Жизнь навыворот (СИ) - Подольская Софья - Страница 4

  - Ты не ответила на вопрос.

  - Знаешь, - одобрительно кивнула своему отражению, - будь ты хоть вполовину таким мужчиной, как твой отец или брат, ты бы его даже не задал.

  Когда Игорь рассадил костяшки о стену, Марина была уже возле лифта.

  Тонкие, подкрашенные кровью струйки воды медленно стекали по мраморной раковине, чтобы закончить свой путь в городской канализации, - идеальная метафора их совместной жизни. Криво усмехнувшись кареглазому шатену в зеркале, Игорь достал из шкафчика с лекарствами перекись и щедро полил на руку. Схлынувшая вспышка ярости оставила после себя тупое онемение. Оно медленно охватывало тело, по закону подлости минуя голову. Таблетку запил прямо из-под крана.

  Сон не шел. Взбунтовавшийся организм словно нарочно изводил Игоря, подсовывая обрывки хороших воспоминаний. Их первое свидание. Поездка в Лондон. Первый совместный Новый год дома, с огромной елкой, которую они сначала долго искали, а потом наряжали, постоянно прерываясь на поцелуи и секс. Знакомство с родителями. Благосклонный взгляд матери, одобрительное хмыканье отца. Завтраки, ужины, субботы и воскресенья. Планы. Когда все пошло не так? И главное почему?

  Хорошо бы напиться. Утопив сознание в коньячном бокале, обезвредить садиста киномеханика, зарядившего марафон лучших моментов из жизни Игоря и Марины. Она непременно хотела заказать такое видео для свадьбы. Это ведь так романтично! Бутылка была тяжелой, манила янтарным боком, обещая спасительное забытье. Но завтра первая пара, а работу свою Игорь искренне любил. И это тоже раздражало Марину, постоянно твердившую, что он достоин большего. С его умом, его талантом, его знаниями и ее поддержкой. Странно, но вначале она находила преподавательскую карьеру творческой, оригинальной и увлекательной. Когда же все пошло не так? И главное что все?

  В конце концов он отрубился на диване в гостиной. А утром садист будильник вернул Игоря в безжалостную реальность. Проснуться до конца не помогли ни холодный душ, ни двойной эспрессо. И на каждом шагу ее вещи. Заколка, забытая на туалетном столике. Аромат пачули в ванной. Парные чашки. Тапочки. Игорь вылетел из квартиры, не побрившись, в несвежей рубашке, чего обычно себе не позволял. Уронил ключи от машины, так тряслись руки. Вызвал такси, опоздал, к огромному удивлению студентов. Хорошо на этой неделе первые две пары, а потом можно поехать отсыпаться. Только не домой - кровать пахла ее духами.

  - Доброе утро, леди и джентльмены, - хорошо поставленный голос едва заметно поскрипывал. - Тема сегодняшней лекции Джеффри Чосер и его 'Кентерберийские рассказы'. Всех, кто на галерке слушает музыку, я попросил бы из уважения к предмету выбрать англоязычный плей-лист. Итак, кто скажет к какому периоду относится творчество Чосера?

  Тупая боль отступала. Работа, в отличие от родных и женщин, Игоря не подводила никогда.

  Серафима прижалась к бледно-желтой стене, пропуская табун излишне нарядных студенток, похмельных студенток и студенток, которые, похоже, действительно пришли в институт учиться. Изредка в разноцветном потоке мелькали раритетные особи мужского пола. Преподаватель вышел последним. Неудивительно, что дамы на кафедре отзывались о нем с придыханием, а на лекции такой аншлаг. Мужчина был достаточно молод и явно дружил с физкультурой.

  - Игорь Станиславович? - сделала шаг навстречу.

  - Да?

  Их глаза оказались на одном уровне.

  - Меня зовут Серафима. Мне вас порекомендовали, как специалиста по новоанглийскому периоду. Не уделите мне десять минут?

  Долгий изучающий взгляд, в котором отобразилось явное сомнение в способности Серафимы отличить новоанглийский период от среднеанглийского.

  - Разве что десять. У меня следующая пара.

  - Спасибо!

  Не теряя времени, врубила трек, наспех смонтированный из реплик Аргита. Игорь слушал так, что Серафима решила опять поверить в Деда Мороза.

  - Вы ведь понимаете, что он говорит? - уточнила на всякий случай.

  - Разумеется, хотя мой коллега, похоже, решил пошутить и добавил в английский текст немного латыни и новоирладнского.

  Боясь спугнуть удачу, Серафима включила пай-девочку.

  - Игорь Станиславович, этот человек - мой гость и я буду безгранично признательна, если вы поможете поговорить с ним. Я готова оплатить ваши услуги переводчика.

  - Девушка, я не знаю, откуда вы взялись, - произнес холодно, - но я не участвую в розыгрышах. Хорошего дня.

  Игорь развернулся и зашагал в сторону преподавательской.

  - Его зовут Аргит Тиаланах, - Серафима догнала мужчину, - вчера я нашла его в парке без сознания. Сейчас он находится в моей квартире. И это единственный понятный язык, на котором он разговаривает.

  - А есть еще непонятный?

  Игорь притормозил. В карих глазах мелькнуло любопытство.

  - Да. Вот.

  Этот файл получился короткий, буквально пара предложений.

  - А можно еще раз?

  Игорь прослушал запись трижды.

  - Интересно, - поправил очки.

  - Игорь Станиславович, это не розыгрыш. Мне действительно очень нужна ваша помощь.

  После сумасшедшей ночи вид у Серафимы был достаточно страждущий, а в голосе звенело неподдельное отчаяние.

  - У меня еще одна пара.

  - Я подожду!

  - Ну, хорошо, - сдался Игорь.

  - Вот, - вытащила из рюкзака блокнот и поспешно нацарапала на листе номер, - мой мобильный. Буду ждать вас после окончания второй пары за проходной. Я на машине. И, скажите, сколько это будет стоить?

  - Серафима, - чтобы вспомнить имя, Игорь заглянул в бумажку, - я помогу вам. Не в моих правилах отказывать женщинам, попавшим в затруднительное положение. И давайте не будем о деньгах.

  Похоже, он говорил серьезно. И этот факт удивил Серафиму куда больше происшествия в парке и знакомства с домовый. Бывают же чудеса!

  - Благодарю, - по губам скользнула быстрая улыбка. - Тогда до встречи.

  Перед семинаром Игорь даже успел выпить кофе. Странный язык не шел у него из головы.

  Серафима познала дзен в четыре утра, покупая в круглосуточном мини-маркете молоко для домового. И варенье. Клубничное.

  Когда она, возопив, слиняла на кухню, туда притащился Айн и начал бить голодную чечетку. Следом пришел Аргит, в руках у которого недовольно болтался бурчащий Савелий. Все выжидающе смотрели на Серафиму.

  - Сидеть, - скомандовала, открывая собачьи консервы. - Можно.

  Довольная морда нырнула в миску.

  - Аргит.

  Серафима привлекла его внимание и демонстративно разжала кулаки. Савелий шлепнулся на светлый кафель. Потер зад, скривился и погрозил мужчине крохотным кулачком:

  - У-у-у, нехристь!

  Сделал было шаг в коридор, но Серафима крепко схватила его за рубаху.

  - Куда?

  - Дедушка старенький, - закряхтел басовито, - дедушке пора спать.

  - Дедушка сейчас быстро расскажет, как он здесь очутился. Иначе я за себя не отвечаю.

  Ее голосом можно было резать стекло.

  - Опять грушу колотить пойдешь? - в черных, как маслины, глазках домового читалось осуждение. - Али самогонку свою иноземную хлебать?

  Серафима сделала очень глубокий вдох.

  - Има?

  - Что?!

  Ярость в серых глазах схлестнулась с нетерпением в синих. Аргит слегка наклонил голову и отчетливо произнес:

  - Меч.

  Это английское слово Серафима хорошо запомнила еще в больнице. Выругалась, указала взглядом на говорливого мужичка, а, когда Савелий, возмущенно дрыгая ногами, опять взлетел в воздух, пошла в спальню. Получив упакованный в пакет клинок и, на сей раз аккуратно поставив домового на пол, Аргит подошел к обтянутой дерматином двери.

  - Идти. Парк.

  - Сейчас? - обреченно спросила Серафима.

  - Има, парк. Идти.

  Мужчина взялся за ручку. Вспомнив печальную судьбу приборной панели, Серафима закатила глаза и зло выдохнула: