Танцующая среди ветров. Счастье (СИ) - Танари Таша - Страница 85

— Алиса, — мне на плечо опустилась рука Альта, — если бы в нем теплилась хоть искорка жизни. Мертвых не лечат.

— Малышка, — теперь заговорил Лис, — я сделал, что мог. Мертвых действительно не возвращают, во всяком случае, не так, как ты хочешь…

Они еще что-то говорили, но я перестала слушать. Любые звуки вокруг потеряли значение, слова — смысл. Сознание все глубже погружалась в отчаяние. Друзья растоптали последние крохотные зерна надежды на чудо. Я не признавалась себе, но до последнего верила, что если выберемся, то они смогут что-нибудь придумать, как-то помочь. Напрасно. Я осталась одна, рядом только колючий ветер, и ничего, что заставило бы хотеть дышать. Уже даже не больно, просто холодно и безразлично. Неизвестно, сколько я так просидела, шепча что-то бессвязное и гладя шершавую кожу своего такого разного счастья. Ехидного и доброго, надменного и понимающего, заносчивого и ласкового, веселого, любящего, заботливого, я знала его всяким и любила любым.

Отстраненно смотрела на суетящихся драконов, они уже приняли очеловеченные ипостаси. Шаэрриан с потемневшим лицом отдавал какие-то распоряжения. Сильный духом, он часто бросал взгляд в нашу сторону, смотрел на не отлипающую от Шанти рыжеволосую женщину и возвращался к обязанностям. Ну да, когда все вокруг идет прахом, всем плевать на твое личное горе, будь добр соответствовать положению и подавать остальным пример. Тем более, что сейчас не он один лишился сына. Столько жертв… Остался ли здесь вообще хоть кто-то, кого не коснется горечь утраты?

Резко стихли голоса друзей, которые до этого сливались в один неразборчивый шум. Я вяло отметила, как перед глазами появилось две ноги. Вздохнула: хочу, чтобы меня оставили в покое. Покой — да, это то, что нужно, желательно вечный. Подошедший присел на корточки. Фенрир, тоже уже в своем привычном, больше не пугающем виде. Только глаза потускнели. Раньше в них тлел огонь, то разгораясь сильнее, то прячась на самое дно. Теперь пустота и чернота — так непривычно и странно. Бледный, со слипшимися волосами, весь в крови и с потухшим взглядом, словно и сам только что прогулялся за грань. Вроде все тот же несносный демон, каким я его знала, каким он позволил мне себя узнать, а вроде бы и не он.

— Я принес тебе твою вещь, — хриплый голос, лишенный красок.

— Паршиво выглядишь, — зачем-то поделилась я впечатлениями.

Казалось, из всех присутствующих лишь он сможет меня понять. Не хотелось сочувствующих взглядов, сопереживания и поддержки. В пекло все это. И жалость, и сожаления. А вот какая-нибудь горькая и откровенно мерзкая правда отлично бы вписалась в мой опустевший мир.

— Ты тоже не блещешь, — не остался в долгу демон.

Отвернулась от него и потерлась щекой о почерневшую от запекшейся крови чешую любимого дракона. Интересно, когда они соберутся его у меня забрать, я впаду в истерику? Разум как будто отделился от тела и вяло фиксировал глупые мысли, оторванные от душевных переживаний, подмечал какие-то абсолютно ненужные детали и даже пытался что-то анализировать. По привычке, что ли? Или это такая защитная реакция, чтобы не спятить?

Рядом, легонько покачиваясь из стороны в сторону, с отсутствующим видом сидела мама Шанти. Ее губы что-то беззвучно шептали, слез больше не было. Я закрыла глаза. В груди словно дыра образовалась на том месте, где еще недавно билось сердце. Горячее и живое, а теперь ничего. Даже оплакать не могу свою утрату, будто часть меня, отвечающая за чувства, ушла вместе с Шанти.

— Я оказалась права? — спросила, все так же не глядя на Фенрира. Честно сказать, ответ не особенно интересовал.

— Да, — это все, что он произнес.

В меня ткнули чем-то прохладным, пришлось разлепить веки. Что там еще? Почему от меня не отстанут? Где они были, когда я ждала и молила о помощи?

— Знаешь, все же советую забрать, мне оно точно без надобности, — Фенрир протянул отобранный ранее камень, похожий на ящерку.

— Мне теперь тоже, — отпихнула его руку.

— Малышка, не глупи, — о меня осторожно потерся большой кот, — это может помочь.

Какая глупость. Единственный, кто может мне помочь, лежит и не дышит, но они и пальцем не пошевелили для его спасения. Наверное, лишь въевшаяся на подсознании привычка доверять Иллюзору и уверенность, что все его слова несут смысл, не позволили грубо ответить.

— В общем, оставлю его здесь, — Фенрир положил камень у моих ног, поднялся. — Мне правда жаль, что закончилось именно так.

Ни одной живой эмоции в голосе демона я так и не услышала. Подняла глаза, но увидела лишь его удаляющуюся спину.

— Прости. Пожалуйста, если сможешь…

Лили бросилась за братом, но он остановил и ее саму, и недосказанные слова властным взмахом руки. Раскрыл крылья.

— Не надо, Лил. Не сейчас.

Демоница обхватила себя руками, как если бы сильно замерзла. Откуда-то сверху плавно спустился Дант, перегородив путь Фенриру. Они долго смотрели друг другу в глаза, затем Дант положил руку на плечо брата и что-то тихо произнес. Я не разобрала, но не сомневалась, что также слова извинения. Кому они теперь нужны на пепелище? Когда все, в кого верил и любил, оказались по другую сторону, оставив в одиночестве выбирать свою дорогу и сражаться за свою правду. Дант посторонился, а я крикнула, заставив вздрогнуть Антару:

— Если найдешь, береги лучше, чем я.

Фенрир взмыл в небо, не обернувшись. Мне было достаточно знать, что он услышал и понял. Пройдет еще немало времени, прежде чем он сможет забыть и… думаю, все же простит. Потому что иначе не стал бы в последний раз предупреждать отца: "…там остались Дант и Лили".

— Ты не слушала меня, да? — Фелисан вновь потерся о ногу.

— Наверное. — Я бездумно разглядывала черный камень, по странному стечению обстоятельств ставший ключом в двери, ведущей к гибели миров. Ведь папа хотел совсем не этого, верно? Чего же тогда?

Теперь к скорбному собранию присоединился и Шаэрриан. Он обнял Антару, нашептывая ей что-то на ухо. Спустя какое-то время, она на меня посмотрела. Когда-то я боялась с ней встречи, а сейчас даже взгляда не отвела. Сейчас уже глупо чего-то бояться. Все самое страшное случилось, и я бы могла посмеяться над своими пустяковыми страхами из прошлого, но веселья не ощущала.

— Бери, — глухо произнес глава Совета. — Рик оставил тебе свою силу, никто не виноват, что судьба распорядилась его даром иначе.

Будто силу можно передавать, как какую-то вещь. Все вокруг тоже слегка помешались?

— Алиса, вспомни, я говорил про твой возросший, но пустой резерв, — подал голос Альт. — Это оно и есть. Она твоя по природе и праву рождения.

— Я уже держала его в руках, — заупрямилась, — ничего особенного. Просто камень.

Раздражала их навязчивая настойчивость. Неужели не понимают, что мне вообще теперь фиолетово и на магию, и на силы, и на их глупые тайны? Зачем нужен весь этот потенциал, когда он не способен вернуть к жизни одно единственное, дорогое тебе существо? Помогла им сверхсила уберечь здесь все от разрушения, спасла кого-нибудь?

— Пока ты была в границах "Кастар танта", он тебя не воспринимал как хозяина, но отдать артефакт можно лишь добровольно.

Я непонимающе посмотрела на Данта, он пояснил сказанное:

— Пентаграмма. Помимо прочего, она защищала камень от самоактивации при контакте с тобой.

— Теперь силы, заключенные в камне, тебя признают, — подтвердил слова демона Шаэрриан. — Я видел однажды эту "ящерку", она действительно твое наследие. Когда Рик сумел отделить силу от своей физической оболочки, я решил, что он обезумел. Но это дало ему возможность затеряться в толпе и позже начать новую жизнь. Я тогда никому не сказал о том, что видел. Хранители ничего не поняли, воды Источника надежно скрыли следы вмешательства, послужив самым надежным схроном. Когда пришло время и ты стала готова принять эту силу, Источник пришел в движение. Я связал твое существование с неожиданным колыханием силы в обычно спокойных водах, потому и искал. Но разве мог я предвидеть, что он уже нашел тебя? — полный тоски взгляд на "спящего" сына. — Нашел и…