого магией рта вырвался стон. Кален взмахнул рукой, и несколько ближайших к нему бандитов рухнули, заливая канализацию кровью. Задние, побросав фонари, кинулись бежать, но достигнуть успели лишь поворота.

— Еще? Святой Порядок, сколько же вас распихано по канализации? Ах, что это я. Вам же здесь самое место.

Виньес. Сони улыбнулся. В кои-то веки его цинизм был приятен.

В темноте, сгустившейся после того, как погасло большинство фонарей, падающих людей не было видно. Звучали только влажные, сочные шлепки тел о грязь. Через несколько мгновений они прекратились. В живых из бандитов остался только Тайли, тщетно пытающийся вырваться из плена магии. Кален приблизился к нему.

Командир ничего не сказал, просто поднял правую ладонь, из которой вытянулись несколько длинных лезвий, и провел ей перед Тайли сверху вниз, внимательно глядя ему в глаза. Из глотки бандита вырвался истошный вопль, который не заглушила даже плотно стянутая челюсть. Кален шевельнул пальцами, и крик оборвался. Тайли распался на куски.

— О, Сатос… — пораженно прошептал Сех.

Сони был с ним согласен, но на восклицания не хватало сил. Он закрыл веки, не желая видеть этот кошмар. Пусть ублюдок и заслужил такую смерть, удовольствие от созерцания его разрозненных частей Сони не получал.

Открыл он глаза, только когда почувствовал, как его ощупывают заботливые и теплые пальцы.

— Эй, Сони. Сони! Ты меня слышишь?

На лице Калена вместо недавнего убийственного выражения была написана неподдельная тревога. Последний раз на Сони так смотрела мать, когда ему исполнилось восемь лет и он тяжело заболел. На глаза навернулись слезы. Сони попытался их сглотнуть, но, кажется, ничего не вышло.

— Я что, плачу? — рассеянно спросил он, размазывая по щеке текущую влагу.

Дьерд фыркнул и, не выдержав, рассмеялся.

— Дурак. По тебе течет дерьмо.

Живот согнуло в судороге, грудь заходила ходуном. Сони далеко не сразу понял, что смеется вместе с рыжим магом. Это было больно, зато сняло напряжение, скопившееся за безумную ночь. Гвардейцы пришли за ним. Они не бросили его подыхать.

— Смеется — значит жив, — с облегчением произнес Кален. Он потрогал вспыхнувшую от боли скулу Сони. — Серьезных ран нет. Здесь, наверное, останется шрам, но это мелочь. Если только тебе внутри ничего не отбили, скоро вернешься в строй. Сех, ты как?

— Цел. Почему вы так долго?

— Долго? — Кален изогнул бровь. — Мальчик, если бы я решил, что это не стоит того, мы бы вообще не пришли. Гвардеец должен быть готов к тому, что в любой момент он окажется один, без всякой надежды на помощь, а не ждать небесного благословения.

Сех смущенно хлопнул ресницами, уставившись на изгаженные сапоги.

— Простите, командир.

— Мы пришли так быстро, как смогли, — нехотя объяснил Виньес. — Пока я нашел Калена и Дьерда, пока мы оторвались от погони, пока то да се… Раньше рассвета нам все равно здесь нечего было делать. Дьерда опустошил маг Эрестьена, а без магии нас бы порезали, как свиней.

— Сейчас утро? — оторопело спросил Сони.

Ему казалось, что прошло лет десять.

Кален оглядел побоище и выбрал один из непогасших фонарей.

— Виньес, подними Сони. Нам пора уходить. Сейчас сюда прибудет настоящая стража. Их будет сложнее обмануть, что мы «свои».

Когда маг вскинул Сони на плечи, от резкого движения его замутило. Тошноты добавлял и запах крови, наполнивший тоннель. Убраться отсюда следовало как можно скорее. Мундиры магов были не украдены, а одолжены у «истуканов» — некоторые из них на что только не были готовы за деньги Альезана, — но попадаться им на глаза все же не стоило, особенно на месте преступления. Кален, однако, не спешил. Покусывая нижнюю губу, он с одинаковым сомнением изучал оба конца коридора.

Канализация скоро будет полна стражи. В резиденции наверняка вспомнили про загадочный амбар, из которого «все всегда пропадает», да и любой сметливый человек догадается поискать в коллекторах, где часто прятались разбойники. К тому же существовал риск наткнуться на оставшихся людей Тайли или других гостей канализации, светиться перед которыми было излишне.

Но и подниматься на улицы было нельзя. Пятеро мужчин, избитых, вонючих, перемазанных отходами, в придачу переодетых стражниками, не то что привлекут внимание — потаращиться на них примчатся все могаредские мальчишки, которые разнесут новость по всему городу. Какой же выбрать путь?

Сони, угадав колебания командира, прохрипел:

— Нас может укрыть Ниса.

— Кто это?

— Ниса… — не раз прикушенный язык еле ворочался, и Сони пришлось сделать передышку. — Хозяйка приюта, где… я иногда жил.

— Она надежна?

Вопрос на горсть золота. В Могареде Сони не знал ни единого по-настоящему надежного человека, но Ниса лучше других подходила под это определение.

— Мне она… никогда не отказывала. И идти до нее… близко.

— Веди, — кивнул Кален.

Отличное предложение. Сони не слишком хорошо соображал, что творится вокруг, а тут… Он заставил себя встряхнуться. Если он распустит нюни, висеть отряду на общей перекладине. А Сони все еще хотел жить.

— Помоги дойти до поворота, — попросил он Виньеса.

Тот покорно его потащил. Сони искореженными, непослушными пальцами коснулся угла. Сначала они не ощущали ничего, кроме боли и онемения. Сони несколько раз сжал ладонь в кулак и разжал, возвращая ей чувствительность. Ну же, вспоминай… Ага. Знакомая щербина на кирпиче. В этом тоннеле Даки рассказывал им о том, как грабил Тесгелла.

— Один коридор до Нисы, — объявил Сони.

Добраться отсюда до приюта было элементарно: прошлепать чуть-чуть по канализации, открыть люк, подняться по ржавым скобам — или, в случае Сони, быть вытащенным наружу, потому что сам забраться он не мог. «Закрыть глаза» паре уже занявших рабочие места нищих монетой, обескураживающе улыбнуться застывшему посреди дороги лавочнику. И юркнуть в подворотню, к старому дому, который снаружи казался обветшалым, но мог выдержать не одну осаду стражи.

В ранний час, когда над Могаредом брезжил рассвет, двери приюта были заперты. Его обитатели предпочитали ночь; открывать белому дню свое лицо для них было опасно. Все посвященные в истинное предназначение невзрачного здания, затерявшегося в переулках, знали, что хорошую компанию, угощение и приятное времяпрепровождение они найдут лишь вечером. Утренним посетителям Ниса могла и не открыть.

— Ну же, ну же… — приговаривал Сони, барабаня в прочную дверь, выдержавшую на своем веку множество попыток ее выломать.

За ней не раздавалось ни звука. То ли Ниса еще спала, то ли выглянула в окно и заметила на гостях стражницкую форму. Скорее всего, второе. Обычно, когда к ней стучались подозрительные люди, хозяйка сперва будила тех, кому в доме находиться было нельзя, и спускала их в подпол. Разумная предосторожность, но она занимала много времени, а отряду тоже угрожало преследование.