Точка отрыва - Коллектив авторов - Страница 102

— Где сенсёры? — тревожно нахмурился мужик.

— Сенсёры? — переспросил Шварц.

— Ну да. Вначале на станции газ пускают, чтобы разозлить ее и обнаружить месторасположение, потом она сама свои газы выпускает. Это у нее реакция, значит, на пищу. А после включают сенсёры.

— А-а-а, сенсоры…

Короткий и резкий вой сирены заставил вздрогнуть. Люди непроизвольно пригнули головы и пропустили шлейф от залпа сенсорной установки. Все, что через пару секунд успел увидеть Шварц, это раскромсанные клочья плоти, разлетевшиеся по воздуху неопрятным фейерверком.

— Вот и угомонилась, пташка-замарашка, — удовлетворенно пробормотал мужик и развернулся в другую сторону, глядя в глубину комнаты. — Арфа, просыпайся.

В темном углу зашебуршило, и кто-то сонно, сладко зевнул. Шварц тихонько засмеялся.

— Ну и человек. Тут такое, а ей хоть бы хны.

— Это тебе в новинку, а для нее привычно, — ответил мужик и еще раз негромко позвал:

— Арфа, вставай. Пора идти.

Фары прожектора напоследок дернулись в небо. Коротко взвизгнула сирена, и огромная изрытая территория погрузилась в темноту.

— Пирожки хотите? — раздалось у самого уха Шварца. В дверную дыру просунулась еще одна голова, вся в мелких золотистых кудряшках и с торчащим гребнем на макушке.

— Не до пирожков сейчас, — проворчал мужик. — Вещи собрала?

— Угу, — серые глаза внимательно оглядели территорию. — Па, я же просила разбудить.

— А чего ты тут не видела?

— Ну, ты и спать. Здесь все выло, как в аду, — удивился Шварц.

— Умаялась, — ответил за дочь мужик.

Через полчаса дорожка, огибающая горы ржавого металла, свернула в сторону и уперлась в ограждение из скрученной проволоки.

— Влево бери. Там дыра, — сказал мужик. Проползли через неприметный лаз, отряхнулись и двинулись по бурьяну. За спинами людей опять коротко взвизгнула сирена и механический голос привычно отрапортовал:

— Говорит станция «Вектор-Хризолит». В зоне наблюдения чисто. В случае прямого столкновения действует инструкция…

Мужик презрительно фыркнул и поморщился.

— Можно подумать, что они скажут по-другому, что в зоне наблюдения уже пятьдесят лет, как не чисто… Ублюдки. Сапрофаги недобитые. По мне, так надо говорить честно и открыто — в нашей зоне  бардак, грязно и воняет.

Под ногами зашуршал потрескавшийся асфальт. Группа вышла на старую дорогу, по одному краю обнесенную сеткой рабицей. Полная луна выплыла из-за черной тучи и равнодушно осветила округу. По другую сторону дороги, через заросли кустарника возвышались корявые остовы разрушенных домов.

Шварц растерянно огляделся.

— Что-то спросить хочешь? — Арфа подошла сзади. Как всегда — неслышно, без единого шороха, шелеста и звука, но опять — неожиданно. Будто тебе в лицо выплеснули полведерка ледяной воды. Шварц вздрогнул и отвел глаза.

— Предупреждать надо.

Девчонка хмыкнула, склонив голову набок, и состроила смешную мордочку.

— Ладно. Давай свой огородок. А то к концу путешествия заикой станешь.

— Параноиком я стану к концу путешествия или паралитиком, — заворчал Шварц, вытаскивая из-за пазухи тяжелый амулет на тонком кожаном ремешке  — пузатый металлический предмет, размером с пол-ладони и расписанный узорами, как ярмарочная игрушка.

— Не снимай, — тихо остановила его девчонка. Взяла в ладони огородок и что-то зашептала, склонив голову у груди Шварца. Мягкие кудряшки защекотали по шее, и он тихо засмеялся.

— Ш-ш-ш, не шуми, — строго нахмурила Арфа стрелки-брови и сверкнула глазами, отчего вдруг сразу стала походить на ведьму.

— Ты настоящая… — прошептал он ей в ухо, — лесная ведьма.

— Хорошо, что сам догадался. Не мешай.

Парень послушно замолчал. Тихое бормотание девчонки завораживало. Шварц попытался разобраться в ее шепоте, пока не почувствовал, как зазвенела голова.

— Вот и хорошо, — кивнула Арфа.

— Наколдовала?

— Угу.

— Эй, что вы там застряли, — крикнул мужик и махнул рукой. Арфа и Шварц прибавили шаг.

Поперек тропинки, перегораживая путь, валялся старый покореженный щит. Шварц нагнулся и вытащил зажигалку. Прочитать стертую, выжженную огнем надпись не удалось, кроме заглавной буквы «К».

— Копино-Задолье, — подсказала Арфа.

— Точно, Копино-Задолье… Слушай, о вас так мало информации. Пока искал документы по комплексу «Вектор», чуть не чокнулся. Черная дыра. В открытом доступе болтается один мертвый сайт.

— Тот, кто тебя сюда послал, наверняка должен был что-то знать.

— Значит, мало знал, потому и послал, — криво улыбнулся Шварц.

— Нет региона — нет информации, — хмуро ответила Арфа.

— Ну, по Сибирскому узлу еще можно что-то найти. Хотя тоже мелочь и ни о чем. Тебе сколько лет? — спросил Шварц.

— Девятнадцать. А тебе?

— Двадцать четыре.

Мужик, обогнавший их не меньше, чем на десяток метров, обернулся и крикнул через плечо:

— Врет. Двадцать восемь ему.

Шварц удивленно хлопнул глазами.

— У него звуковые фильтры в ушах?

— Если нужно — он слышит. Он  сенсёр.

Виктор немного подумал, переваривая малопонятную новость и, на всякий случай, спросил:

— А ты?

Арфа промолчала, неловко пожав плечами.

Полная луна на небе накрылась темной рябью облака, а через секунду благополучно спряталась в ее густой пелене. Шварц тихонько выругался.

— Ну и темень, блин, плохо без фонарика. Если б знал… Где мы? — Шварц нахмурился и быстро защелкал зажигалкой.

— Сейчас увидишь, идем, — в нескольких метрах от них выросла махина черного здания. — Нам сюда, в арку.

Шварц подслеповато моргнул и только сейчас заметил проем в здании. Арфа придержала его рукой, давая понять, что нужно остановиться, и первой вошла внутрь. Виктор поежился и быстро вытащил старый фонарик из накладного кармана штанов. После странного запрета мужика-проводника на новенький пульт с гелиевым зарядом, приходилось по-глупому экономить простую щелочную батарейку. Арфа, в отличие от него легко обходилась без фонарика, прыгая в темноте по кирпичам и колдобинам.

Выбежав вместе с девчонкой из арки, Виктор мимоходом огляделся. И невольно остановился. Прямо перед ним нависла одинокая стена с черными, пустыми квадратами окон. В нескольких метрах от нее стояла другая стена, а в промежутках между ними просматривались развалины.

— Это разлом? — хрипло, осевшим голосом спросил он у Арфы.

— Нет. Это городище. Разлом — другое… Ты впервые в таком месте?

Виктор кивнул. Луна выплыла из-за тучи и без жалости осветила жуткую картину, проступившую в пространстве. Шварц прокашлялся и вздрогнул — вдалеке пронесся заунывный вой.

— Волки? — шепотом спросил он у Арфы.

— Не-е, у нас волков нет, — улыбнулась девчонка.

— А кто это, если не волки?

— Упыри.

— Может, упыри, а может, Бездушные, — оглянулся мужик. — Мертвятина им уже поперек горла встала, а тут свежатина ходит.

— Па-а-а, сказки не рассказывай. Бездушные! Тоже, как придумает… В полнолуние? Бездушные?!

Шварц покосился на Арфу, на мужика, не вполне понимая, шутят они, или говорят всерьез.

— А чем тебя полнолуние не устраивает? Думаешь, кто-то боится твоей луны? — ехидно переспросил Иван Федорович.

Невдалеке, в черном проломе разрушенного здания мелькнул блик. Шварц дернул головой… и поморщился. Откуда-то дохнуло запахами  спелой клубникой вперемешку с тошнотворным амбре разложившейся плоти и бензина. Арфа опять придержала парня рукой. Проводник громко шмыгнул носом и резко остановился. Прямо перед ними на куче битого бетона валялся старый металлический контейнер, наполовину сложенный гармошкой.

— Метка Фазиля… Твою жить, — выругался мужик и быстро свернул в сторону. — Не отставать.

Передвигались быстро, почти бегом. Обогнули несколько полуразрушенных блоков и выскочили на открытую площадку.

Проводник отошел подальше и зашарил глазами по сторонам. Арфа тревожно уставилась на луну.

— Па, ты заметил? Линейная эманация света с двойной полярностью.