Стриптиз (СИ) - Бирюк В. - Страница 67

Одного — не отправил бы. А вот с Елицей…

У неё тоже… свой коридор восприятия и решений. Но — другой. Умная, бесстрашная, решительная, уже — взрослая женщина. Которая для своего мужчины снесёт горы и царства. Просто — чтобы он был. Чтобы он её любил. Мне уже жаль тех придурков в Самбии, которые вздумают задирать носы, насмехаться над князем без княжества, над её Кастусем. Господи, даруй им тихую смерть! Пока их не одарила смертью эта женщина.

Она тоже прошла путь Кастуся. Делила с ним тяготы и опасности его жизни. И переживала множество собственных, дополнительных. Возникавших из-за того, что она — женщина, чужеземка, простолюдинка, господская наложница.

«Вера размером в горчичное зерно движет горами»… А любовь? — Иссушает океаны?

Третий член бригады — Фанг. Да, Авундия лучше оставить здесь, а Фанг в курсе игр с Перуном, с Велесом, с «носителями калины». Он добавит Кастусю авторитета своими сединами, знаниями, песнями боевого волхва.

Уникальный воин: сочетание навыка лесного боя, воспитанного и отточенного в святилищах Велеса, и боя в помещении, в усадьбе — приобретение времён междоусобицы на Наре, когда каждый праздник, пир, попытка примирения сторон — заканчивались резнёй.

Команда — сработанная. Свою эффективность доказала. Задача несколько другая… Хотя… Смысл-то тот же — захват власти. Чуть в других условиях.

Для учёта специфики — добавить людей. И мелочёвки всякой — товары, корабли, деньги…

Многовато я на ребят вывалил. Вон как загрузились. Все обиды свои забыли. Им бы сейчас бросить меня, заняться планированием похода, возможных войн, государственных переворотов. И любовью, конечно. От полноты чувств. Не надо мешать естеству. Ишь как их друг к другу потянуло. Мне уйти или как?

— Вы — поняли. Составляете план похода. Люди, шмотки… Всё, идите.

Они выскочили от меня, начав громко обсуждать предстоящее мероприятие ещё в прихожей.

Прежние их заботы — как водой смыло. Молодёжь стремится в будущее. Это старикам интересно только давно прошедшее. А своё будущее — они сделают себе сами. С моей помощью, конечно. Но — сами.

В моих делах редко бывает одна цель. Жизнь коротка, чтобы решать проблемы по одной. Здесь три:

1. Личная. Ребятам — моим — должно быть хорошо. Пусть они добиваются своей цели. Пусть добьются. Пусть будут счастливы. А я помогу.

2. Внешняя. Послать своих людей. Пусть смотрят, разговаривают. «Хочу всё знать». И там — тоже.

3. Внутренняя. Убрать из общины… неуёмных. Которые — не унимаются. Которым здешняя жизнь — впоперёк. Кого не устраивает мои новизны — пусть ищет себе свои. На стороне. На дальней.

Ещё есть цели учебные, технологические, торговые, финансовые… Дальний поход — сложное мероприятие, многие промахи — станут видны. И — исправлены.

Запущенные в конце осени пилорамы, вылавливаемые из реки стволы, разобранные на брёвна хлебные учаны — позволили зимой создать избыток пиленого леса.

Про «конфетку из дерьма» — я уже… Надо только установку по переработке правильную поставить.

Я не закрывал и прежние ручные «доскотёрки» — приток новосёлов требовал достаточно рабочих мест.

Про воспитание трудом, совместной регулярной деятельностью — я уже… «Человек — не селенит, в холодильнике — не улежит». Давай-ка дружок, потаскай по 12 часов вертикальную пилу. А мы поглядим — на что ты годен.

Строительство не съедало всё. Когда на Крещение ударили морозы и лесопилки встали, стало понятно, что есть возможность ещё чего-нибудь новенького… уелбантурить.

У нас хватало «душегубок», было достаточно «рязаночек» и учанов. Весь этот «реч. флот» перебирался, сортировался, стандартизировался, смолился и чинился. Без присмотра — всё сгниёт.

Мне не хватало ещё нескольких типов плав. средств. На потихоньку создаваемой «судоверфи» построилась копия «Белой ласточки» — «Чёрная ласточка». Один в один, с минимальными изменениями.

Тогда же начата была большая, длиной в 50 метров, шириной — 10, расшива. Основной тип волжских судов до пароходов. Грузоподъёмность — от 400 тонн. Одну такую со Стрелки вытолкнуть с моим товаром — до самого Каспия не раскупят. Правда, нерешаемый вопрос: как её потом назад тащить? Такие лоханки — под бурлаков. Для бурлаков — нужна единая власть. Безопасность по всему пляжу. «Одна шапка» — отсюда и до моря.

«О, господи. Не доживу!»? — Поглядим.

Мне не хватало ещё одного типа речного кораблика — ушкуя. Пришлось разобрать один из захваченных новгородских и, по образу и подобию, сделать свой вариант. На два аршина длиннее, на пол-аршина — шире, «чердаки»-настилы — на носу и на корме. Хоть судёнышко и килевое, но не со штурвалом, а с кормовым веслом. Только и рискнул, что румпель пришпандорил.

Хоц, которого я выдернул с лесопилки и водил по верфи, показывая, фыркал, сопел.

— Чего сопишь? Бочки делал, бондарил? Теперь лайб надо понаделать.

— Чего?! Это ж… Это ж — не кадушка!

— Точно. Это — корабль. Тоже — воду держит. Только не внутри, а снаружи. Разница… мачта да вёсла. Назовём… «Грач». Грач — птица весенняя. Как весна придёт — так грачи и полетят. Белый, чёрный, серый, пёстрый, полосатый, крапчатый… Потом по цветам: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой…

— Воевода! Голубых грачей не бывает!

Ой! И правда! Как-то я грачей-гомосексуалов…

— И чего? Не было — теперь будет. Доски штабелями — вон. Ты ж сам пилил! Дерево на кили и рёбра-шпангоуты — лежит. Паруса — ткут, железо — куют. Люди, инструменты, рисунки-чертежи… Хоц! Не морочь мне голову! Бери это дело, разбирайся. Через три дня жду с планом. И учти: к концу ледохода мне нужно десять «грачей». Мне на них ещё команды собирать, кормщиков учить.

Приличные люди так не делают. По хорошему — сперва модель. После — строят первый экземпляр, проверяют. А уж потом — серия.

Но у меня есть смягчающие обстоятельства: проверенный исходный образец — ушкуй новгородский. Изменения незначительные. Главное — чтобы остойчивость не потерял, не перевернулся. Да и сама лоханка… когда знаешь что к чему — не сильно сложно. А если будет, там, «тяжёл на ходу», «черпает воду при сильном ветре», «плохо слушается руля при повороте в фордевинд»… Им ходить по рекам — не смертельно. А на десятке экземпляров я сразу все недостатки увижу.

Начатая ещё с конца осени работа по организации конвейерного выпуска «грачей» дала результат: первый мы получили в середине февраля. И дальше — каждую неделю — очередной.

Ага. Только спускать их на воду некуда.

Я постоянно подкалывал Хоца, предупреждая, что если лодейки будут воду пропускать — самого всю выпить заставлю. Мужик багровел. А потом перестал: кто-то из умников подсказал. Выпросил тёплый амбар, выкопали внутри яму, залили её водой и принялись купать в ней тринадцатиметровые корпуса «грачей» с загрузкой под борта. В смысле: груз такой, что корпус уходит в воду почти полностью, под уключины.

Когда к началу апреля снесло лёд на Оке, «грачей» выпустили на чистую воду. «Ходовые испытания». Не столько корабликов, сколько — команд. Комплект — две смены по двенадцать гребцов, носовой, кормчий, капитан. Гребцов столько — не набирается. Может, и к лучшему? — Высокопоставленные пассажиры и пассажирки, товары — потребуют места.

Кормщиков у меня нет. Растрясли у Отсендиного Дика его школу.

Вокруг него постоянно мальчишки крутятся:

— Дай подержать! Дай порулить!

Он их сперва гонял, потом, по моему совету, взял в оборот. Получилась такая… река-ходная школа. Ну, не мореходная же!

Что эти ребятишки, дорвавшиеся до румпелей, на реке делали… какие кренделя-манёвры выписывали…!

Лодочки — инерцию имеют, команду, к примеру «стой» — вообще не воспринимают. А — «суши вёсла» — её не останавливает. Команда «табань»… в нашем исполнении — разворачивает поперёк. Ещё и воды черпанут.

Это — только кусочек, только по отдельно стоящему ушкую. У меня — «целей громадьё», мне надо, чтобы они строем ходили.