Жизнь навыворот (СИ) - Подольская Софья - Страница 3

  - Има?

  - Има, - кивнула, принимая очередную вариацию своего имени. - Я есть Има. Ты?

  Незнакомец колебался. Застыл прекрасной статуей. Только нечеловечески яркие глаза сканировали собеседницу, которая старалась держаться дружелюбно и не делать резких движений.

  И без того напряженный момент усугубил ворвавшийся во палату Тёма. Щелкнул выключатель. Жалобно охнула кровать. Пациент приземлился на одно колено, переводя настороженный взгляд с девушки на врача и обратно. Прыжка она не видела, Тема, судя по поползшим вверх бровям, тоже.

  - А как он?..

  - Артём, - Серафима показала пальцем. - Есть друг. Помогать. Говорить английский. Тём, скажи ему что-нибудь, он по-русски не понимает.

  Артём изъяснялся бегло, практически без акцента. И ответ пациента выслушал внимательно, даже уточнять что-то начал.

  - Сим, он про меч какой-то талдычит. Важный меч, похоже.

  - Меч у меня. Спроси откуда он приехал?

  Стоило Артёму закончить фразу, как перед глазами Серафимы вновь нарисовался торс. Голос мужчины прозвучал над ухом. Судя по тону, Артём попытался его успокоить.

  - Ему это меч зачем-то очень нужен. Слушай, как он так двигается?..

  - Зачем, - спросила, поднимая взгляд.

  - Да какая разница? - в голосе прорезалось раздражение.

  - Большая, Тём. Скажи, что я отдам его железяку, после того как мы немного побеседуем. Ты ж не откажешься помочь с переводом?

  - Сим, я его почти не понимаю, какой тут перевод!

  - У тебя ж вроде свободный английский?

  Серафима попыталась обойти мужчину, но тот сместился за ней.

  - У меня-то свободный. А вот у него странный.

  - В смысле странный?

  - Да древний какой-то. Я недавно кино по Шекспиру пробовал в оригинале посмотреть, так вот там похоже разговаривали.

  - Все чудесатее и чудесатее, - сказала, доставая из кармана телефон и включая запись. - Тём, попробуй объяснить ему, что меч у меня, я его отдам, но мне хотелось бы получить ответы.

  Диктофон старательно фиксировал непонятные Серафиме слова и звуки.

  - Говорит, у него тоже есть вопросы. И еще ему очень нужен этот долбанный меч.

  - Ладно, - сдалась, - меч дома. Где его шмотки?

  Очередная неудачная попытка обойти ожившую статую. Когда незнакомец, наконец, отошел, Серафима незаметно взяла планшет и начала снимать видео. Артем извлек из тумбочки сверток темной ткани и пару сапог. Пока пациент одевался, мужчины продолжали переговариваться, повторяя по несколько раз одни и те же слова и периодически прибегая к языку жестов. Презабавное получилось зрелище.

  - Так. Я, кажется, объяснил ему, - Артем вытер взмокший лоб. - Только, может, тебя не стоит с ним вдвоем ехать?

  Серафима подняла глаза от рюкзака, куда отправились планшет и зарядка.

  - Есть варианты? Товарищ вон из штанов выпрыгивает так свою игрушку хочет. Да всё будет нормально, Тём, - подмигнула, натягивая пуховик. - Сам же говорил, забирать, как проспится. Вот я и забираю.

  - Ладно, позвони, как приедешь. И когда он уйдет, тоже позвони.

  - И как спать буду класться опять позвоню. Торжественно клянусь! - подняла правую руку. - А теперь нам нужно просочиться под мордой у сфинкса.

  Мимо дремавшей Татьяны Артём и Серафима крались на цыпочках, а несостоявшийся пациент просто прошел. Быстро и совершенно бесшумно. Зато перед лифтом он застыл, как жена Лота. Пришлось топать вниз по лестнице.

  - Сим, дай закурить? - Тёма придержал дверь.

  - Ты бросил и просил меня об этом напоминать.

  - Да, точно, - тряхнул головой. - Наберешь меня?

  - Наберу, - кивнула.

  Дождавшись, когда Тёма скроется в здании, рванула из кармана пачку. Прикуривала быстро, костеря зажигалку-саботажницу. С наслаждением затянулась, чувствуя, как ослабляется внутренняя пружина, а реальность обретает хрупкое подобие постоянства. Горький табачный дух защекотал ноздри, а первый ноябрьский морозец - пальцы.

  - Има! - в голосе незнакомца послышалось нетерпение.

  - Има, - кивнула, открывая глаза. - Ты? Имя? Должна же я получить от тебя хоть какую-то информацию.

  - Аргит Тиаланах.

  - Ну, блин, конечно!

  От злого щелчка окурок улетел в покореженную урну.

  - Я, значит, Има, а он Аригад Тианах!

  - Ар-гит Тиа-ла-нах.

  - Аргит Тиала... нах.

  Мужчина скривился. Серафима резко выдохнула, засунула руки в карманы и направилась к стоянке. Пятнадцать минут спустя, она в первый раз пожалела, что ввязалась в это дело. Аргит шел в машину так же охотно, как Айн в кабинет ветеринара. Плясками, уговорами и личным примером удалось заманить несговорчивого спутника на пассажирское сидение. И даже пристегнуть. Когда хонда заурчала и тронулась с места, Аргит вцепился в переднюю панель, проделав в ней десять аккуратных дырок.

  - Да чтоб тебя, Белоснежка! - Серафима ударила по тормозам.

  Уткнулась лбом в руль, шепотом рассказывая, где она видела Аргита и его загребущие ручки. Повернула голову. Так и есть. Ни тени раскаяния.

  - Сволочь, - стукнула по сигналке, выбивая из хонды яростный визг.

  Убедилась, что дырок на торпеде по-прежнему десять, включила музыку на полную громкость и, наконец, выехала со стоянки.

  Город был приятно пустым. Ночь льстиво гримировала потертые фасады, превращая увядшую диву в сияющую неоном старлетку. Дорога заставила сосредоточиться, поэтому из машины Серафима выходила практически спокойной. Увы, хватило ненадолго. Стоило зайти в квартиру, как Аргит рванул в закрытую комнату, последние несколько лет служившую кладовой и под звонкий лай Айна, материализовался в коридоре, держа в руках маленького мужичка. Косматого, бородатого, одетого в пламенеющею рубаху, холщевые штаны и детские сиреневые угги.

  - Пусти! Пусти, ирод белобрысый! Хозяйка, - пробасил мужичек остолбеневшей Серафиме, - скажи этому аспиду, чтоб пустил!

  - Ты еще кто такой? - тихо выдохнула.

  - Скажи, чтоб пустил!

  - Кто ты, мать твою, такой?! И что ты делаешь в моей квартире?

  Серафима оправилась от потрясения и уже наводила на мужичка объектив телефона, включая запись. Аргит тряхнул незваного гостя.

  - Камеру убери, - закрыл лицо огрубевшими ладонями. - Скажу.

  - Ну?

  Телефон лег на тумбочку.

  - Савелий я, - важно заявил мужичек. - Дедушко местный.

  - Чей дедушка? Айн, сидеть!

  - Вот темнота! - надулся Савелий. - А еще с дипломом. Домовой я. К энтому дому приписанный.

  - Кем приписанный? - прошептала Серафима.

  - Знамо дело, Управлением.

  - Так. Все. Стоп, - содрала с себя пуховик и ботинки. - Больше никто ни слова.

  - Гав!

  - А-а-а!

  Серафима схватилась за голову. Звонко выматерилась и ушла на кухню, оставив в стандартном коридоре типовой квартиры домового Савелия, неясно какого рода-племени Аргита Тиаланаха и вельш-корги Айна.

  Глава 3

  - Игорь, я так больше не могу!

  Дробный перестук каблучков по травертину. В ярком электрическом свете ее волосы вспыхивали живым янтарем. Изящные руки словно порхали по клавишам.

  - Мне нужен настоящий мужчина, слышишь? Такой, с которым я смогу раскрыться. Смогу почувствовать себя истинной женщиной. Я устала, Игорь. Устала постоянно вкладывать в наши отношения и не получать никакой отдачи! Мне казалось, что мы созданы друг для друга, но ты не слышишь меня. Ты не хочешь слышать меня, Игорь. А я так больше не могу!

  Каждый звук, каждое слово, каждая пауза становились гвоздями, которые Марина безжалостно вколачивала в его череп.

  - У тебя кто-то есть?

  Игорь устало оперся о дверной косяк. Помассировал висок в тщетной попытке унять нарастающую боль.

  - Что?! Да как ты мог так обо мне подумать?!

  Марина занесла руку для пощечины, но, наткнувшись на его взгляд, передумала. Поправила выбившийся из прически локон. Обиженно задрала мягкий подбородок и отошла. Подхватила с вешалки текучий шоколадный мех. Полушубок Игорь подарил ей неделю назад, на день рождения.