Перерождение: Эффект Массы (СИ) - Лерх Ирина - Страница 168

— Это состояние будет усугубляться. — честно предупредил Сарен.

— Значит, придется добровольно посидеть под домашним арестом, всего-то делов.

Он тихо-тихо урчаще рассмеялся. Его такое отношение позабавило. Занятный он. В нем, как и в Гаррусе, удивительным образом сочетались две совершенно разные личности, и сейчас мне аккуратно и осторожно приоткрывалась вторая его ипостась, полагаю, не видевшая мир со времен смерти Десоласа. Проклятье, ощущение, словно дикого хищника приручаешь, который может тебя прибить одним ударом. Или смотаться, если не повезет ошибиться.

На кухню зашел Себастьян. Окинув нас сонным взглядом, он только покачал головой и задал один вопрос:

— Завтрак?

— Буду признательна.

Сарен на присутствие Себастьяна отреагировал спокойно… пока я не встала и не пошла забирать выставленное на стойку кофе и эрг, тем самым, оставив турианца за границами моей ауры. Он мгновенно напрягся, подобрался, но — сдержался. С трудом, но сдержался. Поставив кружки на стол, я села рядом с ним, практически — вплотную. Пара секунд, и он вновь расслабился.

Реакция мгновенная и очень сильная. Плохо. Не должно быть настолько агрессивного отклика организма! Или это из-за задержки в развертке? Проклятье! Разум и подсознание — малопредсказуемы, и всегда могут выкинуть какой-нибудь неожиданный фортель. Особенно, подсознание представителя другого вида. Сарен же сейчас как древнее минное поле: никогда не знаешь, что и когда сработает и как это "что-то" рванет.

Себастьян, занятый готовкой, ничего не заметил. Когда же он выставил на стойку тарелку с бутербродами, за ними пошел Сарен. Что показательно — агрессивного отклика не было. Видимо, если покидает границы он — это воспринимается как допустимое действие, но если ухожу я…

Домашний арест начался сразу после завтрака. Еще не хватало, чтобы кто-то спровоцировал пребывающего в неадекватном состоянии Сарена по незнанию или из-за чистой случайности. Сообщать всем в округе о факте импринтинга ни я, ни сам турианец не собирались. Это — личное дело между Сареном и мною, и никого больше не касается. Никого, кроме Найлуса и Гарруса.

В каюте нас встретила тишина и спокойствие. Гаррус что-то читал с датапада, периодически набивая текст на портативном компьютере а-ля ноутбук, лежащем у него на коленях, иногда сверяясь с информацией на других датападах, раскиданных по всей кровати. Найлус куда-то ушел: я ощущала его присутствие на корабле палубой ниже. В арсенале. На звук открытия дверей Гаррус встрепенулся, но, увидев нас, удивленно моргнул, кивком приветствуя Сарена.

— Располагайся. — я широким жестом обвела каюту, предлагая Сарену самостоятельно выбрать, где он захочет устроиться.

Ну, он и расположился на кровати, удобно пристроив меня рядом на расстоянии вытянутой руки. Некоторое время Сарен наблюдал за тем, что делает Гаррус, а потом подключился к работе, дав пару советов и исправив мелкие ошибки, и уже через пару минут оба турианца активно обсуждали проект модернизации "Крайзы", пытаясь впихнуть в несчастное оружие больше модификаций, чем это предполагается производителем и ее конструкцией. Нашли друг друга два снайпера… Я же их слушала вполуха, наблюдая за тем, как происходит развитие и закрепление привязок.

Вообще импринтинг — крайне неоднозначное явление, особенно вот такой, глубокий и двухсторонний. И бонусов он дает не меньше, чем доставляет проблем, как и любое образование на ауре, душе и в ментальном слое. Первый и самый грубый результат — полное доверие между мной и Сареном. Абсолютно полное, не подразумевающее даже тени сомнения или неверия. Доверие же снимает многие инстинктивные запреты и шторки, что вместе с устанавливающимися ментальными связями дает возможность мне влиять на Сарена как на себя: воздействие на организм, разум и, главное, на щиты. Чтобы взломать разум ему, сперва придется взломать его мне. Удобно… если не смотреть на оборотную сторону. Я не смогу теперь избавиться от Сарена, не убив его, а убить его я тоже не смогу. Физически. Никогда и ни при каких обстоятельствах, независимо от того, что он будет делать. И всегда буду на его стороне. Тут во всю свою высоту встает одна из лично моих заморочек, которую полностью характеризует фраза: "Мы в ответе за тех, кого приручили", усиленная действием импринтинга до абсолюта. Я сама просто не смогу его бросить или сознательно довести до смерти. Я даже на перерождение не смогу пойти, пока он жив, прекрасно понимая, во что выльется ему моя смерть. Вот уж действительно, за что боролась, на то и напоролась. Одиночество мне теперь не грозит. В этой жизни.

О том, что я буду делать в следующем перерождении, я боялась даже думать… Я же не смогу забыть! Сарен… ты даже не представляешь, что ты сделал… и каким боком мне это потом выйдет! Потерю Гарруса и Найлуса я еще смогу как-то пережить… наверное, а вот обрыв двухстороннего импринтинга — нет. Тем более, все сразу…

Жаль. Я уже привыкла к этой своей личности. Четвертую сотню лет уже ею живу. Я едва сдержала смешок, жестко блокируя все эмоции, чтобы, не дай Хаос, ни Гаррус, ни Найлус не заметили даже малейшего отблеска. И, тем более, Сарен. Мои проблемы — это мои проблемы. Двойной стандарт? В чистом виде. Узнает об этом Сарен, и он проживет ровно столько, сколько ему потребуется времени на осознание информации. Меня такое самопожертвование не устраивает категорично. Я-то выживу. Первый раз, что ли, личность до полного разрушения доводить? Память останется, конечно, но — без настолько сильных эмоций. А личность… ну появится новая Я, право дело, житейская ситуация… Подумаешь… Я даже имени своего не помню. Того, самого первого. Выжила тогда, выживу и сейчас.

Наверное.

Злюсь ли я на Сарена? Нет. Вся эта ситуация — моя ошибка. Я дала ему право решать. Что ж поделать, если он выбрал ТАКОЕ решение? Безжалостная сволочь. Что к себе, что к другим. Но — практичная и умная. У него еще есть возможность исправить эту ситуацию. Что делать — он прекрасно знает. Уже видела, как он обдумывал эту идею. Вот только рискнет ли он пойти на такое? Я подняла на него взгляд. Мда… о чем это я? Если решит окончательно — без единого колебания. Вот уж действительно — необычный опыт!

Сарен резко запнулся и тут же вопросительно склонил голову.

— Что случилось?

— Ничего.

В синих глазах — яркое сомнение.

В благоприятных условиях формирование привязок проходило стремительно. Импринтинг разворачивался, давая что-то мне, что-то Сарену. Видимо, он уже начал ощущать мои эмоции так же ясно, как и я его. Вот когда он сможет считывать мои поверхностные мысли, вот тогда настанет полный… милый полярный лис. Упитанный такой! А случится это быстро. У меня есть где-то дней десять максимум, и все, он сможет копаться у меня в голове ничуть не хуже, чем я в его. А через меня — и в башке всех окружающих. М-да…

Двери разошлись, пропуская в каюту Найлуса с "Крайзой" в руках.

— Вы решили ее потрошить прямо в каюте? — скептически спросила я, приподнимаясь на локте.

Найлус осмотрел наше лежбище, кивком поприветствовал Сарена, совершенно не удивившись, найдя его здесь.

— А почему нет?

Он набрал код на консоли, и часть стены ушла в паз, открывая полноценный верстак. А я думала, лень турианцам не особо свойственна. Ничего подобного! Вот он, пример нежелания таскаться на палубу ниже. Тут идти-то метров тридцать от силы.

— Закончил с проектом?

Гаррус покачал головой, что-то азартно набивая на компе.

— Если перегрузишь силовой элемент, винтовка может взорваться в руках. — спокойно сообщил Сарен, внимательно вчитываясь в расчеты.

— У "Крайзы" элемент мощный.

— Не настолько. Придется ставить мощнее. Или что-то убрать.

По глазам Гарруса я поняла, что убирать он определенно ничего не хочет.

— Какой элемент посоветуешь?

— От винтовки гетов. Он самый мощный из существующих на данный момент. Для ручного оружия.