После нас - хоть потом - Лукина Любовь Александровна - Страница 254

- Во сне, что ли, нашкодил? - усмехнулся кудесник.

Тот вздрогнул.

- Как вы узнали?

- А чего тут узнавать? Пить ты себе запретил, курить запретил, взятки брать запретил… Так?

- Так! - истово подтвердил гость, глядя во все глаза на престарелого ясновидца.

- От жены гулять… - с утомлённым видом продолжал чародей. - Сплетничать, морды бить, воровать, ясен месяц… Изверг ты, прости Господи! Разве ж можно так над собой издеваться? Ты б ещё дышать себе запретил…

- Да, но… работа…

- Вот на работе бы и выпендривался! А ты ж целый день так! Связал себя по рукам и ногам, да ещё удивляться, что душа на волю просится… Что снится-то?

- Банк граблю, - сдавленно признался посетитель. Стоящий у окна Глеб Портнягин обернулся и удивленно оглядел клиента, словно бы увидев его впервые.

- Круто, круто… - с уважением молвил кудесник. - А где грабишь? В Баклужино или ещё где?

- В Баклужино… Иногда в Суслове…

- И давно это у тебя?

- Скоро год…

- Денег много берёшь?

- Н-ну… сколько в кейс поместится… Смотря какими купюрами…

- Ясно… - подытожил колдун, поворачиваясь к ученику. - Полюбуйся на него, Глеб! Вот из-за кого у нас, оказывается, инфляция-то свирепствует! Не сны это, мил человек, - насупив косматые брови, вновь обратился он к испуганно отшатнувшемуся гостю, - а самая что ни на есть астральная проекция. Дрыхнешь себе, а тонкое тело твоё тем временем по сейфам шарит. Думаешь, ты воображаемые деньги берёшь? Ты астральную сущность из национальной валюты изымаешь! Приходят клерки утром в банк - вроде все купюры на месте, ни одной не пропало. А сотни две пачек (или сколько там у тебя в кейс влезает) по твоей милости обесценились… Девальвировались на хрен! И так каждую ночь! Лучше бы ты, ей-богу, наяву проказил…

Нотация осталась незавершённой, поскольку душа клиента сначала метнулась в пятки, а затем и вовсе прянула с перепугу из бренной оболочки. В бега ударилась.

- Глеб… - недовольно позвал Ефрем.

Ученик чародея подошёл к креслу и, нащупав тонкий энергетический «шнур», связывающий физическую и астральную сущности посетителя, легонько пощекотал эту невидимую простым глазом нить, отчего та судорожно сократилась, вернув душу в тело.

- Гос-споди… - еле слышно выдохнул преподаватель прикладной морали. - Как же теперь…

- Теперь-то? - Кудесник нахмурился. Не вставая взял со стола чёрную книгу времён самиздата, раскрыл, пролистнул. - Вот… - проговорил он, найдя нужное место. - Сказано: «Следует вести себя удовлетворительно. Отлично себя вести - нехорошо и греховно». А ты что делаешь? О душе подумай, заморишь душу-то! Хлопни после работы стаканчик, покуролесь малость, в долг без отдачи возьми - душа и насытится, и не будешь ты больше по ночам банки грабить…

- Это невозможно, - обессиленно проговорил клиент.

- Ну, ничего другого предложить не могу… - развёл руками Ефрем. - Поди тогда таблетки от угрызений совести купи - по утрам принимать будешь. Их сейчас без рецепта в любой аптеке навалом: не берёт никто - незачем… Но я тебе говорю: чем химию глотать, лучше водки выпей.

- Знаете, - сказал посетитель, поднимаясь из кресла. - Я тогда, пожалуй, к врачу обращусь. Лекарство какое-нибудь пропишет, чтобы спалось крепче… без снов…

- Тоже дело, - подозрительно легко согласился кудесник. - Обратись. Глядишь, поможет…

Озадаченный внезапной покладистостью учителя Глеб проводил гостя до дверей.

- Ты что ж клиента упускаешь? - вернувшись, упрекнул он. - Сам же твердишь: примета плохая…

- Хрен его теперь упустишь, Глебушка, - покряхтывая, отвечал ему старый колдун. - Помяни мои слова: сам через недельку прибежит…

Так оно всё и вышло. Прибежал. Причём вид у преподавателя прикладной морали был на сей раз отнюдь не пасторский. В тесную захламлённую квартирку на пятом этаже хрущёвской пятиэтажки ворвался безумец с одичалыми глазами.

- Помогите! - выдохнул он, плюхаясь в кресло. - Посоветуйте, что делать…

- Рассказывай… - безнадёжно вздохнул Ефрем.

Подрагивающими руками блудный клиент принял протянутую Портнягиным щербатую чашку с успокаивающим настоем раздолбай-травы - и минуты полторы приходил в себя.

- Прописали мне снотворное… - всё ещё задыхаясь, начал он. - Очень сильное средство. Засыпаешь - как в погреб проваливаешься… Утром встаёшь свеженький, отдохнувший, с чистой совестью. Грабил во сне банк, не грабил - ничего не помнишь… И вот просыпаюсь сегодня среди ночи… Не знаю, что меня разбудило…

- Где просыпаешься? - уточнил колдун. - В постели?

- Нет! - Клиент содрогнулся. - В том-то и дело, что нет! Стою в переулке, в двух шагах от дома, одетый, с кейсом… Ну, испугался, конечно… Лунатизмом вроде никогда не страдал… Подобрался к фонарю, приоткрыл кейс, а там… деньги пачками, маска, отмычки какие-то…

Глеб Портнягин молча кинулся к столу и зашелестел газетами. Старый колдун Ефрем Нехорошев с траурным видом кивал редеющими патлами.

- А ведь упреждал я тебя, - укоризненно проговорил он наконец. - Вишь как оно обернулось-то! Вот принял ты снотворное. То есть, считай, привязал душу к телу… Заякорил вроде. Ночью душа трепыхнулась: тык-мык, а тело-то не пускает… Раз не пустило, два не пустило, а на третий раз душа взяла и превозмогла. И пошли они грабить на пару… Вот ты говоришь: лунатизм. А лунатик - он кто? Тот, у кого душа по ночам вместе с телом гуляет. Или, скажем, склеротиков возьми: выйдет в астрал, а физическое тело по рассеянности снять забудет…

- Есть! - выпрямившись, перебил Портнягин. - «Ограбление года»! Только это позавчера было, а не сегодня…

- Про сегодня ещё напишут, - успокоил Ефрем.

- Ни единой улики, - чуть ли не с завистью поглядывая на клиента, информировал Глеб. - Основная версия: гастролёр международного класса с осведомителем из банковских служащих. Сигнализацию отключил, шифры и расположение сейфов знал заранее.

- Ну не может же такого быть!.. - возрыдал преподаватель прикладной морали, прижимая пустую чашку к груди. - Какая сигнализация?.. Да я, чтобы дверной звонок починить, электрика вызываю! А шифры… Откуда бы мне их знать?

- Это-то как раз просто, - заверил Ефрем. - Ты в астральном теле столько раз этот банк брал, что всё уже наизусть выучил. У лунатиков такое сплошь и рядом. Мульдона читал? Нет? Зря… Так вот он говорит, что на один случай сомнамбулизма приходится дюжина случаев бессознательного выхода в тонкие миры… Астральное тело - оно ж вроде наводчика. Всё сперва разнюхает, а потом уже с собой физическое прихватывает… Потому такие дела обычно и не раскрываются. Только знаешь что… - озабоченно прибавил он. - Денежку после первого ограбления ты наверняка где-то припрятал… Вот прикинь где. А то супруга на схрон наткнётся - неловко получится…

- А если с повинной? - жалобно спросил бедолага. - Я же, получается, сомнамбула - какой с меня спрос?

- А другие, думаешь, нет? - буркнул старый колдун. - Кого ни спроси: никто ничего не помнит, никто ничего не знает. И всё равно сидят как миленькие… сомнамбула на сомнамбуле… Нет, самому тебе в ментовку лучше не показываться, - заключил он. - А если хочешь государству деньги вернуть…

Не то с надеждой, не то с тревогой клиент вскинул измученное бледное лицо и въелся глазами в старого колдуна.

- Знакомому подбрось, - посоветовал тот. - Из тех, что почестней…

Облачко сомнения набежало на чело преподавателя прикладной морали. Должно быть, перебирал знакомых.

- К сожалению, честнее себя я не знаю никого… - удручённо поведал он в итоге. - Но я подумаю…

Редкий случай: до порога Ефрем и Глеб провожали его вдвоём. Пошатывало клиента. Кренило. Перед самой дверью он внезапно вздрогнул, всполошился:

- Позвольте! А если я следующей ночью опять…

- Ну, это вряд ли, - заметил колдун. - Душеньку свою ты, мил человек, ублаготворил уже по самое не хочу. Чего ей теперь о грехах мечтать? Мечтают о том, чего нету…